Всего за 400 руб. Купить полную версию
Надя долго не могла понять папу. А мама не объясняла. То ли сама не понимала, то ли не хотела говорить дочери.
Помогла соседка бабушка Степанида.
Мальцом прикрывается антихрист, как-то подслушала Надя разговор старухи с мамой. Сказывают люди, что партизаны давно охотятся за паразитом, так он мальчишку с собой таскает. Мол, православные не поднимут руку на него при младенце, о как. Его ж подельников уже наказали. Вот он и боится, антихрист. Жить хочет, окаянный. Сыном прикрылся, гадёныш. Это ж это ж нет ничего святого у человека, вот что я вам скажу.
Господи, Иисусе Христе, сыне Божий, молилась мама, спаси и сохрани сыночка моего родного, кровинушку мою ненаглядную, и осеняла себя крестным знамением. За что, за что такое наказание на дитё, на всю семью? Чем же мы прогневили бога, что он нас так наказал?
После этого Надя несколько раз пыталась поговорить с Гришкой Кочетковым, с Петькой Манниковым, с Танькой Малаховой, попросить их замолвить хоть словечко своим родным, которые в партизанах, чтобы они её папку с Данилкой не трогали.
С ним же Даник, Данилка, убеждала Надя. А он маленький ещё, кроха совсем, несмышленыш. И такой хорошенький.
Ага, сейчас! за всех ответила Танька. Думать раньше надо было. Кто раненых партизан, что у тёти Зои Пашковой хоронились, выдал немцам? Кто красноармейцев помогал ловить в прошлом году? А кто не спас семью Подольских, которую немцы сожгли в их собственной избе? Ни словечка не замолвил, а ведь там были не только взрослые, но и дети.
И ей, Надьке, крыть-то и нечем. Правда это, горькая-прегорькая правда.
А вот как жить дальше, как уберечь Данилку, как встречать наших, что будет с папкой голова кругом.
В конце сентября 1943 года папа въехал на подворье на телеге, запряжённой парой лошадей.
Собирайтесь! грозно потребовал он, и стал скидывать вещи в постельное покрывало, в домотканую скатерть, что расстелил на полу в передней хате.
Это ещё куда собираться? подскочила к папе мама. Никуда мы не поедем! глядя в глаза мужу, твёрдо произнесла она.
Нет, не поедем! поддержала маму и Надя.
Она держала на руках Данилку.
Нам и тут но договорить не успела, как папа вырвал братика, взял на руки.
Ну, что ж, остановившись посреди хаты и прижимая сына к груди, папа окинул взглядом избу, ну, что ж. Так тому и быть: я забираю сына, а вы оставайтесь. Гори оно всё ярким пламенем! и выбежал во двор.
Следом за ним кинулась и мама, и Надя.
Папа усадил сына на телегу, а мама встала перед лошадьми, загораживая дорогу со двора.
Не пущу! она побледнела вся, сжала зубы, глядела исподлобья.
И столько в том взгляде было ненависти, столько силы и ещё чего-то, что Надька растерялась на мгновение, замерев посреди двора. Лишь прижимала руки да сильно-сильно закусила губы.
Очнулась от толчка.
Это бабушка Степанида.
Откуда она появилась Надя не видела.
Лишь услышала:
Изладься, хватай братика и беги! А я уж мамке твоей помогу.
Ещё Надя увидела, как папа ударил кулаком маму; увидела, как мама упала; и ещё успела увидеть, как бабушка Степанида уцепилась сзади в папу, повалила на землю.
И снова услышала бабушкин крик:
Беги!
Надька ухватила Данилку, прижала к себе и кинулась с подворья.
Ей вслед неслось и мамино:
Беги, доченька, беги! Помни, роднее его у тебя нет!
Как оказались рядом Гришка Кочетков, Петька Манников и Танька Малахова Надя тоже не помнит.
Она снова помнит себя уже бредущей вслед друзьям по подлеску, что за деревней.
Её поддерживает Танька, что-то говорит.
Впереди Гришка несёт на руках Данилку, и тоже что-то говорит ребёнку.
Рядом с Гришкой идёт Петька, поминутно оглядываясь назад.
А вот встречу с красноармейцами вечером того же дня уже помнит отчётливо.
Помнит, как вернулась домой тогда же.
Как увидела посреди двора убитых маму и бабушку Степаниду тоже помнит.
А ещё помнит, как там же во дворе, братик Данилка, обхватив её за ноги, дёргает за сподницу, смотрит снизу вверх и требовательно что-то говорит.
Буковинцы
Рассказ
1
Новость о том, что в деревне будут квартировать какие-то странные полицаи, принёс дед Макар.
Вчера он сам пас за околицей свою отощавшую за зиму козу.
Детишек пожалел: холодно ещё, земля не прогрелась, зябко, а одёжка да обувка у ребятишек поизносилась.