Нам угрожает столкновение с группой объектов неизвестного происхождения. Будьте готовы к эвакуации.
Никакой паники. Действуйте согласно инструкции. Мы пытаемся уйти от столкновения, но это может не получиться. Это – не учебная тревога».
Вытаращив глаза, Лунзи повернулась к монитору. Компьютерная сеть предполагала автоматическое переключение в режим видеоконтроля при возникновении аварийной ситуации, и на экране можно было увидеть то, что видел пилот из кабины управления полетом: полдюжины астероидов не правильной формы. Два из них, бывшие по размеру почти такими же, как их корабль, приближались с обеих сторон, и казалось, судно вот-вот окажется в клещах или, вернее, между молотом и наковальней. Остальные астероиды летели прямо на корабль. Огромная машина, идущая только на одном двигателе из трех, была не в состоянии осуществить маневр, который позволил бы стопроцентно избежать столкновения. Обычно траектории движения скоплений астероидов наносили на карты, и маршруты кораблей рассчитывали таким образом, чтобы держаться подальше от россыпей осколков и других тел космического происхождения. Последняя проверка маршрута показывала, что путь свободен. Эти осколки, по всей вероятности, образовались в результате столкновения двух астероидов, которое изменило их траектории, швырнув исполинские глыбы навстречу «Нелли Майн». Тяжелая грузовая машина была слишком неповоротлива, чтобы достаточно быстро развернуться, и возможности уйти от лобового столкновения с этими вращающимися осколками вряд ли можно было избежать. Близилась неминуемая катастрофа.
Один из астероидов выскользнул из поля зрения дистанционных видеокамер, и Лунзи выбросило из кресла, когда на помощь основному двигателю, работавшему из последних сил, пришли все пусковые ускорители – чтобы подставить под неотвратимый удар наименее уязвимые части ракеты. Грохот удара многократно отразился сводом коридора, пол заходил ходуном. Должно быть, это в корабль врезался один из самых маленьких камней.
Красные лампы аварийной сигнализации в коридоре потухли.
«Эвакуируйтесь! – прокричал голос капитана. – Мы не смогли запустить остальные двигатели. Все срочно эвакуируйтесь!»
Еще когда только завыла сигнальная сирена, Лунзи поспешила применить навыки самодисциплины. Она приказала себе успокоиться и вспомнить все, что нужно делать, когда звучит сигнал тревоги, и что она многократно отрабатывала на тренировках при подготовке к полету. Инструкция всплыла в её памяти так ясно, словно она видела её на экране компьютера. Сначала убедиться, что все, кто ранен или слишком мал для того, чтобы позаботиться о собственном спасении, доставлен в капсулы. Только после этого заняться своей безопасностью. А самое главное – не терять времени! Лунзи задержалась лишь на мгновение – чтобы схватить со стола голограмму Фионы и сунуть её в карман – и, бросившись в коридор, устремилась к спасательной капсуле, предназначенной для её отсека.
Жилой сектор экипажа протянулся длинной полосой на палубе, огибавшей экватор сферического судна. Когда корабль совершал грузовой рейс, он вмещал восемьдесят членов судовой команды в двадцати маленьких спальных каютах, расположенных по десять штук справа и слева от кают-компании. По всей длине коридора на одинаковом расстоянии друг от друга зияли круглые люки, ведущие в спасательные капсулы, пришвартованные к корпусу корабля.
Рабочий кабинет Лунзи находился в самом конце левого крыла жилой секции экипажа.
Корабль сильно тряхнуло. Произошло ещё одно столкновение, на сей раз с большим осколком. Компрессоры и вентиляторы, обеспечивавшие подачу воздуха, заработали с максимальной нагрузкой, несмотря на то, что в корпусе судна образовалась пробоина.