Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Из волшебных сказок:
Колдун покойник
Отпросился солдат в отпуск родину навестить, родителей повидать, и пошел в дорогу. День шел, другой шел, на третий забрел в дремучий лес. Где тут ночевать? Увидал на опушке две избы стоят, зашел в крайнюю и застал дома одну старуху.
Здравствуй, бабушка!
Здравствуй, служивенький!
Пусти меня ночь переспать.
Ступай, только тебе здесь беспокойно будет.
Что? Али тесно у вас? Это, бабушка, ничего. Солдату немного места надо: где-нибудь в уголок прилягу, только бы не на дворе!
Не то, служивенькой! На грех пришел ты
На какой грех?
А вот на какой: в соседней избе помер недавно старик большой колдун; и таперича каждую ночь рыщет он по чужим домам да людей ест.
Э, бабушка, бог не выдаст, свинья не съест.
Солдат разделся, поужинал и полез на полати; лег отдыхать, а возле себя тесак положил. Ровно в двенадцать часов попадали все запоры и растворились все двери; входит в избу покойник в белом саване и бросился на старуху. «Ты, проклятый, зачем сюда?» закричал на него солдат. Колдун оставил старуху, вскочил на полати и давай с солдатом возиться. Тот его тесаком рубил-рубил, все пальцы на руках поотбивал, а все не может справиться. Крепко они сцепились, и оба с полатей на пол грохнулись: колдун под низ, а солдат наверх попал; схватил солдат его за бороду и до тех пор угощал тесаком, пока петухи не запели. В ту самую минуту колдун омертвел: лежит, не тронется, словно деревянная колода.
Солдат вытащил его на двор и бросил в колодезь головой вниз, ногами кверху. Глядь: на ногах у колдуна славные новые сапоги, гвоздями убиты, дегтем смазаны! «Эх, жаль, так задаром пропадут, думает солдат, дай-ка я сниму их!» Снял с мертвого сапоги и воротился в избу.
Ах, батюшка, служивенький, говорит старуха, зачем ты с него сапоги-то снял?
Дак неужели ж на нем оставить? Ты смотри: какие сапоги-то! Кому не надо рубль серебра даст; а я ведь человек походный, мне они очень пригодятся!
На другой день простился солдат с хозяйкою и пошел дальше; только с того самого дня куда он ни зайдет на ночлег, ровно в двенадцать часов ночи является под окно колдун и требует своих сапог.
Я, грозит, от тебя нигде не отстану: всю дорогу с тобой пройду, на родине не дам отдыху, на службе замучу!
Не выдержал солдат:
Да что тебе, проклятый, надобно?
Подай мои сапоги!
Солдат бросил в окно сапоги:
На, отвяжись от меня, нечистая сила!
Колдун подхватил свои сапоги, свистнул и с глаз пропал.
Из сказок о животных:
Лиса-плачея
Жил-был старик со старухою, была у них дочка. Раз ела она бобы и уронила один наземь. Боб рос, рос и вырос до неба. Старик полез на небо; взлез туда, ходил-ходил, любовался-любовался и говорит себе: «Дай принесу сюда старуху, то-то она обрадуется!» Слез наземь посадил старуху в мешок, взял мешок в зубы и полез опять наверх; лез-лез, устал, да и выронил мешок. Опустился поскорее, открыл мешок, смотрит лежит старуха, зубы ощерила, глаза вытаращила. Он и говорит: «Что ты, старуха, смеешься? Что зубы-то оскалила?» Да как увидел, что она мертвая, так и залился слезами.
Жили они одни-одинехоньки, среди пустыря; некому и поплакать-то по старухе. Вот старик взял мешок с тремя парами беленьких курочек и пошел искать плачею. Видит идет медведь, он и говорит: «Поплачь-ка, медведь, по моей старухе! Я дам тебе две беленьких курочки».
Медведь заревел:
Ах ты, моя родимая бабушка! Как мне тебя жалко!
Нет, говорит старик, ты не умеешь плакать.
И пошел дальше. Шел-шел и повстречал волка; заставил его причитать, и волк не умеет.
Пошел еще и повстречал лису, заставил ее причитать за пару беленьких курочек. Она и запела:
Туру-туру, бабушка! Убил тебя дедушка.
Мужику понравилась песня, он заставил лису петь в другой, в третий и четвертый раз; хвать, а четвертой пары курочек и недостает. Старик говорит:
Лиса, лиса! Я четвертую пару дома забыл; пойдем ко мне.
Лиса пошла за ним следом. Вот пришли домой; старик взял мешок, положил туда пару собак, а сверху заложил лисонькиными шестью курочками и отдал ей. Лиса взяла и побежала; немного погодя остановилась около пня и говорит:
Сяду на пенек, съем белую курочку.
Съела и побежала вперед; потом еще на пенек села и другую курочку съела, затем третью, четвертую, пятую и шестую. А в седьмой раз открыла мешок, собаки на нее и выскочили.