Всего за 74.9 руб. Купить полную версию
ОКТАВИЙ ЦЕЗАРЬ
Иного я не жду.
Давно известно то, что я скажу:
Желанен властелин лишь до поры,
Пока ещё он не добился власти;
А тот, кто был при жизни нелюбим,
Становится кумиром после казни.
Толпа подобна водорослям в море:
Покорные изменчивым теченьям
Они плывут туда, потом сюда, и, вскоре,
Сгниют там без стыда и сожаленья.
Входит второй гонец
Второй гонец
О, Цезарь, я готов известие подать:
Поработили море два пирата
Менас и Менекрат. Морскую гладь,
Судами бороздя, чинят блокаду,
Грозя набегом на берега Италии.
Одна лишь мысль о них и стынет кровь
Приморских жителей, и, тем заранее,
Уж разжигая у юнцов лихую злость.
Любой корабль, только выйдет в море,
Уже захвачен будет вскоре.
Но более, чем силою своей
Страшны пираты именем Помпей.
ОКТАВИЙ ЦЕЗАРЬ
Опомнись уж и ты, доблестный Антоний!
От сладострастных ты оторвись агоний.
В те дни, как отступал ты от Мутины,
Разбитый войском Панны и Гирцинны
(хоть пали оба консула в бою),
Жестокий голод гнал тебя к краю.
Привыкший к роскоши, пирам,
В бою такую стойкость ты проявил сам,
Что позавидовал бы зверь и дикарь,
Ты не гнушался, утолял и жажды жар
Мочою конской и болотной жижей,
Что зверь не пьёт, а если пил не выжил.
Ты, как олень, зимой глодал кору,
А волчьим ягодам был рад ты, как вину.
Ел в Альпах, говорят, такую падаль,
От вида одного её бы каждый смертью падал.
И что же? Даже щёки у тебя
Окружности своей не смели потерять.
Мне горько это вымолвить, прости,
Тогда ты был воин истинный.
ЛЕПИД
Да, жаль, тогда иным был быт!
ОКТАВИЙ ЦЕЗАРЬ
Так пусть его сюда пригонит стыд.
А нам пора поднять оружие.
И для того созвать нам нужно
Совет военный, нынче, и скорее.
А наше промедленье на руку Помпею.
ЛЕПИД
На завтра, Цезарь, сообщу вам точно.
Какими силами располагаю в общем.
Войсками и на суше, и на море.
ОКТАВИЙ ЦЕЗАРЬ
Да, к нашей встрече, вскоре,
И я буду всё знать. Прощай.
ЛЕПИД
Прощай. И если новое узнаешь сообщай.
В том случае, и если вести с рубежей,
Будь добр, ты поделиться новостью и сей.
ОКТАВИЙ ЦЕЗАРЬ
Конечно. И почту это за долг.
И каждый в свой уходит полк.
Сцена 5
Александрия. Зал во дворце Клеопатры
Входит Клеопатра, Хармиана, Ирада и Мардиан.
КЛЕОПАТРА
Ей, Хармиана!
ХАРМИАНА
Что, царица Флоры?
КЛЕОПАТРА
Так, дай мне выпить мандрагоры!
ХАРМИАНА
Зачем, царица?
КЛЕОПАТРА
Хочу уснуть! Пока Антоний мой не возвратится.
И беспробудно буду спать.
ХАРМИАНА
Как можно долго так страдать?
КЛЕОПАТРА
Твои слова уже измена!
ХАРМИАНА
Царица, не нужна мне перемена.
КЛЕОПАТРА
Ей, евнух! Эгей, Мардиан!
МАРДИАН
Чем угодить могу я сам?
Я к вашему величеству с радением.
КЛЕОПАТРА
Уж только не своим писклявым пением!
Мне евнух угодить ничем не может.
Как лишь развлечь рассказом всё же.
О том скажи, чем счастлив ты, скопец?
Желаньям плотским уж давно пришёл конец.
Но мне скажи, хочу я всё же знать,
Есть ли у тебя к чему-то страсть?
МАРДИАН
Да, госпожа.
КЛЕОПАТРА
Как, в самом деле?
МАРДИАН
Ну, не совсем, и не на деле.
Я телом не на многое способен.
Но страсть знакома. Я мечтаю боле.
О том, чем там с Венерой занимался Марс.
КЛЕОПАТРА
Послушай, Хармиана, где он сейчас?
Как думаешь? Чем занят мой Антоний?
Сидит или стоит? Пешком иль на коне в погоне?
Счастливый конь! Как должен наслаждаться
Ты тяжестью Антония! Гордись, ты должен постараться
Ведь ты несёшь Атланта полумира,
Людского племени кумира.
Его и меч, и шлем.
Он говорит сейчас?.. А может в думах нем?
Иль шепчет: «Где моя египетская змейка?»
Ведь, часто называл меня так мельком.
О, нет, зачем пить этот сладкий яд?
И часто обо мне всё вспоминать
О той, чья кожа словно бронза,
От жарких поцелуев солнца,
Изрезана морщинами времён?