Я кружилась в водовороте и пад-ла в пустоту, ослепшая, оглушенная, совсем одна, и это продолжалось вечно. На самом-то деле все происходило в течение двух ударов сердца, но казалось, что вечно. Бесконечно. Но конец все-таки наступил. Мне на какой-то безумный миг показалось, что я падаю… на потолок?! Что-то сильно ударило меня со всех сторон, и на некоторое время стало темно и все замерло. Потом наконец я смогла оглядеться.
Все это произошло во сне. Мы вовсе не прыгали. Мы были там, откуда начали путь. По крайней мере, так мне показалось, когда я села, выплюнула песок и огляделась.
Похожий на естественную пещеру подземный зал. Каменный бассейн. Засыпанный песком пол. Все освещено зловещим зеленым свечением водоворота.
Ирма начала было вставать, осмотрелась и застыла с тем же ошарашенным выражением, которое, наверное, было и на моем лице.
У Вилл был такой вид, будто она сильно замерзла. Я обеспокоено потрогала ее щеку. Кожа была прохладной.
— С ней все в порядке? — спросила Хай Лин.
— Не знаю. Где мы? Мы что… так никуда и не попали и вернулись назад?
— Конечно, попали, — ответила Корнелия таким тоном, будто растолковывала что-то безнадежным дурочкам. — Здесь лестница с другой стороны зала.
Она была права. Я посмотрела на лестницу и рассердилась на себя, что сама этого не заметила. Кроме того, водоворот в бассейне закручивался против часовой стрелки, а не по, как раньше. Этот зал не был точной копией того, который мы покинули, — это было его зеркальное отражение.
Вдруг Вилл стала со свистом втягивать воздух, будто задыхается.
— Вилл? Что случилось?
Она не отвечала. Тогда Хай Лин указала на Сердце Кондракара, выпавшее из трясущейся руки Вилл:
— Смотрите!
Талисман больше не был идеальной формы сферой с ясным пульсирующим светом. В его середине появилось грубое темно-зеленое углубление, напоминающее трещину на фарфоровой тарелке.
— Смотрите! — снова прошептала Хай Лин. — Сердце разбилось.
Мы все стояли и ошеломленно пялились на кристалл, а Вилл все также сидела на песке и дрожала. Как Сердце могло разбиться? Это ведь был могущественный талисман, а не дешевая стеклянная побрякушка, купленная на распродаже.
— Может, это просто трещинка? — с надеждой им молвила Ирма. — Оно не совсем разбилось…
— Не совсем разбилось? — передразнила Корнелия. — Спасибо вам, мисс Лэр, за эту блестящую догадку.
— Заткнись, Корнелия! — пробормотала Ирма. — Мне надоело, что ты всегда…
— Замолчите, вы обе! — прикрикнула на них я. — с Вилл что-то случилось!
В этом мерзком зеленом свете было трудно что-нибудь разглядеть, но лицо подруги показалось мне очень бледным, пепельно-серым. И ее по-прежнему трясло.
— Вилл? — я потрогала ее лоб, он был мокрым от пота.
— Голова кружится. Тарани, — пробормотала она. — И болит…
— Где болит? — спросила я.
— Везде, — ответила Вилл. — Все внутри.
Она тяжело дышала, воздух входил в легкие судорожными всхлипами. Мы с Корнелией помогли ей сесть. Хай Лин подобрала поврежденное Сердце и вложила его в дрожащие руки Вилл. Та посмотрела на талисман, и глаза ее наполнились слезами.
— Я должна была беречь его, — горестно простонала Вилл.
— Ты не виновата, — сказала я, поглаживая ее руку. — К тому же, оно… — я оборвала себя, едва не сказав Ирмино «оно не совсем разбилось», — …оно не распалось на осколки. Возможно, мы найдем способ починить его.
— Ну, конечно, — процедила сквозь зубы Корнелия. — Нужно только сбегать в ближайшую ювелирную мастерскую.
Я бросила на нее испепеляющий взгляд.
— Что ты знаешь об этом, Корнелия?! Это магический предмет. Не исключено, что его можно исправить с помощью волшебства.
— Мы спросим об этом Оракула, — сказала Хай Лин.