Всего за 319 руб. Купить полную версию
Мы, ростки гражданского общества, не смогли организоваться, можем противостоять произволу пока только морально. Отвергать негодяев как абсолютное зло, как палачей и врагов народа. Предавать гласности их имена. Разъяснять им, что их неправедность является преступлением против человечности и подлежит наказанию без срока давности и что они обречены держать ответ не только перед небесным, но и перед земным судом, судом народа.
Онивременщики, а мы должны жить по совести, пусть не в силе, но в правде.
Не обречены ли мы? После постыдного проплаченного митинга «идущих вместе» 7 мая снова заговорили о якобы исконной склонности русских людей к тоталитаризму, к культу личности.
Нет, нормальные самодостаточные русские вроде меня и моих знакомых трезво оценивают Путина как одну из многих возможных фигур, которую стечение обстоятельств вознесло по воле сумасбродного Ельцина на вершину власти. Провести модернизацию ему оказалось не по плечу, он пошел по более легкому пути укрепления личной власти и ради этого своей опоре«силовикам» отдал «на откуп» все мелкое и среднее предпринимательство. Ход понятный, но погибельныйне восторгаться надо, а горевать.
Прав Сатаровсамому Путину нравятся знаки власти. Одиозны его выезды и проезды или поведение его охранников. «Мелочи» красноречивы, свидетельствуют о масштабе личности. Против массовой штамповки собственных бюстов или умильных книг о себе он не запротестует. Организаторы митинга зналив накладе не останутся.
Зато Путин понимает, что экономически независимых сограждан не заставишь раболепствовать. Поэтому надо их взять «на крючок», подвесить над ними дамоклов налоговый или иной «правоохранительный» мечстатья при желании найдется, будут знать, кто «хозяин».
Он знает рецепт-принцип тираниичем беднее люди, тем они послушнее. Поэтому внешний долг и коммунальная реформаза их счет, ведь все равно голосовать «эти овощи» (по циничному выражению Глеба Павловского) будут за того, кого подскажут «путевые» телеэкраны («непутевых» к выборам не останется).
Говорят, что нагота короля скоро станет очевидной, срок у Путина невелик. На самом деле нищие не восстают. Спросите любую бедную бабульку, за кого она проголосует, и она ответит«Как за когоза него, за касатика. За Путина!».
Виктимологи и социологи хорошо знают, что не только России, а любой забитой стране свойственен культ тирана. Вспомним похороны Сталина. Вспомним массовые истерии в нынешних тираниях. Там даже восторги проплачивать не надо.
Не понимая разнофазности развития России и Запада, наши «обезьяны» скопировали тамошние законы, в том числе о выборах. И судьба страны стала зависеть от голосов маргиналов. Сами американцы судьбу США щепетильно связывали с голосами экономически самодостаточных, придерживались цензов и системы выборщиков и допустили своих бабулек голосовать лишь в 1921 году, когда «средний класс» укрепил тылы.
А у нас самоистреблениенадолго?
Возможно, на поколение или два. А возможно, как на Украине, сплотится народный фронт и окоротит произвол. Но останутся нищие, почва демагогии и тирании Поэтому мы предлагаем устранить соблазнпост президента, и ввести систему выборщиков снизу до самого верха А чтобы не обижать людей введением каких-либо цензов, за неучастие в выборахвыдавать $30 или 1000 рублей.
Жалости к соотечественникам в Путине не видно, как и в Чубайсе, хотя он уверяет, что якобы за год президентства «стал добрее». А сам даже не объявил амнистию по случаю своей инаугурации.
На словах он за «экономическую амнистию», ведь без нее невозможны инвестиции, но кого тогда будут кушать неимоверно размножившиеся «правоохранители», для которых всякий «богатенький» как кролик для шакала? И он говорит Фрадковупродолжай!
2001 г.
А что же Путин?
Небольшой промышленный прирост последних месяцев, который произошел не благодаря, а вопреки налоговой и инвестиционной политике властей и потому оказался для них неожиданным, обусловлен ничем иным, как естественным стремлением отечественного производителя удовлетворить насущные потребности страны в продукции первой необходимости.
