Всего за 200 руб. Купить полную версию
Она колыбельную от матери помнит. Элизу доктор Горовиц научила. Пусть никто не знает, ни горя, ни несчастий Роза тихо запела:
Durme, durme, mi alma donzella,
Durme, durme, sin ansia y dolor
Полевые, легкие, теплые ботинки ступали по обледеневшей земле, в брошенном немецком окопе. У СС не хватило бы времени поставить мины, но Федор, все равно, настоял, чтобы саперы двинулись к оставленным позициям перед танками:
Мы их разогнали, артиллерийским огнем, сказал он полковнику Хупферу, но мало ли что они за собой оставили. Не стоит рисковать живой силой и техникой, особенно учитывая новости с других флангов он поморщился. По рации сообщили, что немцы, оборонявшие сталелитейный завод, бежали на восток, в Мон-Сен-Мартен. Тамошний взвод саперов, поспешно, решил, что здания не заминированы:
Еще хорошо, что они, все-таки, первыми на завод зашли вздохнул Федор, не пустили туда пехоту от взрыва, уничтожившего подсобное строение, во дворе завода, где размещался немецкий штаб обороны, у саперов погибли три человека. Из Вервье, откуда на Мон-Сен-Мартен шла северная группа танков, передали о потере двух машин. Террикон заброшенной шахты взлетел на воздух, похоронив под собой и экипажи и технику. Хупфер распорядился внимательно все проверять, и двигаться медленно.
Мы и так еле тащимся Федор прислонился к откосу окопа, не обращая внимания на пятна крови, усеивавшие мерзлую землю. Трупы саперы оттащили в сторону:
Ребятам отдохнуть надо Федор вынул ракетницу, они с утра беспрерывно стреляли немцы, на участке, вдоль берега Амеля, находились в выигрышном положении. Равнина переходила в холмы, за которыми лежал Мон-Сен-Мартен:
Нет, замка все равно не видно он осматривал чистый, голубой горизонт, ни замка, то есть его развалин, ни «Луизы» над черными верхушками елей и сосен, почти не двигаясь, парил сокол:
Красавец какой, полюбовался Федор, и выстрелов не пугается. Здесь последние дикие места на континенте, если Скандинавию не считать на базе в Хэнфорде, у реки, построила гнездо пара белоголовых орланов:
Символ Америки, вспомнил Федор:
Я Анне сказал, что на острове нашем они тоже живут, он следил за соколом, пара никогда не расстается, только если кто-то погибает он отогнал от себя эти мысли. После боя под Ставело, в тыловом госпитале, Федору пришло письмо, в военном конверте, без марок, с его именем, отпечатанным на машинке. Увидев столичный штамп, он, отчего-то, долго не доставал бумагу:
Сходил на ужин, покурил, с офицерами поболтал. Порисовал, на досуге, после вечернего обхода в блокноте Федор набрасывал будущий дом, на острове в заливе Пьюджет-Саунд. Местность была северной, суровой. Он хотел возвести простое здание, вписывающееся в низкий берег, белого песка, в серый, скалистый откос:
Будем смотреть на воду, решил Федор, даже в шторм. Ничего, шум нам не страшен, зато оттуда далеко видно, до горизонта. Надо причал сделать, для лодки автомобилей на острове не завели, рыбаки ходили пешком или ездили на велосипедах:
И мы так будем делать сидя на койке, в пустынной палате, он все не распечатывал конверт, а что я боюсь письмо от Анны прочесть, это потому, что думаю о плохих вещах. Все в руке Господа, сердито напомнил себе Федор, разрывая бумагу.
Новости оказались хорошими. По словам Анны, все шло, как надо. Даллес и Донован распорядились оставить ее в Хэнфорде до родов. Врачи обещали, что все случится в конце апреля или начале мая. Читая ее ровный почерк, приобретенный еще в цюрихской гимназии, в начале века, Федор, одновременно, посчитал на пальцах:
Четыре месяца еще. Может быть, война быстрее закончится. Хотя вряд ли, гитлеровцы до последнего собираются оборонятся. И где искать Максимилиана, с нашим внуком он, в любом случае, собирался вернуться в Америку:
Ничего, Берлин и без меня возьмут, а малыша я постараюсь раньше найти. Но я не могу оставить Анну одну, сейчас она писала, что за бой под Ставело он, Федор, получит крест «За выдающиеся заслуги»:
Меиру дадут Медаль Почета, только ты ему ничего пока не говори, пожалуйста жена, видимо, получала сведения прямо из комитета начальников штабов, и ничего не говори обо мне Федор пробормотал себе под нос:
Как будто мне надо напоминать, что ни Анны не существует, официально, ни нашей дочери не существовало, и нашего внука или внучки тоже нет в Хэнфорде Анна посмотрела на него дымными, серыми глазами: