- Людоед! - вскрикнул Гук.
- Ведьма! - ужаснулся Пальчик.
- Прячьтесь, а то съест. Брр-р-р… - Леший выбежал во двор. Ребята, столкнувшись лбами, шмыгнули под огромный топчан. Хлопнула дверь. Гук и Пальчик с ужасом увидели, как по комнате прошли громадные сапоги.
- Здесь человеком пахнет! - раздался громовой голос. Шлёпанцы Лешего засеменили вокруг сапог Людоеда.
- Хе-хе… Это яичницей пахнет. Глазуньей.
Сапоги размеренно ходили туда и сюда. За ними бегали шлёпанцы. Слышались скрип отворяемого шкафа, стук передвигаемых табуреток.
Ребята крепко прижались друг к другу.
Сапоги приблизились к топчану, и тут перед испуганными мальчишками оказалось лицо - и какое! - наклонившегося Людоеда. Длинные усы, похожие на велосипедный руль, свисали до самого пола, низкий лоб пересекали извилистые, словно волны, морщины, а в правом ухе колыхалась большущая золотая серьга. Он повёл своими чёрными глазищами величиной с небольшое кофейное блюдечко и торжественно уставил на онемевших ребят длинный указательный палец с треснувшим ногтем. Палец торчал грозно, как ружьё.
Подбежали шлёпанцы, и под диван заглянул Леший. Он "удивлённо" зачмокал губами, а косматые брови забегали вверх-вниз.
Гук попытался юркнуть за Пальчика, тот - за Гука, и они снова столкнулись.
- Чего? - услышав стук лбов, быстро спросил Людоед. Леший счёл, что спрашивают у него, и пожал плечами:
- Первый раз их вижу, а ты?..
- Попались, - хохотнул напарник. - Включай электроплитку! Леший выбежал из комнаты.
- Предлагаю одно из двух, - вкрадчиво сказал Людоед. - На каком масле вас зажарить: на постном или на сливочном?
- Здо-ро-вый, а пугаешь… - еле вымолвил Пальчик. А Гук заревел навзрыд:
- Я не хочу… зажариться.
- Да что я людоед, что ли?! - обиделся Людоед. - А ну, вылезайте все или вместе!
- А не съешь? - тревожно спросил Пальчик.
- Мы невкусные, - торопливо сказал Гук.
- Леший! - гаркнул Людоед.
- Ау? - с готовностью донеслось издалека. Он привычным жестом закинул усы на плечи:
- Выключай плитку. Экономь электроэнергию! Ребята с опаской вылезли из-под топчана.
- Трон! - скомандовал он.
Леший вкатил зубоврачебное кресло на колесиках.
Людоед расселся на нём и грозно спросил:
- Вы меня знаете?
- Знаем… - не сразу ответил Гук. - Звонить шестнадцать раз.
- Сам знаю.
Он задумчиво похлопал ладонями величиной с хорошую совковую лопату по коленям:
- Видите? - и указал на портрет над диваном.
Мальчишки подняли головы. Со старинной картины на них смотрел какой-то злющий старик с длинной бородой странного синего цвета.
- Я Людоед Шестнадцатый, потомок Синей Бороды. Он мой прапрапрапра…
- Вы заикаетесь? Так есть одно средство: надо стать у зеркала и сказать три раза… - зачастил было Гук.
- Вот пожарю на маргарине третьего сорта, - рассердился Людоед, - не заикнёшься!
Леший по-прежнему невозмутимо стоял за спинкой его кресла.
- Я всё о вас знаю, - вдруг засмеялся Людоед. - Вас выгнал Магнум. Ага? - торжествовал он.
Гук сразу же осмелел и показал ему язык:
- Знаешь, и помалкивай.
- Молчать, когда спрашивают!
- Когда НЕ спрашивают? - уточнил Гук.
- Когда не спрашивают, и подавно молчать! - Людоед грозно поднялся во весь свой рост.
Гук спрятался за Пальчика. Но как спрятался: представьте сами - он был на две головы выше его.
- Попробуй сунься! - Пятиться Пальчику было некуда.
- Ну ладно, ладно. Мир, - оторопел Людоед. - Меня не запугаешь! Чего вы ко мне привязались? Двое на одного, да? Он задумался на секунду.
- Признавайтесь, - мрачно сказал он, - кто из вас боится мышей?
- Я боюсь, - сразу признался Гук.
- Они - меня боятся, - подчеркнул Пальчик.
- Ясно! Будешь спать рядом со мной.
- А ты… меня и впрямь не съешь? Даёшь слово?
- Не съем - ни впрямь, ни вкривь. Сказал, и точка. С запятой, - предупредил он. - Слово ему дай… Кто ты такой, что мне не веришь? Мне! Так и быть, - смягчился он. - Даю тебе слово Людоеда.
- А я где буду спать? - спросил Гук. Людоед махнул рукой.
- Ну тебя к Лешему! - И проворчал: - Тоже мне, мышей боится. Леший поманил Гука:
- Пошли, братишка.
Тот нерешительно шагнул к нему и оглянулся на друга:
- В случае чего, зови на помощь.
