Катя, видя такое, решила отвлечь молодого специалиста от мрачных мыслей:
— Анна, мне давно хочется у тебя спросить, все было неловко, но пока мы одни, можно?
Девушка, погруженная в свои мысли, не сразу сообразила, что обратились к ней.
— Конечно, Катерина Степановна, спрашивайте.
— Вот скажи мне, можно без тонкостей. Ты из такой состоятельной семьи, а не замужем? Это так сейчас модно, я имею в виду западный стиль поведения молодежи, или мужика подходящего нет?
— Странный вопрос. Я как-то не думала об этом. Модно? — Анна пожала плечами. — В принципе, не скрою, хотелось бы определиться в жизни. А касательно подходящего мужика… Ну, есть у меня молодой человек, мы встречаемся, может, и поженимся, я не знаю.
— Как-то ты об этом рассуждаешь без энтузиазма, — Катя покачала головой. — Ничего вы, молодые, в любви не смыслите.
— А что в ней смыслить? — не поняла Анна. — Встретились, понравились друг другу, захотели — поженились, не понравилось — разошлись.
— Ой, какой ужас ты сейчас сказала! — Катя от возмущения взмахнула руками.
— Катерина Степановна, зря вы так… близко к сердцу принимаете.
— А ты хоть любишь своего молодого человека?
— Он неплохой. Мне с ним комфортно. Мы вместе проводим время, нам весело. Да, пожалуй, я его люблю, — подытожила Анна.
Катя ничего не сказала в ответ, только пожалела про себя «бедную девочку». Возникшую паузу нарушила пришедшая наконец Зоя Васильевна.
— Всем привет! Почему такие грустные? Что тут у нас стряслось? Катя, материал готов? — Зоя Васильевна забросала всех вопросами.
— Ничего не случилось. Материал на столе под папкой. И не грустные мы вовсе, просто Анна заскучала, пока вас ожидала, — отрапортовала Катя.
— Ну и ладненько. Сейчас, моя девочка, — Зоя Васильевна обратилась к Ане, — я быстро разберусь здесь, и займемся тобой. Хорошо?
Анна кивнула головой. Ей нравилась хозяйка. Всегда такая живая, подвижная — совершенно ясно, что она была душой газеты. Она умела молниеносно принимать решения, и самое главное — всегда угадывала суть.
Час спустя Зоя Васильевна и Анна уже задушевно болтали, обсуждая направление работы девушки.
— Ну вот скажи, — допытывалась хозяйка, — ты уже видела всю нашу кухню, сама то что-нибудь выбрала для себя?
— В общем-то да. — Анна не собиралась лукавить.
— Так-так, интересно. И что же?
— Когда я просматривала статьи предыдущих номеров, мне показалось, что многое я смогла бы сделать лучше.
— А чьи статьи? Какого направления? — Зоя Васильевна с любопытством смотрела на девушку.
— Некоторые были Лилии Филипповны, но в основном Витькины или Юркины. — Анна задумалась, как бы определить направление. — Знаете, такие сентиментальные истории. Мне кажется, в них не хватает душевности, что ли.
— Да, — усмехнулась Зоя Васильевна. — Если я правильно тебя поняла, мечтаешь вышибить из читателя слезу? Неплохо. У нас с этим действительно как-то слабовато.
— Вы правда так считаете или хотите меня успокоить?
— Нет, ты все же молодец. Хвалю за откровенность.
— Спасибо, — Анна засмеялась. — А то я очень переживала, вдруг вы будете против. Только я не знаю, о чем написать. Вы мне тему подскажите?
“Вот наказание на мою голову! Что это за журналист, которому еще и темы подбрасывать нужно! Больше делать нечего!” — пронеслось в голове у Зои Васильевны. Но это в голове, а вслух произнесла:
— Подскажу, подскажу. Только дай мне подумать немного.
— Недолго?
— Ух ты, какая быстрая. Минут пятнадцать тебя устроит?
— Я тогда чаю выпью с «девчонками».
— Мне не забудьте налить, — вдогонку ей сказала хозяйка.
* * *
Анна еще не успела допить чай, когда Зоя Васильевна позвала её к себе.
— Значит, так, — объявила она. — Тем на самом деле много, но их можно объединить в три основные группы.
— Можно, я запишу? — Анна достала блокнот.
— Пиши, — Зоя Васильевна откашлялась. — Итак, первая «плаксивая» тема — это дети.