Всего за 100 руб. Купить полную версию
После краткой беседы с Платовым, я отправился к инструктору райкома Максимовой Клавдии Петровне.
Райком партии для каждого советского человека, в особенности для коммуниста, был все равно, что храм для верующего.
Я долго приглаживал непокорные волосы перед огромным зеркалом, в котором отражался мой скромный, а точнее жалкий внешний вид, смахивал каждую пылинку с полотняных туфелек и отглаженных потертых брюк, и только после этого поднялся на третий этаж в 312 кабинет к Клавдии Петровне. Она встретила меня широкой, приветливой улыбкой и, ни о чем, не спрашивая, начала:
Мы решили назначить вас на должность директора ПТУ 55, которое находится рядом с вашим, где сейчас вы работаете преподавателем. Какая у вас ставка?
Небольшая.
Сколько вы получаете?
Половину ставки учителя, виновато ответил я.
Гм, тридцать рублей: дважды в магазин сходить, как же вы живете? У вас жена и маленький ребенок. Жена у вас инженер. Ну, так вот, пора браться за дело. Вы будете зарабатывать не меньше супруги. Ваш главк предлагает нам много кандидатур, но я, как инструктор, курирующий систему народного образования Советского района столицы, решила остановиться на вашей кандидатуре. О вас хорошие отзывы на работе. Опыт, который вы приобрели в ПТУ, преподавая эстетику, пригодится вам, как нельзя лучше. Не скрою: мы направляем вас на трудный участок. Справитесь это и зачтется вам, как успешное прохождение кандидатского стажа при приеме в партию. ПТУ, которым вам придется руководить это настоящее болото. Оно, это болото, не типично для нашего советского общества, это нечто буржуазное, капиталистическое, загнивающее, просто не знаю, откуда, из какой страны оно к нам перекочевало. Короче, будем его выкорчевывать. Там семьдесят человек педагогических работников разделены на семь группировок. Они не ведут борьбу за знания, овладения учениками строительных профессий, а воюют между собой. Не на жизнь, а на смерть. Как в средних школах. Пишут кляузы друг на друга, спаивают директора Безумочкина, оговорилась, Наумочкина, а директор же примыкает поочередно к каждой группировке по очереди, он липнет к тем, кто больше нальет православной. Вообще эта мышиная возня, эта бацилла, разъедающая души работников народного образования, широко распространена и в средних школах. Отсюда жалобы во все инстанции, которые, в конечном счете, приходят к нам; их так много, что я не успеваю перечитывать все эти кляузы, не то, что разбирать, кто прав, а кто виноват, их читать до конца невозможно. Это просто ужас. Но, я отвлеклась. Нынешний директор Наумочкин, или Безумочкин, как его называют, не может руководить коллективом, он сам нуждается в руководстве и контроле. Словом, дела там настолько запущены, что вам придется начинать с нуля. Не торопитесь, присматривайтесь, может на когото можно будет опереться, ктото вас поддержит, а от остальных избавляйтесь, изгоняйте их беспощадно и безжалостно, но только не наломайте дров. Наши суды слишком гуманны и если вы при оформлении документов на увольнение, пропустите хоть одну запятую, работник будет восстановлен, а вы окажитесь в луже. Мы будем вам оказывать помощь и поддерживать вас. Это очень важно.
Мне все понятно, спасибо за доверие, сказал я. Только как же наш Главк, ведь он издает приказы о назначение директоров, а не райком партии.
Клавдия Петровна посмотрела на меня, как смотрят на неопытных новичков, ехидно улыбнулась и коротко произнесла:
С вашим Главком мы разберемся, не волнуйтесь. Ваш Главк не имеет права назначить ни одного руководителя на территории нашего района без согласия райкома партии. Вас еще будут утверждать на Бюро, и только после этого утверждения Главк обязан будет издать приказ о вашем назначении. А сейчас идем к Шмарыгину, заведующему отделом агитации и пропаганды.
Шмарыгин утопал в большом мягком кресле и чертил крестики нолики на какойто бумажке, словно присутствовал на большом совещании. Не поднимая головы, сказал:
Желаю удачи, и протянул руку. Клавдия Петровна рекомендует вас на почетную должность, а раз она рекомендует, я не собираюсь возражать. Всех благ. Держись там, не натвори чегонибудь такого, как твой предшественник, который в трусах бегал по училищу за мастером производственного обучения. Хотел осеменить ее, да не получилось: не уступила. Она молоденькая, а он старый хрыч. Об этом нам стало известно уже на следующий день. Учти, мы всегда все знаем. Наш глаз видит по траектории.