ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Наконец Лауре удалось расшифровать документ! И ключ она нашла, когда стала читать текст вслух. Она читала и вдруг почувствовала, что часть слов связана ритмом и тем самым как бы отделяется от остальных. И тут же подумала, что ритм этот напоминает ровное звучание гомеровских гекзаметров. В памяти ожили первые строки "Илиады": "Гнев, о богиня, воспой Ахиллеса". И в документе начальные слова звучали в том же ритме…
"Тайна великая, кладезь, что ею…"
Она еще раз переписала текст и подчеркнула те слова, что объединялись ритмом гомеровского стиха.
"Тайна великая, кладезь, что неведомой бедой свалился на наши головы, направляют мысль к тому, что ею сокрытый доныне гнев связан с нашей бедной душой. А коли вознесем молитву в храме, что в крепости древней запрятан, в "Орлиной твердыне", люди скажут, что спасение в "Большом кресте". А горе усилится во стократ, и лишь крест сей, великий и ровный, пошлет нам избавление и в "Малый" послов приведет, отряженных владыкой, и все крестом этим осенят себя. И снова, а потом опять и опять. И последнее будет первым. Иначе и мыслью никто о подобном пути подумать не смеет. Опять же в народе говорят, что вход и ворота твердыни запрятаны так, что никто о них ничего не ведает и во веки веков не узнает. И даже тот грешник, с самым упорным старанием ищущий, их не отыщет, и лютого зверя тем более. Все тщетно, все суета сует. И все же найти в том месте можно. Лишь тайная запись в священном писании укажет путь. А сия запись находится в часослове, что вывел рукою Кристаке Зогряну, ставленный третьим у нас логофэтом в боярском совете. И только вера одна скажет, где вход наиглавный, да только тому из премудрых, что больше всего прощения заслужил. И небесная мудрость озарит того, что ключ обретет и ответ в словах потаенных".
Девушка в белом выписала подчеркнутые слова, расположила их ровными гекзаметрами и получила следующий текст:
"Тайна великая, кладезь, что ею сокрытый доныне, в крепости древней запрятан, в "Орлиной твердыне", в "Большом кресте", и лишь крест сей великий и ровный в "Малый" послов приведет, отряженных владыкой. Иначе мыслью никто о подобном пути подумать не смеет. Вход и ворота твердыни запрятаны так, что никто, с самым упорным старанием ищущий, их не отыщет. Тайная запись, что вывел рукою Кристаке Зогряну, ставленный третьим у нас логофэтом в боярском совете, скажет, где вход наиглавный, да только тому из премудрых, кто ключ обретет и ответ в словах потаенных".
Она снова и снова пробегала глазами одиннадцать трехстопных строк. Затем. Мельком взглянув на оригинал, сложила все бумаги на койке и задумчиво зашагала по комнате. При всей немногословности строк древний текст прояснял весьма важные вещи. Прежде всего становилось понятным строение Замка двух крестов. Он был разделен на две части - на "Большой" и "Малый" кресты. В какой же части находится она теперь, а в какой - похитившие ее люди?
Если она находилась в Малом кресте, то текст раскрывал и вторую тайну: из этой части замка невозможно перейти в ту часть, где находились трое искателей. Если же она находилась в Большом кресте, то, по всей вероятности, ей предстояло найти бесценный клад и тайный ход, сообщающийся с другим крылом, через который смогли бы проникнуть послы, отряженные владыкой. А третья тайна, которую раскрывал документ, состояла в том, что самый главный вход скрывается где-то снаружи, в зарослях, и что только другой текст, составленный неким третьим логофэтом Кристаке Зогряну, содержит указание, где этот вход.
Девушка в белом попыталась восстановить в памяти план замка, но не смогла ничего припомнить такого, что подсказало бы ей, в каком крыле она находится. "Вход наиглавный"? Уж не тот ли вход, которым ввели ее в замок? То был хорошо замаскированный вход, и она знала, что никому до этих трех искателей не удавалось его обнаружить.
Занятая своими мыслями, Лаура вышла во внутренний двор. Она и не заметила, что Филипп обезглавил очередную гадюку и теперь сталкивал все еще извивающееся тело в какую-то ямку. Девушка думала о том, известно ли троим ее похитителям, что "Орлиная крепость" скрывает клад и тайные переходы. И ответила утвердительно, вернее, нашла достаточно тому доказательств. Несомненно, поэтому они и обследовали все помещения. Но они не знали, в каком крыле находятся. Возможно, искали клад, а возможно, и тайный переход. Но мог ли существовать переход, который вел бы лишь в одно из крыльев?
Лаура представила себе самую простую форму перехода - дверь. Разве можно пользоваться дверью лишь в одном направлении? Если даже эта дверь находится в конце подземного перехода - разве нельзя использовать ее в обе стороны? Если только это слишком опасно или… нет, девушка никак не могла представить потайной вход, который можно использовать лишь в одном направлении… Но тут, пройдя мимо тяжелой железной двери, закрывавшей вход из внутреннего двора в коридор, она пришла к удивительно простому заключению.
