Тесс Герритсен - Эксперимент стр 10.

 А вы имеете право показать мне его медкарту?

Он покачал головой:

 Это может только доктор Валленберг, да и ему понадобится письменное согласие пациента, чтобы дать вам какие-либо сведения.

 Но это могло бы повлиять на медобслуживание его пациента.

 Вы вроде сказали, что он сбежал из вашей неотложки, нет?

 Да, он

 Значит, он уже не ваш пациент, так?

Тоби молчала, не находя, что ответить. Гарри действительно сбежал из ее отделения, ушел из-под ее опеки. У нее нет убедительных причин требовать его медкарту.

Она посмотрела на лежачую больную:

 Полагаю, госпожа Слоткин тоже не сможет мне ничего рассказать.

 К сожалению, Агнес вообще не говорит.

 Инсульт?

 Субарахноидальное кровоизлияние. Судя по карте, она здесь уже год. Похоже, не выходит из вегетативного состояния. Однако время от времени она вроде как смотрит на меня. Верно, Агнес?  сказал он.  Ты ведь поглядываешь на меня, дорогая?

Женщина в кровати не шелохнулась, даже ресницы не дрогнули.

Он подошел к постели и начал осматривать свою пациентку. Его темные руки резко контрастировали с бледностью ее кожи. Он прослушал стетоскопом сердце и легкие, проверил животнет ли метеоризма, посветил фонариком в глаза, исследуя зрачки. Сделав несколько движений ее руками и ногами, проверил подвижность суставов. Затем повернул ее на бок, осматривая кожные покровы на спине и ягодицах. Никаких пролежней. Он снова осторожно уложил ее на подушки и прикрыл одеялом.

 Хорошо выглядишь, Агнес,  промурлыкал он.  Приятного дня.

Тоби последовала за ним из комнаты, чувствуя себя лилипутом, который плетется за великаном.

 Для человека, уже год пребывающего в вегетативном состоянии, она весьма неплохо выглядит.

Он открыл карту и записал результаты последнего осмотра.

 Разумеется. У нас обслуживание класса «роллс-ройс».

 И по таким же ценам?

Брэйс оторвался от записей, на губах впервые появилось некое подобие улыбки.

 Скажем так, у нас нет пациентов со страховкой для малоимущих.

 Они сами оплачивают пребывание здесь?

 Они могут себе это позволить. У нас есть весьма обеспеченные постояльцы.

 Это место исключительно для пенсионеров?

 Нет, несколько человек еще продолжают активно трудиться, а место в Брэнт-Хилле они купили просто для того, чтобы иметь гарантию на будущее. Мы предоставляем проживание, питание, медицинскую помощь. Пожизненный уход, если это необходимо. Возможно, вы заметили, мы расширяемся.

 Еще я заметила превосходное поле для гольфа.

 Есть также теннисные корты, кинотеатр и крытый бассейн.  Он закрыл карту и усмехнулся.  Так и на пенсию пораньше потянет, верно?

 Вряд ли я смогу себе позволить пожить здесь на пенсии.

 Открою секрет: я тоже.  Он взглянул на часы.  Приятно было познакомиться, доктор Харпер. Простите, мне нужно осмотреть и других пациентов.

 Как я могу побольше разузнать о Гарри?

 Доктор Валленберг вернется в понедельник. Тогда и поговорите с ним.

 Но мне хотелось бы сейчас узнать, с чем я имела дело. Это меня действительно волнует. А вы не могли бы посмотреть амбулаторную карту? Позвоните мне, если найдете что-нибудь интересное.

Она быстро записала свой домашний номер на визитке и протянула ему.

Он неохотно принял карточку.

 Я погляжу, что можно сделать,  только и сказал он.

Затем повернулся и пошел в следующую палату, оставив Тоби в коридоре.

Она со вздохом отвернулась от закрытой двери. Тоби сделала все возможное, чтобы раздобыть информацию, но в Брэнт-Хилле упорно отказывались от сотрудничества. Теперь голод и усталость навалились на нее; она ощущала настойчивые призывы своего организма. Есть. Спать. Сейчас же. На ватных ногах она поплелась к лифту. Но застыла на полпути.

Кто-то кричал.

Крик доносился из палаты в дальнем конце коридора, и в нем звучала не боль, а страх.

Тоби кинулась на крик и услышала за спиной нестройные голоса и топот бегущих по коридору. Она добралась до комнаты раньше всех и распахнула дверь.

