Всего за 499 руб. Купить полную версию
Какой тут поднялся переполох! Все вскочили, не зная, за что хвататься. Кот Феликс, совершенно вне себя, взвыл каким-то некошачьим голосом:
- Докажите, если можете! Докажите, что это я съел ваших цыплят…
- Докажу немедля! - взвизгнул граф. - Доказательства у меня в кармане!
И с этими словами он вытащил из кармана два кошачьих волоска.
- Вот доказательства! Этот волос я нашел в курятнике, на месте совершенного преступления, - он был еще запятнан кровью невинной жертвы. А этот второй волос должен быть вам памятен, мерзавец! Сеньора Эмилия собственными ручками выдрала его из вашей морды! Вот мои доказательства. Кто хочет, может, пожалуйста, обозреть оба волоса с помощью бинокля донны Бенты. Они абсолютно идентичны! - Граф особенно громко выкрикнул это ученое слово. - Идентичны даже по запаху. Оба пахнут котом-вором!..
Доказательства были ошеломляюще неоспоримы. Тетушка Настасия, схватив в руки метлу, с яростью ягуара двинулась на самозванца. Бандит вскочил на подоконник, выскочил в окно и исчез в ночной темноте, зловеще мяукая.
- Браво! Да здравствует граф! - закричали все хором. - Браво! Браво!..
Тут все принялись поздравлять графа, обнимать, целовать… Даже Эмилия, хотя очень стеснялась, но все-таки набралась храбрости и неловко поцеловала графа в голову. Донна Бента взяла слово:
- Вот видите, как мы были несправедливы к нашему бедному графу только потому, что он заплесневел и стал такой некрасивый. События сегодняшнего вечера окончательно доказали, что он настоящий ученый и его наука может принести пользу. Мы должны гордиться тем, что у нас в доме есть такой мудрец. С этого момента я сама буду о нем заботиться. Я вылечу его от плесени и назначу управляющим нашим хозяйством.
Часы пробили десять, и, пока дети укладывались, донна Бента взяла графа и спрятала на своей полке с книгами, между "Арифметикой" и "Алгеброй".
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. ВОЛШЕБНАЯ ПАЛОЧКА
Глава 1. Приготовления.
Донна Бента как раз учила Педриньо обрезать ногти на правой руке, когда Эмилия просунулась в дверь. Педриньо бросил на нее взгляд, означавший: "Какие новости?"
- Носишка зовет! - ответила Эмилия так тихонько, что донна Бента не слыхала.
- "Зачем?" - спросил Педриньо опять взглядом.
- Надо помочь ей убраться к приему гостей.
На этот раз донна Бента услыхала слово "убраться" и, сдвинув очки на лоб, спросила:
- Что это еще за уборка, Педриньо?
- Ничего особенного, бабушка. Просто мы позвали в гости наших друзей из Страны Сказок.
- Хорошо, иди, - сказала донна Бента, обрезав последний ноготь на правой руке Педриньо. - Только, прежде чем гостей принимать, пойди-ка вымой лицо. Ты, видать, поел плодов манго, и у тебя остались огромные желтые усы.
- Так это ж нарочно, бабушка, - выдумал Педриньо, - я хочу быть представлен гостям как Принц Манговый Ус!..
Когда Педриньо вошел в комнату Носишки, уборка была в самом разгаре.
- А приглашенья-то ты не забыла разослать?
- Ну конечно, не забыла. Я послала с тем колибри, который каждый день прилетает на наш розовый куст. Я подошла к нему и спросила: "Читать умеешь?" - "Умею!" - ответил этот умница. "Тогда возьми вот письма в клювик и разнеси по адресам". Он взял письма и - црхх! - вспорхнул и улетел.
- А кого ты пригласила?
- Да всех, про кого мы читали в сказках: Золушку, Белоснежку, Мальчика с Пальчик… ну буквально всех!
- А Аладдина с волшебной лампой не пропустила?
- Конечно же, нет. И Аладдина, и Кота в Сапогах. Даже Синюю Бороду пригласила.
Педриньо был недоволен:
- Это чудовище? Зачем? Бабушка умрет со страху!
- Да нет же, ничего, - успокоительно сказала Носишка. - Я ему послала очень сухое приглашение, думаю, не придет. А даже если придет, мы у него перед носом дверь захлопнем, и все. Мне, понимаешь, хотелось посмотреть, очень уж синяя у него борода или это люди преувеличивают…
- Возможно, что преувеличивают, - сказал Педриньо. Решили распределить обязанности на время праздника. Графа подвесили на веревочке к оконной раме, чтоб он наблюдал за дорогой с помощью бинокля донны Бенты.
