Всего за 199 руб. Купить полную версию
Кахлуша! крикнул Ленин. Где ты? Иди-ка сюда!
Но не услышал его Карл Маркс, занятый своим вечным делом. Он ловко шуровал кочергой под котлами, где кипели в гиене огненной Троцкий и Дзержинский, Гриневицкий и Юровский, Свердлов и Каганович, Халтурин и Желябов, Радуев и Вышинский, Сталин и Берия, Ягода и Ежов, и миллионы им подобных, посеявшие на века зло на земле российской.
А Ленин смотрит: силы какие-то обрядили Павлушу в белые одежды и понесли ввысь.
«Эх, не свидимся боле, не наших котлов этот московский писатель. А толковый какой, интересный мужик. На Земле много таких и раньше встречал, но некогда было слушать, революция все силы и время забирала, да Карлушин «Капитал» штудировал».
И только про «Капитал» подумал, как Карл Маркс уже и зовёт:
Вован! В котёл тебе пора! Жду
* * *Яд большевизма в мозги заливали.
Только не все это сразу поняли.
Если воодушевить толпу, то она с радостным безумством понесётся к пропасти.
Ф. НицшеЧасть вторая
Дьявольский конкурс
Кто больше зла принёс России, озлился Уриан на вопрос старшей вороны Вчера же повестку объявляли, чего вы там клюв разеваете?
Упомнишь тут прощёлкала ворона и отлетела к своим пернатым сёстрам в ожидании жюри.
В ядовито-жёлтом гроте коронном зале нечистой силы начали собираться почётные члены дьявольской канцелярии. Вокруг огромного котла, перевёрнутого вверх дном, Асмодей устанавливал котлы поменьше: готовил стол и сиденья для президиума.
Как только в ночной мгле заступила третья смена страж-вигилий, в гроте появился Мефистофель со своей преданной свитой. Стая ожидавших ворон тотчас устремилась на их костлявые плечи.
Высокий, худой, прихрамывающий на правую ногу козлобородый Мефистофель уселся в центре президиума, раскуривая такую же чёрную, как и он сам, трубку.
Люцифер! позвал одного из свиты. Адвокатом будешь.
Опять я? Пятнадцать лун подряд сижу, на негодяев всё гляжу Сегодня ведь душ миллионы. Такого нам видеть ещё не приходилось. На десятки лун разбору, кивнул Люцифер на орды земных лентяев.
Радуйся, что работёнка есть, попыхивал трубкой главный дьявол, оглядывая длинный ряд друзей. Разберём дело и перерывчик устроим, отдохнём для новых хлопот, успокаивал вожак, почёсывая острый нос. Все собрались? Тогда начинаем.
Он ещё раз посмотрел влево и вправо. Дюжины две дьяволов с воронами на плечах сидели в предвкушении радостных разборок. Тут были кроме Люцифера: Вельзевул и Уриан, Асмодей и Вишап, Араска и Шайтан и ещё с десяток других сподручных. С кого начнём? кивнул Мефистофель огненный взгляд на своего друга Вельзевула.
Террористы из девятнадцатого века первые в очереди. Давно подачки нашей ждут
Ну давай, зови, махнул трубкой Мефистофель.
Вельзевул хлопнул в ладоши и в коронный зал нечистой силы вошли молодые закопченные парни. На лице каждого страдания и мольба. Привыкшие к адской жизни, горячей смоле и постоянным окрикам бесов и бесенят, шагнули они к холодным перевёрнутым котлам, надеясь на облегчение участи своей.
Что, сынки, кипеть надоело? задиристо спросил Мефистофель.
Ох, тяжко, тяжко, простонали парни.
А за что кипим? закинул ногу на ногу дьявол, попыхивая чёрной трубкой.
Толпа в один голос затянула было объяснение, но Вельзевул взмахом руки пресек её гул.
Млодецкий, Зунделевич, Бух, Фридман, Балмашев, Гершуни, Файнберг, Гольц, Гулинский, Зильберберг, Сулятицкий, Руссак, Березовский, представил он толпу. Покушались на жизни чиновников самых высоких рангов. Вплоть до царей.
Так? весело спросил Мефистофель.
А-а-а! загудели претенденты на дьявольские награды.
Мелочь! вынес вердикт главный дьявол. Ваши старания никак не отразились на судьбе России. Не принесли они вреда сильного. Плохо работали, голубчики. Кипению в смоле вас Бог наказал. Кипите вечно, ребятки, махнул он трубкой. Следующих давай!
Стали заходить цепочкой.
Дмитрий Каракозов. На царя Александра Второго покушался. Неудачно. Меня повесили.
Андрей Желябов. Организатор покушения на того же Александра
А я помогала, выпятив тощую, как доска грудь, гордо заявила Геся Гельфман.
Игнатий Иохимович Гриневицкий. Это моя бомба оторвала ноги царю. А они все слабаки оказались, махнул в сторону друзей. Правда, и сам я погиб от этой бомбы.