Всего за 379 руб. Купить полную версию
Прасковья стояла рядом с Мотрей. Детей Мотриных на площади, кстати, не было. То ли в погреб пихнула, то ли на чердак, но хоть с собой не потащила.
Убивать будут, грабить, жечь
Чутьем загнанного зверя Прасковья поняла, ЧТО сейчас будет.
Рванула за руку Мотрю, дернулась к ближайшему плетню какие там заборы? Плетень, да еще и с прорехами, а к чему больше-то?
Все свои, все друг друга знают, никто чужого не замает
Мотря была негибкой, она не понимала.
А
Крестьяне заволновались.
СТОЯТЬ!!! заорал кто-то из «збройных».
Толпа опасный зверь. Сейчас кинется, и их сомнут, задавят числом, уничтожат
Не так их много, чтобы справиться, когда на людей находит остервенение. Они опасны они кидаются, они зубами и когтями во врага вцепляются, они о себе уже не думают
Те, кто носит оружие, знают об этой особенности. И боятся.
Человеку в таком состоянии неважно на пулеметы идти, на пушки он дойдет. И вцепится.
Прасковья упала за секунду до того, как раздались первые выстрелы.
Упала, потянув за собой подругу.
Упала под плетень, откатываясь подальше от ног и дороги, на обочину
Летом здесь росли лопухи. Густые, высокие, способные укрыть. Сейчас их не было. Но
Никому до Прасковьи и дела не было.
Первые выстрелы.
Первая кровь.
Первые упавшие люди.
Крики, вой, растерянность толпы, которая не успела стать зверем, крики врагов что бы они ни говорили о своих высоких целях, они все равно враги
Те, кто приходит отнимать хлеб, отнимают самое жизнь. Они не могут быть никем иным только врагами. Только убийцами.
Пуля или голод?
Пуля милосерднее
Прасковья лежала и молилась. И рука Мотри в ее ладони дрожала. Подруга была жива, это хорошо
Парашка, как же так
Почему шепот слышнее крика?
Не дергайся.
Сейчас важно только это.
Чтобы не пристрелили по ошибке. Не затоптали. Не
У нее дети. Она должна выжить, остальное побоку.
Ванятка и Васятка сейчас в лесу. Если мать не придет, они обречены. Она должна выжить
А еще Прасковья знала когда ее муж вернется жены у него не будет.
И семьи у него тоже не будет. Женщина может простить многое, но когда их детям нужна была защита, мужа не было рядом. Когда ей нужна была помощь, его не было рядом. А коли так
Не было тебя рядом?
Обошлись?
И иди к Хелле! Женщины могут простить за себя. Но за детей они не простят.
* * *Лежать пришлось минут пятнадцать. Но страшнее времени в жизни женщин не было.
Лежать, слушать выстрелы, слышать крики а ведь и их тоже могут.
Прасковья это понимала и лежала тихо-тихо. Мотря та вообще обеспамятела от страха, замерла, аки заяц, и только тихо-тихо вздыхала. Иногда.
Наступающая зима покрывала лужи первым ледком, припорашивала легким инеем.
На белом кровь алая. На черном тоже алая.
Долготерпение было вознаграждено.
Гони их по домам!
Крики, шум
Прасковья вылезла, только когда на площади никого не осталось. И то вылезла Не встала во весь рост, не принялась отряхиваться, не пошла домой гордо и с достоинством Перевернулась на живот, пнула как следует подругу, чтобы та пришла в себя, и кое-как поползла. Медленно, очень медленно, вдоль канавы
Ничего.
Лучше пять раз покрыться грязью, чем один раз накрыться землей. Мотря, похоже, думала так же. Она ползла за подругой и для разнообразия больше не вздыхала. Только икала. Тихо, часто и отчетливо
Женщины отважились встать на ноги только ближе к окраине деревни, когда их не видно было за кустарником.
Мотря потрясла головой. Еще раз икнула. И в ноги поклонилась Прасковье.
Век благодарна буду, сестрица.
Прасковья ответила таким же поклоном.
Кто доброе дело сделает, тому Господь отплатит.
Воистину, отозвалась Мотря.
На этом ритуал был закончен, и дамы перешли к делу.
Парашка, откуль ты про таких знала? принялась выспрашивать Мотря.
Откуль оттуль, проворчала Прасковья. Предупредили. Беги домой да зарой в подполе что сможешь. Скотины у тебя вроде как немного, может, что и оставят а вот зерно точно заберут. И детей прибери, у тебя старшенькая в пору входит.
Я уж ей сказала ховаться в погребе
Ты меня послушай. Глаза у Прасковьи были серьезными. Страшно серьезными. Страшными, как и ее слова.
Грабить будут. Убивать. Насиловать
Тора Яна была права. Сейчас Прасковья благодарила Творца, что к ней на порог занесло эту женщину. Ее слова сбывались, но Прасковья надеялась выжить. Она знала заранее, у нее была фора. А это очень много.