Всего за 100 руб. Купить полную версию
Нет у меня семьи, вернее есть семья, но нет крепости, крепость разрушена, сказал я, прыгая в автобус.
Я чувствовал, что этим не кончится. Лиля роскошная девушка, но не моя. Ей нужен другой мужчина, достойный ее. Это должен быть крепкий жеребец, способный массировать всю ночь, без остановки. А я этого не смогу сделать, да у меня даже позывов нет и возможно любви. Она хороша, безусловно, но теперь, когда я на нее сморю, я вижу ее в образе матери. А мать просто ужас.
А кто мне нужен? А я и сам не знаю. Но точно, старушка моего возраста мне не нужна, я уже испорчен молоденькими, хрыч старый. Что мне делать, чтоб я был сильный, выносливый, ненасытный в постели? В прошлое воскресение я любил ее семь раз, а должно, надо десять. Зачем она так рисуется? не лучше быть простой, как все, которую прижмешь, поцелуешь Или дело во мне? Все так строго, так скрытно, так стыдливо, что я и сам себя не узнаю. Если ей было мало, значит дело во мне. Во мне и не в ком другом. Надо обратиться к врачу. Завтра же. К Роману Абрамовичу.
Эти грустные мысли, которыми нельзя ни с кем делиться: смеяться будут, никто тебя не поймет, никто тебе не скажет доброго слова, никто тебе не посоветует, настолько завладели моим существом, что я проехал свою остановку и спохватился только в районе Университета.
Было уже очень поздно, первый час ночи. А дома я был только около часу. Маленькая девочка одетая спала в кроватке, но, услышав стук, закрывающийся двери, вскочила и вышла в прихожую.
Папа, я хоцу кусать.
А где мама?
Мама на дежурстве в ночную смену.
Знаем эти ночные смены.
11
Я сидел в кабинете Главного врача родильного дома номер 10 Романа Абрамовича. Только ему я доверял все свои тайны, в том числе и интимного плана. И тем не менее, свою просьбу я объяснял путано, неуверенно, но казалось, Роман Абрамович понимал меня с полуслова.
Мне кажется, ты слишком все преувеличиваешь. И возраст у тебя еще не тот, чтоб жаловаться на потенцию. И насколько я знаю, не злоупотребляешь алкоголем.
И не курю вдобавок, похвастался я.
Ну, вот видишь.
Но она требовала больше того, что я мог ей дать. И оргазм испытывает только по второму заходу, как мне кажется, хоть я в этом не уверен, а спросить у нее не решился, совестно както. К тому же, она сильнее меня, физически сильнее и возможно ей нужен лошадиный пенис, как Екатерине Второй.
Может, у тебя твой пенис физически недоразвит и тебе нужна операция. Врачи удлиняют. Приживаемость, правда, не всегда успешная. Какая у тебя длина? Ты хоть раз измерял?
Пятнадцать сантиметров, а может и все шестнадцать.
Это средняя длина, присущая подавляющему большинству мужчин. К тому же это не так важно для женщины. Самые важные эрогенные зоны у нее наверху. От чего получают удовольствие лесбиянки? От массирования эрогенных зон. А ты кроме массажа этих эрогенных зон, проникаешь вглубь, что еще надо? Длина трубки от губ до матки семьдевять сантиметров, а у тебя в два раза длиннее прибор, это в самый раз. Может, ты слаб в том плане, что один раз поцелуешь и все. Поворачиваешься и засыпаешь. А она тебя тормошит, тормошит, но бесполезно.
Семь раз, Роман Абрамович, на большее меня не хватает.
О, как в двадцать лет! Мне бы такое! Тогда знаешь что? У нее, по всей вероятности бешенство матки? Если это так, беги от нее, куда глаза глядят. Не вздумай жениться, вляпаешься и не будешь знать, что делать дальше. Есть еще одна проблема. Некоторые слишком умные бабы нарочно корчат из себя неудовлетворенных в сексе со своим партнером, желая, таким образом, путем унижения, поставить партнера на колени и командовать им. Ибо нет более тяжкого оскорбления для мужчины, чем упреки в его слабости. Чаще это происходит в семьях; баба хочет этим оправдать свои походы налево. Тут много всяких вариантов. Во всяком случае, если еще не поздно, рви все нити, связывающие вас. Будь мужчиной. Найдешь другую бабу. Даже я могу тебя познакомить, у меня тут молодые врачи кровь с молоком. Она на такие вещи не пойдет, она слишком хорошо знает, что нужно для того, чтобы мужчина приносил ей радость, а она ему.
Спасибо, Роман Абрамович, за поддержку. Просветил безграмотного. А я уж, было, совсем упал духом. И на работе от меня толку нет. Сотрудники подозрительно на меня посматривают, и никто не знает, что происходит с их директором.