Они полетели на реку. Там были старые дуплистые ивы-ракиты,гдеони могли найти себе приют.
- Знаешь, - говорила Зинька, - тут место открытое. Если и сюда придет страшный разбойник, он тут неможетподкрастьсятакнезаметно,какв темном лесу. Мы его увидим издали и спрячемся от него.
И они поселились за речкой.
Осень пришла уже и на реку. Ивы-ракитыоблетели,травапобурелаи поникла. Снег выпадал и таял. Речка еще бежала, но поутрамнанейбыл ледок. И скаждымморозцемонрос.небылопоберегамикуликов. Оставались еще только утки. Они крякали, что осттанутся тут навсюзиму, если река вся не покроется льдом. А снег падал и падал - ибольшеужне таял.
Только было синички зажилиспокойно,вдругопятьтревога:,ночью неизвестно куда исчезла утка, спавшая на том берегу, - на краю своей стаи.
- Это он, - говорила, дрожа, Зинька. - Это невидимка. Он всюду:ив лесу, и в поле, и здесь, на реке.
- Невидимок не бывает, - говорилЗинзивер.-Явыслежуего,вот постой!
И он целыми днями вертелся средиголыхветокнаверхушкахстарых ив-ракит: высматривал с вышки таинственного врага.Нотакничегоине заметил подозрительного.
И вот вдруг - в последний день месяца - стала река. Лед разомпокрыл ее - и больше уж не растаял.
Утки улетели еще ночью.
Тут Зиньке удалось наконец уговорить Зинзивера покинутьречку:ведь теперь враг мог легко перейти к ним по льду. И все равно Зиньке надобыло в город: узнать у Старого Воробья, как называется новый месяц.
ДЕКАБРЬ
Полетели синички в город.
И никто, даже Старый Воробей, не мог им объяснить, кто этот невидимый страшный разбойник, от которогонетспасеньяниднем,ничночью,ни большим, ни маленьким.
- Но успокойтесь, - сказал Старый Воробей. - Здесь, в городе, никакой невидимка не страшен: если даже он посмеет явиться сюда,людисейчасже застрелят его. Оставайтесь жить с нами в городе.Вотуженачалсямесяц декабрь - хвостик года. Пришла зима. И в поле, и на речке, и в лесу теперь голодно и страшно. А у людей всегда найдется длянас,мелкихпташек,и приют и еда.
Конечно,Зинькасрадостьюсогласиласьпоселитьсявгородеи уговорилаЗинзивера.Сперваон,правда,несоглашался,хорохорился, кричал:
- Пинь-пинь-черр! Никого не боюсь! Разыщу невидимку!
Но Зинька ему сказала:
- Не в том дело, а вот в чем: скоро будет Новый год.Солнышкоопять начнет выглядывать, все будут радоваться ему. А спеть ему первуювесеннюю песенку тут, в городе, никто не сможет:воробьиумеюттолькочирикать, вороны только каркают, а галки - галдят. В прошломгодупервуювесеннюю песенку солнцу спела тут я. А теперь ее должен спеть ты.
Зинзивер как крикнет:
- Пинь-пинь-черр! Тыправа.Этоямогу.Голосуменясильный, звонкий, - на весь нгород хватит. Остаемся тут!
Стали они искать себе помещение. Но это оказалось очень трудно.
В городе не то что в лесу: тут и зимой все дупла, скворешни,гнезда, даже щели за окнами и под крышами заняты. В томворобьиномгнездышкеза оконницей, где встретила елку Зинька в прошломгоду,теперьжилоцелое семейство молодых воробьев.
Но и тут Зиньке помог Старый Воробей. Он сказал ей:
- Слетайте-ка вон в тот домик, вон - с красной крышей и садиком.Там я видел девочку, которая все что-токовыряладолотомвполене.Ужне готовит ли она вам - синичкам - хорошенькую дуплянку?
Зинька и Зинзивер сейчас же полетели к домикускраснойкрышей.И кого же они первымделомувиделивсаду,надереве?Тогострашного бородатого охотника, который чуть насмерть не застрелил Зинзивера.
Охотник одной рукой прижимал дуплянку к дереву,авдругойдержал молоток и гвозди.