Первое, что она увидела, был пожилой мужчина, стоявший на четвереньках на постели. Ниже пояса он был голый, и его морщинистые ягодицы двигались вверх-вниз в непристойном собачьем танце.

Затем Тоби разглядела распростертую под ним женщину, ее хрупкое тело скрывалось под скомканным одеялом и простынями.

 Уберите его от меня! Пожалуйста, уберите его!  кричала она.

Тоби схватила его за руку и попыталась оттащить. Но он с такой силой толкнул ее, что Тоби отлетела и растянулась на полу. В палату вбежала медсестра.

 Господин Хакетт, перестаньте! Прекратите!  Сестра попыталась оттащить мужчину, однако тоже была отброшена в сторону.

Тоби с трудом поднялась на ноги.

 Хватайте его за одну руку, а яза другую!  скомандовала она, обходя кровать.

Вместе им удалось ухватить мужчину за руки. Но даже пока его стаскивали, он продолжал дергаться, словно нелепый сексуальный робот, у которого не предусмотрен выключатель. Женщина на кровати свернулась в позу эмбриона и заплакала, кутаясь в одеяло.

Внезапно мужчина вывернулся, заехав Тоби локтем в подбородок. Челюсть клацнула, пронзив острой болью скулу. В глазах у Тоби вспыхнуло, и она чуть не выпустила больного, однако бешеная ярость помогла удержать его. Старик снова кинулся на нее. Эта была звериная схватка; Тоби чувствовала запах его пота, каждый напряженный борьбой мускул. Сестра потеряла равновесие, споткнулась и выпустила его. Старик дотянулся до затылка Тоби и схватил ее за волосы. Теперь он тыкался в нееторчащий пенис мужчины толкался ей в бедро. Омерзение и злость клокотали в ее горле. Она напрягла ногу, изготовившись садануть ему коленом в пах.

Однако мишень исчезла. Пара громадных черных рук подняла противника в воздух. Роби Брэйс протащил его по комнате и рявкнул сестре:

 Несите халдол, быстро! Пять кубиков внутримышечно. Срочно!

Медсестра выскочила из комнаты и через минуту вернулась, держа в руке шприц.

 Давайте же, я не могу его тут вечно удерживать,  сказал Брэйс.

 Мне бы до его задницы добраться

 Живей, живей!

 Но он выворачивается

 Черт, а парень-то силен. Чем вы его тут кормите?

 Он на протокольном лечении, а еще у него «альцгеймер» Не достать мне его никак!

Брэйс сменил хватку, повернув мужчину задом к медсестре. Она ухватила в складку кожу на голой ягодице и воткнула иглу. Старик взвизгнул, взбрыкнул и вырвался от Брэйса. Заметавшись, он схватил с тумбочки стакан с водой и запустил доктору в лицо.

Стакан угодил Брэйсу в висок и разбился.

Тоби рванулась вперед и ухватила старика за запястье, прежде чем тот снова успел замахнуться. Она жестко скрутила его руку, осколок выпал из сжатых пальцев.

Брэйс обхватил гигантскими ручищами больного за плечи и проорал:

 Всадите ему остаток халдола!

Сестра повторно воткнула иглу в ягодицу и вдавила поршень.

 Ну все! Боже, я надеюсь, это сработает лучше, чем мелларил.

 Этот парень на меллариле?

 Круглосуточно. А я говорила доктору Валленбергу, что это на него не действует. За этими пациентами с «альцгеймером» глаз да глаз нужен, а не то Доктор, да у вас кровь!  ахнула она.

Тоби с тревогой подняла глаза и увидела, как струйка крови, сбегая по щеке Брэйса, капает на белый халат. Осколок стекла раскроил ему кожу на виске.

 Надо остановить кровотечение,  сказала Тоби.  Вам нужно наложить швы.

 Для начала позвольте мне убедиться, что этот парень надежно привязан. Прошу вас, сэр. Вернемся в вашу палату.

Старик смачно плюнул:

 Черномазый! А ну выпусти меня!

 Бог ты мой! Пытаешься взбесить меня, а?

 Ненавижу черномазых!

 Ага, как и все,  отозвался Брэйс скорее устало, чем сердито. Ему все-таки удалось вывестиа отчасти вынестистарика в коридор.  Похоже, приятель, ты заслужил свидание со смирительной рубашкой.

 Ой! Только не превращайте меня в чудовище Франкенштейна, ладно?

Тоби аккуратно опорожнила шприц с ксилокаином и вытащила иглу. Она ввела местный анестетик в оба края раны и, немного выждав, осторожно уколола кожу.

 Чувствуете?

 Нет. Все онемело.