Всего за 100 руб. Купить полную версию
Но секретарь Наумочкина сидела на коленях молодого человека, сосала его губы, а он норовил добраться до запретного места под восторг Татьяны. Оба среагировали на мой вход довольно враждебно.
Приема нет, он уже закончился, какого черта вы вваливаетесь в такое время? Закройте дверь с обратной стороны.
Я набрался наглости и не отворачивая глаза, подошел почти вплотную, словно Таня моя подруга или жена, а я ревнующий Отелло. Красная как помидор, Таня вскочила, ее глаза были полны ненависти и презрения к вошедшему, тут же спросила:
Кто вы и что вам здесь надо? Постучал бы по крайней мере, а то лезет тут
Милочка, лезут тараканы, а люди просто заходят. У тебя что, даже среднего нет, а секретарь директора. Я сосед, ты что не помнишь меня? я у вас был с месяц тому.
Мало ли, кто у нас бывает. Что вы хотите? Ии нельзя так врываться. Конец рабочего дня давно закончился, вон пройдитесь по кабинетам, все гуляют и даже ученики, кто постарше. И я имею право поиграться с молодым человеком.
Ничего не поделаешь, извини, я по делу. Директор у себя? спросил я уже миролюбиво. А ты впрочем учебное заведение не место для сексуальных игр. Пригласи своего кавалера к себе на квартиру и там наслаждайся им. Ты слышала, что я сказал?
Молчи, сука, а то, как задвину, пригрозил ее кавалер.
Я спокойно подошел к телефонному аппарату, поднял трубку и невзначай, как бы у самого себя спросил:
Вызов милиции по 02?
Не надо милицию вызывать, что вы! я просто пошутил. Я сейчас уйду, если уж так вам этого хочется.
Вы наверно новый директор? Нам все обещают нового директора прислать, потому что наш с расстройства все водочку потягивает, тут же сменила пластинку Таня, стоя перед зеркалом и поправляя растрепанные волосы на голове.
Он у себя?
Не знаю. Пройдите, пожалуйста.
Я вошел без стука. Маленький кабинет с одним окном, наполненный дымом и винными парами, хоть топор вешай, имел жалкий вид производил удручающее впечатление. Пришлось тут же дважды чихнуть от резкого дурного запаха.
За покарябанным столиком на стуле с металлическими ножками, сидел директор, уронив голову на крышку стола, и вздрагивал от рыданий. Над ним стоял старший мастер Сизов Иван Алексеевич.
Ну, что ты плачешь, ты мужик или баба? спрашивал он Наумочкина, своего директора.
Да ты понимаешь нравится она мне и все тут! Я ничего не хочу знать. Ты у меня старший мастер или кто? Неужели ты не можешь свою подчиненную заставить, чтоб она мне уступила? Что тут такого, с нее не убудет. Ну, трахну я ее один раз, и, может, потом отстану. Давай, действуй, ну, же! Иначе дружба врозь. А такого друга как я, тебе не найти во всю свою оставшуюся пьяную жись.
Иван Алексеевич медлил с ответом. Видать слишком сложную задачу ставил перед ним директор. Если бы речь шла об улучшении производственного обучения воспитанников, он бы тут же ответил: надо больше читать Ленина, в его великих творениях все сказано. Но речь шла о том, что молодая замужняя женщина должна уступить пьянице директору без какихлибо вопросов только по той причине, что он этого хочет.
Ты же за ней по этажам в трусах бегаешь, не помогает? Ну и девка! и где они берутся такие, неуступчивые. Но повлиять я на нее никак не могу, извини уж. К тому же она уже ушла. Все ушли; после двух часов дня, все уходят, это мы с тобой сидим как проклятые до трех часов дня, а потом расходимся по группировкам и глушим водочку до десяти вечера. А потом у нее муж, которого она любит. Сама мне говорила об этом, приводил убедительные аргументы старший мастер.
Муж объелся груш. Догони ее, верни ее! уже кричал директор и стучал кулаком по столу. Ну не могу я без нее и все тут. Она же просто мастер, а ты старший мастер! Что мне с собой делать, скажи? Я же твой дилехтор или х. собачий? Не могу без ее и все тут! Не могууeee! несчастный я человек, вот, кто я такой. Едва увижу ее, весь дрожу, аки осиновый лист. Тут он в очередной раз поднял голову и увидел меня. А, сосед пожаловал, какого черта? ну садись, давай, выпей с нами. Ваня налей ему стакан. Только ты скажи, зачем пришел, какого х тебе надо? У мене сегодня не приемный день.
Я не употребляю, сказал я, присаживаясь на покарябанную скамейку, покрытую дерматином на трех ножках.
Тогда иди в п Что тебе надо? Тебя прислали, или ты сам пришел? Говори, падло!