Всего за 134.9 руб. Купить полную версию
Позабытая мною на время группка придворных заперхала: то ли от смеха, то ли от ужаса перед моей наглость. А тетушка расхохоталась.
Ишь ты, какая смелая стала, сказала она, оттирая слезы, выступившие от смеха. Герцогиня, говоришь, вшивая? И то я на некоторых своих придворных нет нет, да и замечу вошь или блоху, точно на смердах худых Смените принцессе простыни, приказываю. И баню действительно истопите, заодно и я попарюсь, молодость вспомню.
Ваше императорское величество! возопил лейб-медик. Сие варварское заведение может пагубно отразиться на вашем здоровье!
Остынь, доктор, ласково посоветовала я ему. Испокон веков на Руси русские люди в баню хаживали, царицы в мыльне рожали, да здоровее нас были. А как немцы свои порядки заводить начали, так и стали императоры да императрицы помирать
А ведь правду девка говорит, неожиданно спокойно сказала императрица. Дедовские обычаи забываем, за то Бог нас, грешных, и наказывает. Топить баню немедленно! Иначе всех к Андрею Ивановичу отправлю за покушение на здоровье моего величества. Давай, сестрица, собирайся и ты с нами. Небось, забыла уже, как с березовым-то веничком париться.
И то верно, поддакнула маменька. И пускай в баню венгерского принесут да закусок всяких. Проголодалась я чего-то.
Не позорьте себя, маман, поморщилась я. Вам бы все венгерское пить, да жрать. Даже в пост скоромное трескаете.
Маменька затихла. Жаль, ненадолго: судя по тому, что мне о ней было известно, больше всего эта русская царевна и мекленбургская герцогиня любила три вещи: хорошо выпить, плотно закусить и всласть покувыркаться на перинке с тем, кто в данный момент оказывался под рукою. Недаром же заслужила прозвище «Дикой».
Судя по реакции венценосной тетушки, поведение своей сестрицы она, мягко говоря, не одобряла, но поделать ничего не могла: родная кровь, во-первых, невозможность показать хороший личный пример, во-вторых. Сама была не дура выпить и закусить, правда с любовником своим жила почти супружески, а став императрицею российской, хранила ему абсолютную верность.
Что еще я знала об Анне свет Иоанновне? Очень много и практически ничего. Вставала она в семь утра, ела за завтраком самую простую пищу, запивая ее пивом и двумя рюмками венгерского вина. Гуляла за час до обеда и перед ужином, а затем полтора часа ужинала и в десять часов ложилась спать. День ее был заполнен игрой в карты, разговорами и сплетнями с приживалками и гадалками, разбором драк шутов и дураков. Как-то вклиниться в это расписание или поменять его было, мягко говоря, проблематично.
Еще она очень любила стрельбу из ружей и была столь в ней искусна, что била птицу на лету. Во всех ее комнатах стояло множество заряженных ружей, и Анна стреляла через открытые окна в сорок, ворон и даже ласточек, пролетавших мимо. В Петергофе был заложен для нее зверинец, в нем содержалось множество зайцев и оленей, завезенных из Германии и Сибири. Если заяц или олень пробегали мимо ее окон, участь их была решена Анна Иоанновна стреляла без промаха. Для нее соорудили тир, и императрица стреляла по черной доске даже зимой, при свечах.
Придется вспомнить курс военной подготовки в институте и полюбить стрельбу. Не очень, конечно, деликатное занятие, но с волками жить Что у нас там еще в досье на тетушку?
Остаток дня проводила она в манеже, катаясь верхом, в чем ей очень способствовал любовник Бирон, пропадавший в манеже и конюшне целыми днями. Летом же Анна Иоанновна превращалась в страстную охотницу, выезжавшую со сворой гончих на травлю зайцев и лисиц, ловлю зверей в силки и капканы, чтобы затем перевести своих четвероногих пленников в дворцовый зверинец.
Верхом я вообще никогда не ездила. Значит, придется научиться. Ежели буду сиднем сидеть в своих комнатах, да книжки почитывать, как делала настоящая принцесса Анна Леопольдовна, то повторю ее судьбу от и до. Брак с каким-то второсортным австрийским принцем, ребенок, рожденный для того, чтобы провести жизнь в заточении, ссылка в Холмогоры после государственного переворота, учиненного дорогой кузиной Елизаветой Петровной и смерть родами в возрасте двадцати восьми лет. Вот оно мне надо?
Но все-таки пунктом номер один в моем плане должно быть неукоснительное соблюдение правил личной гигиены. Номер два подружиться с самым влиятельным церковным деятелем тех времен Феофаном Прокоповичем, позаниматься с ним вопросами православной веры, сделать своим верным союзником и помощником. И номер три создать свой собственный «малый двор», чтобы не скучать в обществе мадам Адеракс, с которой вообще надо бы расстаться, и худо-бедно протянуть годика три-четыре, дабы иметь возможность самой решать свою судьбу.