- Филипп, - обратилась девушка к своему спутнику, - это же так просто! Погляди на эту дверь. Разве это не проход между двумя частями? Но открывается он только с одной внешней стороны, а не с нашей. Потому что заперта дверь снаружи. Теперь тебе понятно, Филипп?
Лаура теперь была уверена, что иного объяснения быть не может. Вход был постоянно заперт с одной стороны и был так искусно запрятан, что "мыслью никто о подобном пути подумать не смеет". Разве она в своей комнате и те трое в своем крыле недостаточно искали потайной вход? Но может ли она быть уверена, что те трое так и не нашли входа? Входа или выхода? В голове все смешалось. В самом деле, там вход или выход? Девушка попыталась разобраться в этом… Как его ни называй, а он должен быть где-то здесь, в замке. Но где? Во дворе? А вдруг он и впрямь во дворе? Ведь об этом, наверное, никто до сих пор не подумал!
Она оглядела двор, высокие стены. Они были изъедены дождями и бурями, поросли мхом. Кроме ступенек, что вели к зубцам, там, казалось, не было ничего таинственного. А пол был из прочного известняка. Нет, во дворе ничего нет! Да и быть не должно, конечно, решила про себя Лаура. Это бы не вязалось со строгим и величественным обликом замка, нарушило бы всю симметрию.
А вдруг потайной вход находится в ее комнате?
- Филипп! - позвала она друга и побежала в беломраморную залу.
Первое, что бросилось ей в глаза, был убогий, нищенский вид постели. Ни одной из бумаг, оставленных на койке, уже не было. Текст, расшифрованный вариант, копия - все исчезло, словно провалилось сквозь землю…
…Лучия, сохраняя точную последовательность событий, подробно рассказала Виктору все, что произошло со времени его отъезда в Австрию. Выслушав ее рассказ, Дан заметил:
- Ты просто гений, Лучия, так здорово все изложила. Но одну подробность ты упустила.
- Какую? - удивилась Лучия.
- Что именно я в своем глупом восторге повел вас ошибочным путем, будь он неладен, этот третилогофэт…
- Наверно, я поступил бы так же, - успокоил его Виктор. - Тут столько совпадений: название, место, где вы нашли грамоту, развалины… Нет, Дан, ты ни в чем не виноват. Лучше скажите, есть ли вести от Тика?
Вопрос Виктора застал чирешаров врасплох. Они вдруг почувствовали себя очень неловко.
- По словам Лучии, я понял, - продолжал Виктор, - что Тик отправился по следам письма, не зная точно, где вы будете находиться, или думая, что вы будете в городе.
- Верно, - признал Урсу. - В день, когда мы выехали, я ему сказал, что еще до вечера вернемся в город.
- Где же он может быть? - спросила Мария.
- Где же, как не в тех местах, где блуждал сверток? Кто знает, куда занесло Тика. И сколько телеграмм от него ждет нас дома?
- Почему телеграмм?
- Потому что если бы он вернулся, он бы приехал сюда. Ведь так или иначе, но он должен был держать нас в курсе своих поисков. Уж одну-то телеграмму он, по крайней мере, послал нам, это точно. А тревожиться нет никаких оснований: Тик сообразительный, расторопный малый.
- Почему же он так задерживается? - спросил Дан.
- Тут может быть только одно объяснение: сверток шел очень сложным путем.
- Ты хочешь сказать - очень длинным?
- Нет, именно запутанным. Будь этот путь просто длинным - допустим, шофер сказал ему, что получил сверток за сто километров от нашего города, то как поступил бы Тик? Он немедленно оповестил бы вас о своем открытии и попросил бы помочь ему.
- Мне все равно непонятно, - признался Урсу.
- Мне думается, сверток этот прошел через много рук, - пояснил Виктор. - Даже очень много. Скорее всего, его передавали из села в село. Поэтому Тик и запаздывает. Натыкаясь всякий раз на нового письмоносца, он думает, что тот последний. И идет все дальше и дальше, не думая, какие проходит расстояния.
- Значит, ты уверен, что письмо не обманывает нас? - спросила Лучия.
- Конечно, как уверен и в существовании замка. В этом, как мне кажется, никто из вас не сомневается.
- А почему бы девушке в белом и не подшутить над нами? Она знает, что мы любопытны и готовы действовать…
- Слишком много данных опровергает возможность розыгрыша, - ответил Виктор. - Первое - исчезновение девушки. Это истина, притом жестокая. Такая умная и воспитанная девушка не покидает бабушку только ради того, чтобы сыграть с нами шутку…
- Я тоже так думаю, - заметил Дан.
- Да и потом, - продолжал Виктор, - устраивая розыгрыш, обычно стремишься подшутить над другими, а не выставлять себя на посмешище.
- Что ты этим хочешь сказать? - спросила Мария.