- Как увидите вдалеке облако пыли, сообщите. А я пойду поищу Рабико.
Маркиз явился неохотно, так как ему пришлось прервать еду; пятачок его еще был вымазан в маниоковой каше, и он спешно что-то по пути дожевывал. Педриньо завязал ему на хвосте большой красный бант, а на уши подвесил сережки из плодов арахиса.
- Станешь у двери, понял, маркиз? И будешь принимать гостей. Как услышишь, что стучатся, спроси: "Кто?", открой и объяви: сеньор такой-то или сеньора такая-то. Понял? И веди себя, пожалуйста, прилично, а главное, своих сережек не съешь по ошибке…
Эмилия так яростно подметала пол кисточкой от клея, что Носишка вмешалась:
- Хватит, Эмилия! Ты так пол продырявишь. Пойди умойся и надень свое платье травяного цвета с апельсиновыми разводами. И отдохни. Ты сегодня что-то бледная.
Кукла гордо выпрямилась и - топ-топ-топ - затопала одеваться. Как только она вышла, граф закачался на веревочке и, не отнимая от глаз бинокля, нацеленного на дорогу, произнес сиплым голосом мудреца:
- Я вижу вдалеке облако пыли!
- Да нет еще, граф. Рано еще. Сначала мы будем завтракать, а после завтрака вы начинайте видеть пыль, понятно, сеньор?
Утренний кофе пили залпом. Заметив эту поспешность, донна Бента спросила:
- Какая сегодня готовится игра, Носишка?
- Совсем не игра, бабушка. Будет самый настоящий праздник, вот увидишь. И гости все принцы, и принцессы, и феи…
- Прекрасно, - сказала донна Бента, - только вот что: мне нужно написать моей дочери Антонике, так что очень уж не шумите. Дайте мне посидеть спокойно.
- Ладно, бабушка, не будем, но ты должна хоть одним глазком взглянуть на праздник, хорошо? Хоть в замочную скважину. Как услышишь, что кричат "ура", хлопают в ладоши и громко поют боевой гимн индейцев…
На лице донны Бенты изобразилось отчаяние… Вернувшись в комнату, предназначенную для приема гостей, Носишка крикнула графу:
- Теперь начинайте видеть пыль!
Бедный мудрец, который задремал было, опустив голову на бинокль, проснулся и, глядя на дорогу, сказал:
- Я вижу вдалеке облако пыли.
- Крошечное облачишко или большущее облачище? - спросила Эмилия. - Если большущее облачище, то это, верно. Принц Ветер.
Носишка нахмурила лоб:
- Никакого Принца Ветра я не приглашала, Эмилия, я ним даже незнакома.
- А я знакома, - отвечала упрямая кукла, - я сама сочинила сказку про Принца Ветра, подымателя пыли. Как-то раз когда ему исполнилось три года, три месяца, три дня и три часа…
- Ну, понесла… Сказки вечером рассказывают. Разве не видишь, что первый гость уже у порога?
Глава 2. Золушка.
И действительно, у крыльца остановилась чья-то карета. Маркиз де Рабико, хрюкая, скатился со ступенек - узнать, кто приехал… И, приоткрыв дверь, объявил:
- Сеньорита Золушка, принцесса в хрустальных башмачках.
- До чего он все-таки туп! - воскликнула Носишка. - Золушка давно вышла замуж за принца и не носит хрустальных башмачков. Тебе бы в пятачок хрустальный башмачок, да не хрустальный, а из бутылочного стекла.
И, строго взглянув на растерявшегося маркиза, Носишка поспешила навстречу знаменитой принцессе.
- Входите, садитесь, пожалуйста, дорогая принцесса Золушка, - проговорила Носишка, волнуясь и по ошибке подставляя Золушке стул, на спинке которого золотыми буквами, собственноручно вырезанными Педриньо из кожуры апельсина, значилось: "М. с. П.", что означает "Мальчик с Пальчик".
Золушка села, и все стали знакомиться.
- Позвольте мне, сеньора принцесса, представить вам моего двоюродного брата Педриньо, Принца Мангового Уса, и мою подругу Эмилию, маркизу де Рабико, - сказала Носишка.
Педриньо как-то растерянно дернул головой, а Эмилия сразу же полезла под стул, на котором сидела Золушка: взглянуть на самые маленькие на свете ножки, обутые в самые маленькие на свете башмачки. Носишка пришла в ужас от такого поведения своей куклы, но Золушка нисколько не обиделась, а напротив, весело рассмеялась и посадила Эмилию к себе на колени со словами:
- Я уже о тебе слышала!