Сарданапал
Опять преграда
Меж нами и мечтой о счастье! Дай мне
Ее смести (встающую в твоей
Заминке), счастье дав тебе, и этим
Свое упрочить.
Мирра
Государь мой!
Сарданапал
Вечно
"Мой государь", "мой царь", "мой повелитель"!
Смиренье, робость! Никогда улыбки
Не вижу - разве на пиру безумном,
Когда шуты, напившись, позабудут
Приличия, и с ними я сравняюсь
В скотстве! О Мирра! Все названья эти -
"Царь", "государь", "властитель", "повелитель" -
Могу я слышать и, в былом, ценил.
Верней - терпел в устах рабов и знати;
Когда же их лепечут губы милой,
Целованные мною, - в сердце холод
Проходит, леденящее сознанье,
Что ложь - мой титул, если чувство душит
В моей любимой! Хочется тогда
Сорвать с себя докучную тиару
И в хижине кавказской поселиться
С тобою, и венком сменить венец!
Мирра
О, если б так!
Сарданапал
И ты того же хочешь?
А почему?
Мирра
Неведомое мог бы
Ты там узнать.
Сарданапал
А что же?
Мирра
Цену сердца;
О женском говорю.
Сарданапал
Но я изведал
Их тысячи и тысячи.
Мирра
Сердец?
Сарданапал
Сердец.
Мирра
Ни одного! Но час, быть может,
Придет.
Сарданапал
Придет! Послушай: Салемен
(Как он проведал, знает лишь создатель
Державы нашей, Бэл) мне объявил,
Что мой престол в опасности.
Мирра
Он сделал
Прекрасно.
Сарданапал
Ты ли это говоришь?
Ты! с кем он был столь груб, кого дерзнул он
Изгнать издевкой дикой и заставил
Краснеть и плакать?
Мирра
Я краснеть и плакать
Должна бы чаще. Хорошо, что он
Мне долг напомнил мой. Но про опасность
Упомянул ты, - для тебя?
Сарданапал
Какой-то
Мидийский темный заговор, и злоба
Войск и племен, и уж не знаю что:
Какой-то лабиринт угроз и тайн.
Ну, Салемен всегда такой, ты знаешь;
Но человек он честный. Перестанем;
Подумаем о пире.
Мирра
Не о пире, -
Не время! Мудрых предостережений
Ты не отверг?
Сарданапал
И ты боишься?
Мирра
Я -
Гречанка; мне ль бояться смерти? Я -
Рабыня; мне ль свободы устрашиться?
Сарданапал
Так почему бледнеешь?
Мирра
Я - люблю.
Сарданапал
А я? Тебя люблю я больше жизни
Моей короткой, больше всей державы
Колеблемой, - но не дрожу я.
Мирра
Значит,
Ты ни себя не любишь, ни меня:
Любя другого, и себя ведь любят -
Ради него… Все это безрассудно:
Нельзя терять впустую жизнь и трон!
Сарданапал
Терять! Но кто же, дерзкий, посягнет
На них?
Мирра
А кто попытки убоится?
Коль сам себя забыл их царь - никто
О нем не вспомнит!
Сарданапал
Мирра!
Мирра
О, не хмурься!
К твоей улыбке так привыкла я,
Что горше мне суровый вид, чем кара,
Быть может, возвещаемая им.
Царю - я подданная, господину -
Рабыня, человека - я люблю,
Охваченная роковым влеченьем!
Гречанка, ненавижу я монархов;
Рабыня - цепи; ионийка, я
Унижена любовью к иноземцу
Сильнее, чем оковами. И все же
Люблю тебя! И если той любви
Хватило, чтобы душу переделать,
Ужель она откажется от права
Тебя спасти?
Сарданапал
Спасти? Ты так прекрасна!
Люби меня, люби, а не спасай!
Мирра
А без любви - где сыщешь безопасность?
Сарданапал
Про женскую любовь я говорю.
Мирра
Жизнь человек сосет из женской груди
И учится словам из женских уст;
И первый плач близ женщины смолкает,
И женщина последний слышит вздох:
Мужчины нарушают долг печальный
Быть при вожде в его последний миг!
Сарданапал
О, златоустая! Звучит твой голос
Как музыка - трагическою песнью,
Которую так любят у тебя
На родине, ты говорила. Плачешь?
Не надо!
Мирра
Я не плачу. Но - молю -
Не говори о родине моей.
Сарданапал
Но ты сама нередко…
Мирра
Правда, правда;
Мысль вечная невольно ищет слова;
Но речь других о Греции - мне нож!
Сарданапал
Молчу… Меня спасти ты хочешь; как же?
Мирра
Уча спасти не одного себя,
Но всю страну огромную от худшей
Из войн - братоубийственной войны.
Сарданапал
Но я, дитя, все войны ненавижу;
Живу я в мире, в радостях; чего же
Еще?
Мирра
Ах, царь! С обычными людьми
Нужна нередко видимость войны,
Чтоб сущность мира охранить; царю же -
Порою страх внушать, а не любовь.
Сарданапал
Но я искал любви.
Мирра
А не внушил
Ни страха, ни любви.
Сарданапал
Тебя ль я слышу?
Мирра
Речь - о любви народа, себялюбца;
Народу нужен страх перед законом,
Не гнет: о нем не должен думать он;
А думает - пускай его считает
Защитою от худшего, от гнета
Страстей. А царь вина, цветов, пиров,
Любви - вовек не сыщет славы.
Сарданапал
Славы!
А слава - что?
Мирра
Спроси отцов-богов.
Сарданапал
Они молчат. О них жрецы болтают,
Стремясь подачку выпросить на храм.
Мирра
Взгляни в анналы тех, кто создал царство.
Сарданапал
Я не могу: они в крови. К тому же
Империя основана , а большей
Не нужно мне.
Мирра
Ты эту сбереги.
Сарданапал
Ее мне все ж для наслаждений хватит…
Идем к Евфрату, Мирра: чудный вечер;
Галера ждет, и павильон разубран
Для пиршества ночного и такою
Сверкнет красой и блеском, что и звезды
Небесные увидят в нем звезду!
И, свежими увенчаны цветами,
Возляжем мы с тобой подобно…
Мирра
Жертвам.
Сарданапал
Нет, как цари, как пастухи-цари
Былых времен, не знавшие венцов
Прекраснее цветочных, а победы -
Лишь мирные, бесслезные… Пойдем.
Входит Панья.
Панья
Вовеки жить царю!
Сарданапал
Ни часом дольше,
Чем он любить способен. Ненавижу
Такой язык: жизнь делает он ложью,
Прах вечностью маня! Ну, Панья, быстро.
Панья
Мне Салемен велел возобновить
Его мольбу к царю: хотя б сегодня
Дворца не покидать; он, возвратясь,
Даст объясненья смелости своей,
Которые, быть может, оправдают
Его вмешательство.
Сарданапал
Я, значит, в клетке?
Уже в плену я? Мне запретен воздух?
Ответишь Салемену: хоть бы вся
Ассирия бурлила мятежом
Вкруг этих стен, - я выйду!
Панья
Повинуюсь,
Но…
Мирра
Выслушай, властитель! Много дней
И месяцев провел ты в сладкой неге
В глуби дворца, ни разу не представ
Перед народом, рвущимся к царю;
Ему не показался ты; сатрапов
Не проверял; богам не поклонялся;
Оставил все на произвол судьбы;
И все в стране - все, кроме зла, - уснуло!
И ты не хочешь день еще помедлить -
Лишь день, который, может быть, спасет?
Немногим верным не подаришь суток -
Для них, для предков, для себя, для малых
Наследников твоих?
Панья