Всего за 119 руб. Купить полную версию
Женщины обнялись, поцеловались. Настя зажгла свечной огарок, подбросила несколько поленьев в едва горящую печь, зашарила по полкам в поисках еды.
Настя, я есть ничего не хочу. Самовар горячий? Давай чаю. Варька села к столу, на котором медным боком поблескивал самовар, и в пятне света отчетливо обрисовался ее неправильный профиль с сильно выступающими вперед зубами. Рассказывай, как вы тут. Я соскучилась смерть! Бросила хор посреди сезона и приехала повидаться. Где Илья?
Где ему быть В кабаке, господ ублажают.
Как его дела?
Слава богу. Вон полна конюшня рысаков, меняет, продает. Трактир так, для баловства. Ну, хоть Дашка с Гришкой при деле, и то хорошо. Да бог с ними, ты-то как? Ты в хоре, что ли, на год застряла?
Вестимо, где ж еще?..
Так рассказывай! Настя просияла. Как наши все? Отец, тетя Маша? Митро как? Еще сына родил, наконец?
Какое Уж устал с женой ругаться за это. Первым Илона ему сына выдала, а потом, видать, разленилась: косяк девок, одну за другой Все здоровы, не беспокойся. Даже бабка Таня не помрет никак, хотя каждый день грозится. Вот Макарьевна на Покров отдала богу душу. Помнишь Макарьевну-то? Ну, что ж, старая уже была, доскрипывала помаленьку Наши за ней, как за родной, ходили до последнего дня. У хора дела в гору идут. Яков Васильич молодцом, как держал всех в кулаке, так и сейчас держит. Тетя Маша внуков скоро солить будет. У одной Стешки одиннадцать человек, а еще Аленка, Симка, Катерина стараются Про тебя там все помнят, спрашивают.
Настя молчала. За окном пронзительно верещала вьюга, ветер бросал в стекло пригоршни снега. С полатей уже доносилось ровное сопение заснувших мальчишек. Где-то негромко стрекотал сверчок. Настя сняла заслонку с печи, и розовые пятна света легли на пол и на Настино лицо, делая заметными неровные шрамы на левой щеке. Глядя на них, Варька украдкой вздохнула.
Не обидишься если спрошу, сестрица? запнувшись, начала она. Илья У него У тебя с ним сейчас все ладно? Ничего не натворил, пока меня не было?
Конечно, ладно. Настя вздрогнула, отвлекаясь от своих мыслей. Почему спрашиваешь?
Ну, всякое же было
Было Было и прошло. Нет, не беспокойся, все хорошо. Если что, мне бы рассказали давно. Знаешь ведь цыганок. Так бы языки и повырывала!
Слушай, что ты с ним в трактир не ходишь? помолчав, спросила Варька. Хоть бы вечерами при тебе был. И деньги лишние никому не мешают.
Нет Куда мне! В хорах красота нужна. Настя слегка дотронулась до шрамов на щеке.
Но их же и не видно почти! Да посмотри, какая ты тоненькая! Другие бабы, шестерых родивши, кадушки кадушками ходят, а ты У тебя же ни одной морщинки нет! А царапинки эти такой пустяк, что и говорить нечего!
Ой, Варька, да что ж ты меня уговариваешь? Настя тихо рассмеялась. Что я девчонка без женихов? У меня, слава богу, муж, дети все хорошо. А в хоре я свое давным-давно отпела. Подожди, свежей заварки принесу.
Она встала, ушла в глубь комнаты. Варька, закусив губы, смотрела ей вслед.
Настя вернулась с мешочком чая. Быстро взглянула на Варьку. Словно прочитав ее мысли, подалась к пятну света, обеими руками раздвинув тяжелые пряди распущенных волос. В смоляно-черной массе отчетливо серебрилась седина.
Вот, взгляни вся белая, как ведьма! А Илье что Знаешь, он ведь до сих пор черный, как головешка, без единого волоса седого. И бешеный такой же, как раньше, проклятый
Варька молча пила чай. За окном голосила вьюга. Неожиданно в ее пронзительный визг вплелась дробь кулаков по обледенелой двери.
Эй! Настька! Открой! Это мы!
Ну, наконец-то. Настя встала из-за стола, накидывая на плечи шаль.
Дверь открылась, впустив клуб морозного воздуха, и в горницу, на ходу сбрасывая кожух, быстро вошел Илья.
Вот, Настька! Все ты ее учишь! не поздоровавшись, сердито заговорил он. Доиграемся мы до Сибири с этой девкой, на каторгу я из-за нее пойду! Родились и крестились, а такого не видали: чего удумала, господ кусать!
Господи, что случилось? удивилась Настя. Пашенной опять приехал?
Ну да! Илья в сердцах ударил кулаком по дверному косяку. Приехал и с компанией за полночь засиделся. Чего мы им только не пели! Потом эта чертовка во двор вывернулась, воздуху глотнуть, а Пашенной за ней. Может, сказать чего хотел, а она, дура, не разобравшись, его зубами ка-ак Выгонят ее из хора к чертовой матери! Чтоб первого купца в городе кусать где это видано?!