Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Да уж, у тёти Гертруды наверняка, пробормотала Мия.
Не имеет значения. У кого есть время, тот придёт, а другие не придут, сказала мама. Ничего особенно грандиозного, небольшой, без претензий, праздник
У Лотти будет повод надеть свою широкую юбку в сборку.
А я, по крайней мере, испеку торт. Лотти сияла. Трёхслойный.
Это будет супер, поддержала мама.
Рыся застонала.
О помещении в июне можно, конечно, не заботиться. Праздновать будем в саду. Она коротко засмеялась, чтобы подчеркнуть ироничность своих слов, но мама этого не ощутила.
Хорошая идея, кивнула она.
Но это же катастрофа! возразила Рыся.
Нет, если мы не допустим, чтобы распоряжались тётя Гертруда и бабушка Вирджиния, заметила я.
Рыся побледнела. Мысль, что у нас появится ещё одна семья, до сих пор как будто не приходила ей в голову.
О, я буду только рада ближе познакомиться с вами. Флоранс закатила глаза.
Они с Грейсоном были близнецами, но Флоранс любезностью напоминала бабушку, у которой стали набухать жилы на лбу.
Небольшой пикник в саду! Это можно было бы устроить, если бы речь шла не о свадьбе. Если бы не было ни семьи, ни обязательств. Она возбуждённо стала ходить по кухне взад-вперёд. Но мой сын, в отличие от тебя, помнит о принципах и традициях, которые обеспечили ему положение в обществе. Ты о них представления не имеешь.
У тебя прямо дым из ушей, весело сказала мама.
Глупости, ответила Рыся.
Но мама была права: из ушей Рыси явно поднимались маленькие белые облачка, да ещё слышался шум двигателя. Тут только я поняла, что всё это мне снится. Хотя разговор на кухне действительно происходил сегодня после полудня. А что уши Рыси не дымились и рядом с холодильником не было зелёной двери, это я теперь заметила.
Рыся из сна проследила за моим взглядом.
Вычурное рукоделие это для меня слишком. Дверная ручка в виде ящерицы по-моему, верх безвкусицы Ах, что это?
Дверная ручка шевельнулась. Мелкие чёрные и красные чешуйки замерцали, в то время как ящерица вытянулась в длину, хвост опустился, а глаза раскрылись.
Ты вовсе не безвкусица, улыбнулась я, как всегда восхищённая её красотой.
Когда я впервые увидела дверь моего сна, ящерица была ещё из латуни и гораздо меньше, чем сейчас. Она весело подмигивала, но не шевелилась. Сейчас же ящерица ползала вверх-вниз по двери и пыталась изобразить удобную дверную ручку, как мне хотелось. Её глаза светились бирюзой и смотрели дружелюбно в отличие от глаз её сестры на другой стороне двери. Я всё пыталась найти для неё подходящее слово, мистическое, звучное и при этом доверительное. В конце концов, она была создана моим подсознанием, значит, была частью меня самой. Как и её острозубый двойник с другой стороны двери.
Слишком пестро, возразила Рыся. И совсем не реалистично. Пропорции передней и задней части не совпадают.
Я погрозила из своего сна Рысе. Было не очень приятно, что она так часто появляется у нас в настоящем доме, причём явно предпочитает дни, когда Эрнест находится в деловой поездке, а мама свободна от уроков. Нам с Мией это казалось издёвкой, но мама и Лотти с их твёрдой уверенностью, что человек от природы добр, считали, что бедная старушка просто хочет участвовать в жизни семьи и быть полезной.
Ну да. А Земля была диском.
Я осторожно потрогала кончиком пальца чешуйки ящерицы. К моей радости, она замурлыкала, как наш кот Спот. Фантастически, но по-своему восхитительно.
Назови её Лиз, предложила Мия.
Она, Лотти и мама стояли рядом со мной, любуясь ящерицей. Флоранс с Рысей просто исчезли.
По-моему, Лиззи звучит неплохо.
Нет, это слишком прозаично, сказала Лотти. Может, Саламандрия. Или Никс, как богиня ночи.
Больше бы подошло Барселона.
Мама увидела наши неуверенные взгляды и добавила:
Знаете, в честь знаменитой ящерицы Гауди[9], который Ах, забудьте ваши культурные банальности.
Как часто бывало во сне, я вздрагивала, когда подсознание выискивало в глубине моего мозга информацию, о какой я и не подозревала. Прямо завтра утром я введу слова «Гауди» и «Барселона» в свою поисковую программу. И надеюсь не найду там ящерицу.
Кто-то постучался в дверь с той стороны.
Ящерица ловко скаталась в дверную ручку, в то время как её двойник с другой стороны сунул голову в прорезь для писем и прошипел: