Всего за 149 руб. Купить полную версию
Точно, правильно сказал Турнабай, на берегу бурной реки Ургенч расположилась высокая горка Ача-Таш. На другом берегу растянулся целый аул из шестидесяти шатров от самого берега реки до опушки лесной чащи Бори-Кой. Чтобы добраться до горки Ача-Таш, ему нужно было спуститься на некоторое расстояние по склону и подняться на горку. Семетей так и сделал. Он на Тайбууруле поднялся на горку Ача-Таш. Шум от реки резал слух. Река текла на запад буйно и шумно. Водные клубы бурно заворачивались и ударялись о большие камни. Таких клубов в одно мгновенье собиралось множество, отчего звуки их ударов о камни возрастали до оглушительного шума. Семетей чувствовал, что, если кто-то в одном шаге от него скажет ему слово, он не расслышит. Он увидел, что его заметили в лагере. К берегу начали подходить девушки, которые заинтересовались появлением на горке противоположного берега странного всадника на чалом скакуне. Они вроде завизжали от испуга, но Семетею не было слышно ни одного звука. Многие показывали на него руками, некоторые ему что-то объясняли, и несколько девушек размахивали руками. По их знакам можно было сообразить, что нельзя было делать чего-то, что они ожидали от него. Семетей не особо-то и собирался сделать чего-нибудь такое, что ему могли бы запретить. Он просто хотел увидеть свою невесту Айчурек. Вот она, Айчурек, выходит из красного шатра в белом платье. Семетей почувствовал сердцем, что это Айчурек. Она тоже увидела его на вершине горки Ача-Таш. Как увидела, всплеснула руками, будто испугалась. Но она действительно испугалась, что Семетей на своем скакуне залезет в воду, чтобы переправиться через реку. В этом месте никто не переправлялся. Ее большие, глубоко посаженные глаза расширились. Черные косички болтались на плечах. Курносое личико девушки излучало свет, приятный для души. С тех пор, как ему рассказали о ней, для Семетея все, связанное с именем Айчурек, стало родным, своим и дорогим сердцу, включая саму красавицу. Даже река, большая шумная река Ургенч, которая разделяет обоих по разным берегам, тоже стала самой родной рекой, что поет своим шумом о любви Семетея. Долина Ок-Кыя, которую выбрала Айчурек для встречи с Семетеем, стала для него райским уголком всего земного мира. Айчурек ему показывала в сторону рукой и говорила что-то, но не было слышно ни одного слова. Но Семетей понял, о чем она говорила. Она говорила и показывала, где находится брод. Семетей долго всматривался в свою невесту Айчурек, пока не стемнело вокруг. Через некоторое время он вернулся в лагерь
* * *Как только Айчурек прилетела из Таласа с соколом Акшумкаром в объятиях, первым делом она посадила его в клетку. Она была рада тому, что ей удалось добыть любимого сокола своего жениха. Теперь он, ее жених Семетей, джигит из Таласа, с которым она захотела связать свою судьбу с первого взгляда на него, скоро у нее окажется в руках. Он непременно приедет за Акшумкаром. Она радостно, широко улыбнулась и подмигнула Акшумкару.
Не скучай, дорогой мой, шепнула она. Скоро наш хозяин приедет за нами и заберет нас к себе в Талас.
Акшумкар кивнул головой в знак согласия, будто понимал человеческий язык
Она с большим усердием начала готовиться к встрече со своим женихом Семетеем. Первым делом она пришла к своему отцу, хану Акуну, и попросила его помочь в благоустройстве своего девичьего дворца, что располагался в пригороде Опола, малом городке Кара-Шаар.
К чему благоустройство? поинтересовался Акун хан.
Скоро приедет Семетей, ответила Айчурек. Я хочу принять его там.
Странно, удивился Акун хан. Зачем он приедет?
Затем, улыбнулась Айчурек, чтобы закрепить ваш с Манасом сговор сватовства.
Ты что, спросил Акун хан, встретилась с ним?
Нет, отец, ответила Айчурек. Я не смогла преодолеть свою волю. Но я оставила там много знаков.
Что за знаки?
Я увезла с собой его Акшумкара. Об этом знает его жена.
А вдруг она скроет от него?
Она вынуждена будет раскрыться.
Прошло то время, что мы сами себе назначили, доченька, сказал с беспокойством Акун хан. Как сдерживать Толтоя и Чынкожо, ума не приложу.
К тому времени, сказала Айчурек, Семетей, возможно, успеет приехать.
Я почему-то не могу поверить, что он приедет, Акун хан сильно задумался. Нам придется принять бой в любом случае.
Я чувствую сердцем, отец, чуть не заплакала Айчурек. Он обязательно приедет.