нравится эта специальность?
Пес долго чесал задней лапой свои худые ребра, наконец ответил:
- Собаке не приходится выбирать, чем заработать свой кусок...
- Мяса? - спросил я.
- Хо! - хмыкнул пес. - Нам и кости-то не каждый раз перепадают. В моем брюхе всегда есть свободное место. Это уж я могу сказать точно.
- Разве хозяин тебя не любит? - удивился я.
- Ну почему... - задумчиво ответил пес. - На свой лад, наверное, любит. Хотя иной раз и огреет хворостиной...
- Чем, чем? - оторопел я.
- Ты что, с луны свалился? Или ты не знаешь, чем люди удлиняют себе руку, когда надо ударить собаку?!
Я не знал. Даже по телевизору никогда такого не видел.
- А еще бывает, - продолжал пес, - запустят в тебя камнем или поддадут ногой под живот.
Я зажмурился от ужаса и еле прошептал:
- За что это?.. За что?..
- А просто так, - ответил он. - По ходу жизни.
Я долго стоял молча, потом, наконец, спросил:
- А как тебя зовут, братец?
- Пират, - ответил он басом.
Я так и сел на свой укороченный хвост! Подумать только! Тоже Пират, а какая разница в судьбе!
Мы попрощались, и я побрел домой совершенно убитый. Специальность собаки на цепи уморила бы меня насмерть в самый короткий срок.
Мой охотничий трофей
25 июня. Решил стать охотничьей собакой. Ночью сделал свой первый опыт - поймал мышь. И чуть было не поймал другую, но меня завалило дровами.
К счастью, все тотчас же проснулись и меня раскопали.
- Фли-бу-стьер! - с выражением, словно стихи, произнес Пал Палы. - Если еще хоть раз подымешь ночью эдакий адский шум, я буду тебя привязывать.
Мама-Маша и Витя сидели на корточках возле моего охотничьего трофея и удивлялись.
- А может быть, ты - в самом деле фокс-крысолов? - спросила меня Мама-Маша.
А тетя Груша добавила:
- Фоме моему должно быть стыдно. Собака заместо кота мышей ловит.
- Молодец, Пиратыч! Только не ешь их, пожалуйста, это противно! сказал Витя.
Гроза
28 июня. Выбор профессии отложил - была такая жарища, что я почти весь день провалялся, высунув язык. Два раза мы с Витей бегали на речку купаться.
Поздно вечером вдруг приехал Пал Палыч. Мы очень обрадовались, потому что он приезжает только в выходные дни, и бросились к нему навстречу.
- Стой! Ни с места! - закричал он страшным голосом. - Я огнедышащий и раскаленный.
- Павлуша, что случилось? - спросила Мама-Маша.
- Полотенце и плавки! Быстро! - приказал Пал Палыч. - Я не человек, пока не окунусь в реку. В городе - пекло, люди гибнут, превращаясь в горячие пироги!
Так мы в третий раз пошли на реку. Вода была черная. Пал Палыч и Витя кинулись в нее с ужасным воплем и скрылись надолго. Потом кинулась в воду Мама-Маша. Сам не зная почему, кинулся в этот кошмар и я.
На обратном пути Витя сказал:
- Знаешь, пап, Пиратыч все-таки полюбил купаться.
Я хотел протестующе гавкнуть, но промолчал, подумал: к счастью, уже ночь и нам не придется купаться в четвертый раз. Но я ошибся. Пришлось.
Жара не спадала даже после ужина.
- "В воздухе пахнет грозой... " - пропел Пал Палыч.
- Уж как надо бы! - вздохнула тетя Груша. - Сушь не ко времени. Не погорело бы все в поле и в огородах.
Спать все легли на полу на террасе. Но только мы заснули - вдруг... Не могу этого описать. Что-то лопнуло, опять лопнуло и снова лопнуло с ужасающим треском и пошло молотить по нашей крыше молотками.
- Ура-а! - закричали Витя и Пал Палыч и застучали по крыльцу голыми пятками.
- Белье, белье у меня на веревках! - закричала тетя Груша и промчалась мимо меня, опрокидывая стулья.
- Павлуша, окна закрой! - закричала Мама-Маша, и мне показалось, что в доме разбилась сразу вся посуда.
Из-под кровати меня вытащил Витя. Он был в одних трусах и весь мокрый. Он прыгал.
- Скорей, Пиратыч! Какой бешеный ливень! Ничего не видно!
Чему он обрадовался? Действительно, видно ничего не было. Отовсюду лилась вода: с неба, с крыши, с Пал Палыча, с тети Груши и мамы Маши. Они катили бочку к водосточной трубе, из которой бил столб воды.