Выплеснув свою злость, Рома вскочил и забегал по спальне, как я поняла по быстро перемещающемуся голосу:
- А все ты виноват, Вадим! Это была последняя наша ниточка!
Чья-то рука закрыла мне глаза, и я услышала грустный голос Вадима:
- Спи спокойно, Мария.
- Что ты тут сантименты разводишь! - прохрипел Рома. - Еще в лоб ее чмокни, поганку!
- Не кипятись. Может, у тебя уже и не стоит, а я еще могу оценить женскую красоту.
- Скажи еще, что глаз положил, - презрительно бросил Рома.
- Не знаю, - задумчиво проговорил тот. - Но уверен, что, встреть я ее при других обстоятельствах, все бы отдал, чтобы иметь около себя эту девчонку. Знаешь, когда видишь такую, становится понятно, что не деньги главное в жизни. И потом, она ведь не только красивая, она еще и дерется, как зверь, совсем как пантера. Этот Корыто голыми руками людей убивал, его вся московская братва боялась, а она его...
- Да перестань! Лучше подумай, что теперь делать будем. Слушай, Люба, а оживить ее уже никак нельзя?
- Если бы! - убитым голосом ответила та. - Я уж сама настроилась, препараты приготовила, конспектики свои перечитала, чтобы память освежить, а тут на тебе. - Она вздохнула. - Стерва и есть стерва, что там говорить. Весь кайф обломала.
- Да ты не плачь, - успокоил бедняжку Рома. - Мы тебе скоро еще кого-нибудь привезем. Твои знания невостребованными не останутся.
- Делать будем вот что, - твердо проговорил Вадим. - Сатана сказал, что у него ее сумочка осталась с паспортом. Надо посмотреть, где она живет, и съездить туда. Может, кого найдем, мало ли. Привезем сюда, отдадим в заботливые Любины руки и что-нибудь да вытянем. Других вариантов нет.
Уже начавшая было зарождаться во мне симпатия к Вадиму сразу же обратилась в жгучую ненависть. Судя по всему, Валентина, которую босс отправил домой, должна сейчас быть там. Родион наверняка безвылазно сидит в своей башне, ожидая нападения и не подозревая, что его давно считают убитым, и Валентину близко к себе не подпустит. А если эти подонки доберутся до нее и начнут пытать препаратами, только я одна буду в этом виновата. Но не оживать же сейчас, в конце концов! Единственное, что мне оставалось, это побыстрее улизнуть отсюда и предупредить подругу.
- А это идея! - радостно проговорил Рома. - Поехали к Сатане.
- А что с телом делать? - спросила сердобольная Любовь Борисовна. Мертвое оно мне здесь не нужно.
- Мы его с собой прихватим, а по дороге где-нибудь выкинем, - тут же нашелся Рома. - Давай, Вадик, хватай ее за ноги, и потащили в машину. Нечего время терять...
...Когда крышка надо мной захлопнулась, я улеглась поудобнее. В багажнике было чисто и уютно, толстая шерстяная ткань, постеленная на дне, приятно смягчала удары на выбоинах, легкий запах масла из запасной канистры немного кружил покоящуюся на запаске голову, придавая воздушность мыслям, и при этом сверху не капало, мухи не кусали - одним словом, жаловаться пока было не на что. Я лежала, слушая неразборчивую перебранку "новых русских" в салоне, и тихо проклинала слишком болтливого Сатану. Как раз в этот четверг мы собирались с Валентиной в ателье заказывать себе вечерние платья к Новому году, а теперь неизвестно, сколько продлится это странное дело и вообще понадобятся ли мне уже когда-нибудь платья...
Машина вдруг резко замедлила ход и остановилась. Наверное, увидели подходящую свалку, где меня можно выбросить. Кроме тех двоих, в машине был еще и охранник-водитель, и я была уверена, что справлюсь со всеми без особого труда, если, конечно, они не предпримут никаких мер безопасности. Хотя чего им опасаться трупа?
Я услышала, как открылась дверца машины. Потом до меня донеслось:
- Капитан Николенко, здравия желаю. Ваши права, пожалуйста.
Ба, да это гаишники! Интересно, что-то сейчас будет...