Демократическое обновление оказалось узурпированным шкурниками, и «политика реформ» свелась к массированному воровскому вывозу капитала, к выкачиванию за рубеж невосполнимых ресурсов страны и к засилью на внутреннем рынке завозимых из Европы. Америки. Турции. Китая. Польши и других стран товаров массового повседневного спроса, включая продовольствие.
В России сложился типичный компрадорский режим, зависящий от мондиалистскнх финансовых центров. Политические и экономические высоты заняты в основном теми, кто помогает чужим грабить нас. Шкурнические верхи обслуживаются многочисленным развращенным «классом обслуги», который, получая свою не столь уж большую долю от грабежа страны, но зато во многом формируя общественное мнение, сущностно отличается от опорного для современного государства среднего класса («класса самодостаточных хозяев»),
Прошедшие парламентские выборы адекватно отразили расстановку сил в больном российском обществе, в котором надежда масс на государственническую волю «укротителя Чечни» сочетается с верой обслуги а шкурническое «чудо» компрадорских лжереформ. В результате сопряженные с судьбой среднего класса интересы отечественного товаропроизводителя не получили четкого политического представительства, что обрекает страну на неустойчивость
Получившие карт-бланш «правоохранители» за последний год крепко запугали бизнесменов. Беспорядок возрос, произвол умножился. Неудивительно, что реальная преступность не уменьшилась, а сбежало капиталов из России почти в полтора раза больше, чем в 1999; о модернизации и о каких-то проблесках к лучшему пока приходится забыть.
Социологам известно (а бессовестные шкурные правители используют это на практике), что чем беднее люди, тем больше они заняты заботой о выживании, тем они зависимее и покорнее, тем легче ими управлять. Они не подпитывают независимые партии, которые обречены на малочисленность. Восстают за свои права люди самодостаточные или стремящиеся к экономической независимости. Как только они достигнут «критической массы», приподымут голову, востребуют своих тилаков, ганди, неру, и у нас появится аналог Индийского Национального Конгресса, увлекающего за собой народ. Пока же «третье сословие» в России придавлено и не способно обеспечить партиям массовость.
Ввиду продолжающегося обнищания и потому апатии населения трудно представить, как в сегодняшней России могут практически сложиться самостоятельные политические организации с фиксированной численностью не менее 10 тысяч человек. Поэтому ныне у нас наиболее вероятен вариант «выстраивания» партий сверху.
Скажута националисты, а социалисты?
Но посмотрим правде в глазарусский национализм очень слаб, поскольку пока не сложилось русское «третье сословие», а без него нет импульса национального самосознания снизу, нет нации. Рабочее движение вместе с самостоятельными профсоюзами, с действенными массовыми социалистическими, социал-демократическими и коммунистическими партиями тоже останется слабым до становления своего катализатора«третьего сословия».
Полуторавековой опыт латиноамериканцев (и опыт довоенных восточноевропейских режимов) показывает, что при полицейско-придавленном «третьем сословии» обычно допускаются «партия власти», партия «конструктивной оппозиции» и одна-две партии «социального партнерства». Безобидная роль «конструктивной оппозиции» слева отведена КПРФ, а с западнического фланга на «оппозиционность» претендуют явлинцы-немцовцы. На еще более безобидную роль поддерживаемой Кремлем «партии социального партнерства» желающих много
А что Путин?
Этого человека не надо фетишизировать. Ельцин, подбирая его, заботился не о модернизации России, а прежде всего о своей шкуре. Самое главное, необходимое условиепреемник, чтобы не предал и не сдал, должен быть «на крючке» (на какоммы пока не знаем), а достаточное условиеон должен обладать способностью крепко держать рычаги власти, тем самым гарантируя также силовое обеспечение безопасности предшественника.
Путин не прошел школу партийно-политического лидерства, когда волей-неволей приходится определяться по экономическим и социальным приоритетам. Онслужбист, успешно делал чекистско-административную карьеру. Бюрократическо-полицейские методы ему близки и понятны. Не имея собственных экономических концепций, он привлек «западников» Грефа и Илларионова, которым задача модернизации явно не по плечу. В окружениираздрай. Путинна перепутье.