- У меня образование есть, и я все по науке делаю, так что, не бахвалясь могу сказать: мех очень качественный. Но приезжали тут итальянцы, охали, качеством восхищались, давайте, говорят, договор заключать на эксклюзивные поставки, мы, говорят, чуть ли не самая крупная пушная фирма в Европе. Сунулись мы туда-сюда - так столько, оказывается, надо рогаток преодолеть, чтобы получить лицензию на право экспорта пушнины, и потом такие налоги платить с международных сделок, что на том все пока и заглохло... Нет, жаловаться грех, мы не бедствуем, и наше дело нас кормит, но хотелось бы поосновательней на земле закрепиться.
- Вот и поговоришь с министром, когда он тут будет, - сказал отец.
- Не знаю... - дядя Сережа покачал головой. - Нескладно как-то получается... Еще подумает, что я за ним шпионил, специально в гости к вам напросился, чтобы с ним поговорить... Ему ведь отдохнуть спокойно хочется. Разозлится, что ему нигде покоя не дают... И к тому же вся эта суета вокруг него... На лишнего человека, тем более с делом к министру, охрана будет коситься с таким подозрением, что мне легче будет на пулемет грудью кинуться, чем к нему подойти! Нет уж, постараюсь держаться подальше.
Отец, вроде, хотел что-то сказать на это, но промолчал.
- Что это за рыба? - шепотом спросила у меня Фантик, беря на хлеб ещё два ломтика рыбы домашнего засола.
- Форель, - ответил я. - Чуть к северу отсюда есть несколько рек, в которых она водится. Отец всегда делает запасы, он её отлично засаливает, но на всю зиму нам ещё ни разу не хватило.
- Вполне вас понимаю! - сказала Фантик. - Она такая нежная и вкусная! Я сама могла бы съесть тонну в один присест...
- Обопьешься потом, - практично заметил мой брат. - После соленой рыбы знаешь как пить хочется?
- Соков полно, - ответила Фантик.
- Эх ты! - мой братец поглядел на неё с легким презрением. - Соки тут не помогут. Горячий несладкий чай - вот то, что надо!
- Не беспокойся, я это знаю! - буркнула сразу надувшаяся Фантик.
- А если знаешь, то чего мелешь чепуху про соки? - спросил мой "вежливый" братец. С ним вообще случалось, что он, как говорится, рубил сплеча. Но не дай Бог было задеть его самого! Он был очень обидчив и мог впасть в такой приступ ярости, что бросался на обидчика с кулаками и молотил его, словно ветряная мельница - при этом ни возраст, ни сила противника роли для него не играли. У нас было несколько случаев, когда он вот так бросался на ребят постарше не только его самого, но и меня. Если обидчик был слишком рослый и сильный, Ванька молотил его руками и ногами, зажмурив глаза! И, надо сказать, даже ребята тринадцати-четырнадцати лет боялись с ним связываться. Ведь если "малявка" поставит тебе синяк под глазом, тебя потом засмеют и задразнят так, что хоть топись! И даже если вздуешь потом малявку - от вечных насмешек все равно не избавишься. Надо сказать, я даже чуть-чуть завидовал буйному характеру моего брата, потому что сам я никогда не терял головы и не мог броситься в бой с таким неистовством, как будто тебе все нипочем. А иногда это могло бы помочь выпутаться из трудной ситуации.
Но тут я сам разозлился на него.
- Тц! - прицыкнул я. - Думай, что говоришь! С гостями так не разговаривают!
- А с девочками - тем более! - шепнула Фантик краем рта, смешно скривив для этого губы, да ещё и ладошкой прикрывшись, чтобы взрослые не слышали нашей перепалки.
Ванька насупился, но промолчал. Он ненавидел признавать, что был не прав, но тут ему крыть было нечем. Правда, он взглянул на меня и Фантика так, что у меня, хорошо знавшего моего братца, сердце екнуло.