Всего за 176 руб. Купить полную версию
На противоположном конце длинной скамьи, закинув ногу на ногу, сидел молодой мужчина с сигаретой в одной руке и со стаканом из кофейни в другой. Несколько секунд Элис без стеснения разглядывала соседа, похожего на модель из глянцевого журнала. Он был хорош собой: с правильными чертами лица, русыми волосами и красивыми руками. Незнакомец скривил губы в понимающей улыбке, отчего стал выглядеть необычайно привлекательным, и что-то быстро сказал.
Не понимаю русского. Элис отвернулась.
Я спросил, мне затушить сигарету? перешел он на превосходный английский.
Не надо, хмыкнула она, пряча ледяные руки в карманы пальто. Наслаждайся, сигареты это отличный способ заработать рак легких, но я не против, если ты отсядешь на другую лавку.
Она кивнула на пустующие скамейки и со стороны незнакомца послышался тихий смешок.
Терпеть не могу пить кофе в одиночестве, воспротивился он насильственному отселению и протянул в ее сторону стакан: Поделиться?
Ты что, предлагаешь мне допить твой кофе? недоверчиво переспросила Элис. Это не гигиенично.
Как хочешь, пожал он плечами.
Разве я отказалась?
Сделав последний глоток, мужчина выбросил в урну окурок, туда же полетел пустой стакан. Казалось бы, причин мерзнуть на парковой скамье не осталось, но незнакомец не торопился уходить.
Не люблю осень, после долгого молчания произнес он. Хмурое время года, от него тянет депрессией.
Элис всегда считала, что если бы заезженная тема погоды находилась под строгим табу, то людям удалось бы избежать сотни бестолковых знакомств и десятки неудачных романов.
Давай стразу, чтобы отмести недопонимание, договоримся: ты не в моем вкусе, заявила она. Не люблю мужчин красивее меня самой.
Не хочу задеть твоего самолюбия, но ты тоже не в моем вкусе, мгновенно парировал тот. Не люблю унылых дурнушек.
Да ты умеешь делать комплименты, издевательски протянула Элис. Хорошая черта. Говорят, в карьере очень помогает.
Несколько бесконечных секунд они смотрели глаза в глаза.
Паршивый день выдался? с притворным сочувствием в голосе протянул мужчина.
Скорее десятилетие.
Как бы Элис не пыталась выглядеть отчужденно, но улыбки сдержать не смогла. В лице собеседника промелькнуло странное выражение.
Унылая дурнушка у тебя потрясающая улыбка.
Я знаю, но ты по-прежнему не в моем вкусе, отшутилась она.
В этот момент у нее в кармане тренькнул принявший сообщение мобильный телефон. На экране светилось коротенькое послание отца. Вместе с крестным он ждал дочь у главных ворот парка. В нескольких словах папа умудрился сделать десяток ошибок и превратил простую фразу в сложный шифр.
Мне пора.
Элис встала и, отряхнув пальто, повесила на плечо сумку.
Уйдешь, даже не узнав моего имени? притворно удивился красавчик.
Не интересуюсь именами первых встречных.
Мужчина поднялся со скамейки, и Элис вдруг поймала себя на том, что смотрит на него снизу-вверх, хотя была довольно высокой.
Ты можешь попросить номер моего мобильного, предложил он, а я сделаю исключение и не откажусь тебе его дать.
И не коллекционирую телефоны мужчин, имен которых не знаю.
Он усмехнулся и вдруг протянул руку к ее лицу, отчего Элис заворожено замерла. Незнакомец осторожным движением снял что-то с ее волос, заколотых в небрежный пучок.
Познакомимся, когда встретимся во второй раз? Он показал крошечную веточку, очевидно, из-за ветра слетевшую с дерева.
Так и сделаем. Элис так опасалась прикоснуться к его по-мужски красивой руке, что вцепилась в сумку. С лукавой полуулыбкой визави сжал веточку в кулаке.
Тогда до встречи? Донеслось до удалявшейся девушки. Не обернувшись, она помахала рукой.
На душе скреблись кошки. Элис знала, что больше никогда не встретиться с красивым соблазнителем, как бы того не желала. Для обычных людей двери в теневой мир были заперты на засовы.
***
Лайма встретила новость о возвращении падчерицы ледяным молчанием, и ни слова не проронила во время долгого объяснения в кабинете отца. Только прежде чем выйти за дверь сухо оборонила:
Надеюсь, мы переживем эти три месяца без потрясений.
От обидных слов у Элис сжался желудок, и за ужином любой проглоченный кусок застревал в горле. За столом царила тяжелая атмосфера. Родственники без аппетита ковырялись в еде. Эмилия делала отчаянные попытки оживить унылую трапезу светской беседой.