Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
ПРЕДИСЛОВИЕ
Омар Хайям популярный средневековый среднеазиатский автор, прославившийся
среди своими четверостишиями рубайят. Он также был крупным ученым своего
времени. В Иране до сих пор используют разработанный им календарь. Занимался он и
математикой Но широкой публике он известен прежде всего как поэт.
Его стихи философского содержания, посвящены смыслу жизни и человеческого
бытия, затрагивают вечные вопросы человеческого существования, актуальные и
сегодня.
Вместе с тем положение с переводами Хайям нельзя назвать хорошим существует
большое количество переводов, но сделанных с недостаточно бережным отношением к
первоисточнику. Подавляющее большинство опубликованного содержит ничем не
оправданные вольности, вплоть до полного уклонения от оригинала.
Например популярный "перевод":
Развеселись. В плен не поймать ручья?
Зато ласкает беглая струя.
Нет в женщинах и в жизни постоянства?
Зато бывает очередь твоя!
(И. Тхоржевский)
Это вообще не перевод, а авторский стих.
Ведь подстрочник оригинала:
Встань, не тужи о преходящем мире.
Садись и проведи мгновенье в веселье.
Если бы в природе судьбы было постоянство,
То никогда тебе не пришлось бы родиться.
В "переводе" искажена даже основная идея, полностью заменена образная система, и
стилистически разухабистость, вовсе не присущая Хайяму.
И таких "переводов", нередко и технически плохо сделанных, полнымполно.
Это видно из антологии, в которой собрано множество переводов разных авторов:
Малкович Р.Ш. Омар Хайям: Рубайят. Сопоставление переводов. СПб.:
Издательство РХГА, 2012. 696 с.
Даже наиболее популярный и признанный переводчик Г.Б.Плисецкий допускает
слишком много вольностей при передаче оригинала. Из трех сотен его переводов
аутентичными можно назвать не более нескольких десятков.
Перевод:
И того, кто умён, и того, кто красив,
Небо в землю упрячет, под корень скосив.
Горе нам! Мы истлеем без пользы, без цели.
Станем бывшими мы, бытия не вкусив.
подстрочник:
Как жаль, что мы зря состарились,
[Что] в чаше подобного ветру неба истолкли нас.
Горе и скорбь! [Не успели] мы моргнуть глазом,
Как не стало нас, [ушли], не достигнув своих желаний.
.
Очень многие переводчики, сталкиваясь с элементами гомоэротики у Хайяма, меняют
пол персонажа стиха. Я такое считаю категорически недопустимым. Не нравится
содержание стиха ну не переводите вообще. А корежить зачем? Кстати, такое
случается и с сонетами Шекспира из друга делают подругу.
Поэтому я поставил себе задачу стихотворно изложить рубайят как можно ближе к
оригиналу по идее, образности, лексике, композиции, стилистике.
Чтобы в переводе были максимум Хайяма и минимум переводчика.
И еще Шекспиру "повезло" его сонеты пронумеровали. И при переводе никто не
пишет просто "перевод Шекспира", а обязательно указывается номер переводимого
сонета согласно общепринятому списку. Поэтому всегда ясно, что переводится и
можно сверить перевод с оригиналом, и с другими переводами. И это хоть както
дисциплинирует переводчиков. И, для хоть немного знающих английский, дает
возможность сравнить с оригиналом.
При публикации переводов Хайяма обычно ничего вообще не указывается и можно
только гадать, что именно переводилось. В результате в сетевых публикациях
попадаются в качестве рубайя даже стихи, никакого отношения ни к Хайяму ни к
средневековью не имеющие.
Наконец даже среди древних текстов далеко не все, что приписывалось Хайяму,
принадлежит ему.
В данном труде взято за основу издание Института Востоковедения, в котором собраны
рубайят, наиболее уверенно относимые именно к творчеству Хайяма. Все они
помещены под номерами. Кроме того, в этом издании приведены сделанные
специалистами подстрочники, тоже пронумерованные.
"Омар Хаййам. Рубаййат" том II М.1959 Издательство восточной литературы 89 стр.
Аналогичной нумерации придерживается упомянутая выше антология (со сбоем на
один номер в антологии пропущен номер 136)
Призываю и впредь всех публикантов в обязательном порядке указывать номер рубайя
согласно изданию Института Востоковедения (у меня номер в скобках, если расходятся