Всего за 200 руб. Купить полную версию
Майор Холланд читал сведения о зимнем инциденте, в Лондоне:
Стивен напился, с кем не бывает. С его лицом, он Лизу ревнует, и будет ревновать. Мэтью ничего плохого не хотел. Он пригласил Лизу на танец, по-родственному. Он ее кузен, видел ее в Мурманске кусая корюшку, Джон добавил:
Но, в отличие от Доры, на заводах «Шкоды» повышенный уровень радиации. Как в Хайгерлохе, где стоял реактор Гейзенберга, как в Ордруфе, где они Джон махнул на юг, видимо, испытывали экспериментальное взрывное устройство на допросах Гейзенберг утверждал, что ничего не знал об ордруфских инициативах, как выражался физик:
Программу курировал обергруппенфюрер Каммлер, приятель фон Рабе Джон, незаметно, дернул щекой, Каммлера видели в Праге, в начале мая сведения пришли от русских.
Десять дней назад танкисты Красной Армии взяли в плен генерала Власова. Глава РОА ехал в Плзень, в расположение американских частей, обговаривать условия капитуляции. В отличие от казаков, власовцы не считались частью вермахта, и подлежали передаче русским. Джон не сомневался, что многие коллаборационисты осядут на западе:
Арестованные в прошлом году во Франции коллаборационисты, сейчас кофе со сливками пьют, по тюрьмам. Власову американцы, наверняка, предлагали особое обращение. Слишком он много знает. Например, где сейчас Гиммлер или Борман нацистских бонз, как и главу гестапо, Мюллера, пока не нашли. Болтали о пластических операциях, о тайной дороге, через католические монастыри, в Баварию, Австрию и Италию:
Франко самолет за Власовым высылал, был готов предоставить убежище. После войны нам с Меиром придется навестить Испанию, как в старые времена. Только Мишеля с нами не будет, и Стивену в Мадриде нечего делать полковник Кроу покуривал, щуря на солнце единственный глаз. Джон сдул пену с пива:
В общем, единственное, что мы получили от русских, подтверждение Власова, о встрече с Каммлером в Праге. Где сейчас бонза, неизвестно, как неизвестно, куда делась тяжелая вода, с цехов «Шкоды» Джон подозревал, что емкости с тяжелой водой находятся рядом с обергруппенфюрером Гансом Каммлером. Гейзенберг настаивал, что понятия не имел об опытах, в подземных цехах «Шкоды». Джон не очень верил в правдивость герра Вернера, но нельзя было пытать нобелевского лауреата:
Впрочем, он все равно в руках американцев, как и фон Браун кузен Стивен помолчал: «Думаешь, под Прагой держали тяжелую воду?»
Джон велел кельнеру: «Баранину, пожалуйста!». Откинувшись на спинку деревянной, резной скамьи, он кисло заметил:
А иначе зачем танкисты Паттона побили все рекорды скорости? Они оказались на «Шкоде», когда русские еще топтались под Прагой. Они презрели ялтинские договоренности, залезли в будущую советскую зону оккупации, но все равно, остались ни с чем Джон заставлял себя не думать об Эмме и Воронове:
Она ему не жена, венчание было фарсом. Он не посмеет ничего сделать. Максимилиан мне солгал. Эмма жива, жива после окончательной капитуляции Германии отряд коммандо, во главе с Джоном, вернувшимся из Берлина, обыскал побережье Северного моря, в британской зоне оккупации. Никаких подводных лодок они не нашли. Гросс-адмирал Дёниц, сидевший в люнебургском лагере, на допросах клялся, что ничего не знает о планах Гиммлера или Бормана.
Ваша светлость Дёниц, упорно, пользовался титулом Джона, я военный моряк. Я не влезал в дела СС, зверей, головорезов Дёниц поморщился, мое членство в НСДАП чисто номинальная вещь то же самое говорили и остальные офицеры.
Джон ожидал, что на юге, у американцев, Геринг тоже настаивает на своей непричастности к преступлениям нацизма:
Они все свалят на мертвецов, угрюмо подумал Джон, на Гитлера, Бормана, Гиммлера. То есть только Гитлер мертв, а остальные неизвестно где по набережной бродили журналисты, с камерами. Кельнер поставил перед ними блюдо с бараниной, Джон заметил:
Меир сейчас Геринга допрашивает. Нацистский бонза, наверное, и не предполагал, что сдастся в плен еврею вчера Джон получил письмо от Питера. Кузен досрочно выписывался из госпиталя, и ехал на запад, в Рур:
Мы организовываем союзный совет, по управлению экономикой, в зоне британской, американской и французской оккупаций. Думаю, работа затянется до осени. Нам надо встретиться, обсудить семейные дела семейными делами были Уильям и Констанца. Джон внес в блокнот имя майора Журавлева, из СМЕРШа. Написав Меиру, на юг, сообщив о берлинском знакомстве, он вспомнил: