Всего за 94.9 руб. Купить полную версию
Именно так, именно! спешит подхватить Марковна. На службе ни-ни, ни капли в рот. Не то, что его сослуживцы по военкомату: к концу дня так набузыкаются, что лыка не вяжут. Клавдия после них каждый вечер сумками стеклотару выносит.
Ивановна прерывает свое затянувшееся молчание. Она спрашивает:
Что еще говорит твоя Клавдия?
Много Разное, откликается Марковна. Бабу будто привез Из Москвы С одним чемоданом приехали Будто молодожены Разведенные они
Семеновна встрепенулась.
Как «разведенные»?! Я слышала: муж и жена Не по правилам
Э, когда-то Марковна шумно вздыхает. Днями в магазине видела ее. Присмотрелась, ясное дело. Никакого вида. Пигалица. Ни кожи, ни рожи. Что в ней нашел товарищ майор? Ума не приложу. Он-то видный такой, представительный.
Ивановна солидно бросает:
На вкус и цвет товарищей нет.
Любовь зла полюбишь и козла, ядовито уточняет Семеновна.
Марковна кивает.
Верно Все так, но
Семеновна высказывает догадку:
Присушила, поди?
С ней соглашается Ивановна.
Как пить дать.
Марковна же все свое гнет:
Клавдия, будто, слышала, что товарищ майор в Москве-то большим человеком был.
Семеновна спешит возразить:
Мелет Клавдия. Он учился
Да, учился. Но учеба бывает разной. Где учился товарищ майор, а?
Семеновна отвечает:
В академии пожалуй.
Ивановна авторитетно подытоживает:
Не в чинах мужик. Наш военком на одну звездочку больше имеет.
Семеновна, кивнув, поддерживает Ивановну:
И кто ж из Москвы в нашу-то глухомань большого человека зашлет?
Это загадка, соглашается Марковна. Что-то там было Не иначе
Блядун, скорее всего, несусветный, выпалила Ивановна, вот и турнули.
Марковна отрицательно качнула головой.
Нет-нет! Тут что-то другое.
Другое? ехидно переспрашивает Ивановна и отвечает. Тогда проворовался.
Ха-ха-ха, заливается Марковна. Шинель на барахолке толкнул, что ли?
Мало ли, отвечает Ивановна. Свинья грязи найдет
Вот так и судачат люди в поселке.
Я скептически отнесся к слухам. Долгое время не сталкивался с «варягом». Однажды случайно увидел на улице. Идет, гляжу, по дощатому тротуару впереди парочка. Мило идет, склонив друг к другу головы. О чем-то тихо щебечут. Он поддерживает легонько ее под локоток. Он регулярно склоняется к партнерше и легонько касается губами ее щеки. Кто такие? Поведение совершенно непривычное для такого поселения. Когда баба тащит пьянь-мужа, это да, другое дело, но чтобы по вечерам такой моцион принимать?! Извините! Обогнав, мельком взглянул. Любопытно, знаете ли. Мне не знакомы. Поздоровался. В провинции все друг с другом здороваются, если даже видятся впервые. Мужчина, кинув в мою сторону взгляд, ответил кивком. Спутница же, поглощенная своим мужчиной, в котором, видимо, был сосредоточен весь ее мир, все ее богатство, никак не прореагировала и продолжала неотрывно смотреть в одну точку, в ту точку, где сосредоточено было все, что ей было близко и дорого. Понятно стало, кто эта парочка.
Сказать, что увиденное меня заинтриговало, это ничего не сказать.
Случай помог мне увидеть «варяга» поближе и получше разглядеть. Контора, где я работал, подыграла. Не специально, понятно.
Мой начальник прилично играет в шахматы, поэтому вечерами, когда рабочий день заканчивается, подтягиваются звезды поселкового шахматного Олимпа, с которыми шеф сражается на равных. Увы, другого места для встреч нет. Шеф, почти мастер спорта по шахматам, играя со мной, дает фору: уже в начале поединка убирает с доски либо две ладьи, либо ферзя. Но и это меня не спасает от проигрыша. Две беды меня преследуют в игре: во-первых, вечные зевки (шеф всегда милосерден, поэтому щадит, предлагает переходить, но я, упрямствуя, гордо отказываюсь); во-вторых, напрочь отсутствует стратегия, следовательно, дальше второго хода не вижу ничего.