- Чего там, - беззаботно ответил Пальчик. - Пусть только тронет! - И ударил кулачком по краешку кресла.
Людоед испуганно отодвинулся.
Леший одобрительно ухмыльнулся и бережно взял Гука за руку. Они вышли в коридор и остановились перед кособокой дверью, на которой красовались три таблички, одна больше другой:
ЛАБОРАТОРИЯ СЕКРЕТНАЯ!
ДИРЕКТОР.
ЛЕШИЙ VI - ДОКТОР ВСЕХ ХИМИЧЕСКИХ НАУК. ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ!
ПОТУСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЁН!
Леший гордо надулся:
- Это я Директор. Ди-рек-тор! Вход воспрещён! А? Внушительно? Прошу, - ударом ноги он гостеприимно распахнул дверь.
Гук ахнул.
Перед ним действительно была лаборатория. Кругом стояли какие-то загадочные приборы, сосуды, колбы. Сверкала паутина разноцветных трубок…
- Леший! - спохватившись, крикнул Людоед из гостиной в полуоткрытую дверь.
- Чего? - послышалось за стеной.
- Не закрывай трубу. Под утро прилетит Ведьма.
- Обратись к Домовому, - откликнулся Леший.
Заметим, что и Пальчик, и Гук - каждый у себя - только поёжились от зловещих слов: "Ведьма" и "Домовой". Но надеялись, что страшнее уже не будет.
Людоед схватил со стола какую-то книгу и в сердцах швырнул её в стену.
- Книжки нельзя бросать, - осудил его Пальчик.
- А это не книжка, это телефонный справочник - я его уже прочитал. Людоед потянулся, сел на корточки, встал. Опять сел, снова встал… Пальчик удивлённо смотрел на него.
- Чего стоишь? - пробурчал Людоед. - Не видишь, я занимаюсь утренней зарядкой. Стели постель.
- Утренней зарядкой люди занимаются утром.
- А Людоеды вечером, - пробурчал тот. - Или ночью.
СЕКРЕТНАЯ ЛАБОРАТОРИЯ
Гук осторожно потрогал стеклянные трубки и колбы и, зевая, взглянул на большую кровать у окна:
- Очень она красивая. Мягкая, верно?
- Умный ты парень, - с уважением признал Леший. Тоже протяжно зевая, он вдруг замер с открытым ртом и вытаращенными глазами. Зевал он так широченно, что вывихнул челюсть. Однако, не теряя смекалки, тут же ударом кулака ловко водворил её на место.
- А это что? - Гук показал на медный кран, с которым длинной цепью трубок были соединены все сосуды. Под краном стояло резиновое ведро с надписью: "Гремучая жидкость. Не взбалтывать. Страшное дело!" И чуть ниже - мелкими буквами: "Яд".
Леший глубокомысленно задрал нос вверх. Только нос, знаете ли, а само лицо оставалось неподвижным.
- Всю жизнь я искал научно-философский камень. Ну, этот… Как тебе объяснить? В общем, он что хошь превращает в чистое золото. Всё-всё!
- Да ну? - поразился Гук.
Леший убедительно закивал головой:
- Медь, олово, опилки и даже огурцы!.. Я его ещё не нашел, - как бы невзначай, но с достоинством отметил он. Гук огорчённо вздохнул.
- Но зато я скоро построю вечный двигатель, - скромно потупился изобретатель.
- А что такое - вечный двигатель?
- По-иностранному, "перпетуум мобиле", - важно произнёс Леший. - "Перпету-ум"! - повторил он и пояснил: - Ум, значит, нужен. Большой. Понял?
- Не-а.
- Ну, вечный двигатель - это движок, сделанный навечно. Работает сам. Без ветра, без бензина, без ничего - даже без меня.
- А зачем это нужно?
- Как - зачем? Над его созданием кто только голову не ломал - не один учёный себе башку свернул! Если мне это удастся, мой портрет появится в городской газете.
- Ну, если портрет, - оценил Гук, - тогда, конечно. Леший гордо посмотрелся в большую зеркальную колбу.
- Нет, тебе не понять, - вздохнул он. - У тебя внешность не та! - И включил рубильник.
Гук зачарованно уставился на забурлившую в трубках жидкость, на прыгающие разноцветные пузырьки. Леший открыл кран, и тяжёлые капли мягко застучали по резиновому дну ведра.
- Считай, - он опять, на сей раз осторожно, зевнул. - Одна, две, три…
- Четыре, пять, шесть… - скучно подхватил Гук, тоже снова зевая.
- Считай, наблюдай, гляди, смотри. И смотри у меня, если собьёшься! - погрозил ему Леший пальцем. - А я, так и быть, посплю пока. Часиков восемь.
Он с разбегу прыгнул в кровать. Сетка провисла до пола и упруго подбросила его под потолок. Вновь прогнулась, и опять Леший взлетел, но уже чуть пониже. Его подкинуло в третий раз, и по комнате разнёсся могучий храп - он уже спал.
- Тридцать, тридцать одна, тридцать две… - бубнил Гук.