И вот теперь я лежала как бы на ребре двухскатной крыши и боялась пошевелиться. Но почему я так боюсь? Меня ведь никогда не били и даже если ругали, то без крика. Всего один раз в жизни мама на меня замахнулась. К нам тогда пришел Сережа, а я как раз несла из кухни тарелку с борщом и у меня при виде Сережи дрогнула рука. Борщ, естественно, расплескался.
«Кира, вытри пол!»крикнула мама.
Я взяла тряпку и стала вытирать пол. Но не руками, как меня учили, а ногой. Не могла же я ползать с тряпкой на полу, когда на меня смотрит Сережа.
«Нет, нет, руками, как положено», приказала мама.
Мало того: она стала пригибать меня за шею к полу. Я вывернулась и посмотрела на маму. Боюсь, что я очень плохо на нее посмотрела. У меня свело скулы так, что даже зубы заныли. И вот тогда мама на меня замахнулась. Правда, потом она мне сказала, явно желая помириться и даже как бы попросить прощения: «Ты с такой ненавистью на меня посмотрела, а я на тебя не замахиваласья просто от тебя рукой закрылась».
Получается, что на меня и не замахивались ни разу в жизни. Так почему же я боюсь? Мама меня за разбитые и поломанные вещи даже не ругает. Говорит: «Жаль». Но в этом «жаль» не звучит особого сожаления. А вот бабушка вещи жалеет, даже такие дряхлые, которые днем при соседях на помойку выкинуть неловко, разве только ночью. Кресла с ободранными плетеными спинками, кожаный диванчик, истертый до белизны. На них любил сидеть бабушкин папа. Мой диван бабушка, кстати, терпеть не может. Мама его тоже не любит, но купила. Потому, наверное, она его купила, чтобы проявить самостоятельность и что-то там такое в очередной раз доказать бабушке.
В дверь позвонили. По тому, как радостно мама вскочила от своих чертежей, а бабушка проворчала: «Не дадут ребенку поспать. Твоя Афродита или Изабелла, то есть Изольда. Мне кажется, Милочке зимой было бы теплее в своей шерсти», я поняла, что пришла тетя Зита. Она пришла не одна, а со своей собакой Милочкой. Милочкаумная и очень приветливая собака. На длинных ушах светло-серая шерсть, а остальное все сострижено. Тетя Зита вяжет себе разные кофты, береты, шарфы, а для Милочки на зиму шьет попонки из старых суконных тряпок. Но тетя Зита подобрала Милочку больную, истощенную и долго лечила, вызывая врачей на дом. Может быть, она так закаляет ее. Я не знаю.
Милочка подошла ко мне поздороваться, я чуть подвинулась, и мой диван-крыша зловеще заскрипел. Милочка сочувственно поглядела на меня.
«Милочка, мысленно сказала я, можно, я скажу, что это ты сломала диван? Ну можно, Милочка?»
Она посмотрела на меня без всякого упрека и согласно вздохнула, но именно поэтому я решила от ее жертвы отказаться.
Тетя Зита очень ревнует Милочку к другим людям, она никак не хочет понять, что собаке иногда хочется пообщаться со мной. Ведь это не измена, верно? Но собак, как и детей, не спрашивают об их чувствах.
Тетя Зита позвала Милочку, и та неохотно побрела к ней.
Кира больна? тихо спросила тетя Зита.
Нет. Ей пора спать. Одиннадцатый час. Ты поздно пришла сегодня, ответила мама.
Сейчас полдевятого, сказала тетя Зита.
Завтра первое апреля. Я часы перевела, чтобы не забыть, сказала бабушка.
И я тоже, сказала мама.
Как-то вы синхронно перевели вперед, а нужно назад, сказала тетя Зита.
Кира, у тебя есть минут сорок, ты можешь встать, разрешила бабушка.
Спасибо, не надо, пейте чай, смотрите телевизор, а я ладно
Я вдруг почувствовала, что устала от этих «ложись», «вставай», захотела спать, и как-то спокойно сказала:
У меня тут диван сломался.
Но на мои слова не обратили внимания.
Я проснулась от жалобного лая собаки. Милочка лежала на полу возле моего дивана, и дергала лапами во сне, будто бежала, и то радостно, то тоскливо взлаивала. Ей что-то снилось.
Тс-с! Потом. Она сейчас заснет, прошептала мама, вглядываясь мне в лицо.
Мама и тетя Зита сидели за столом у окна. Тетя Зита вязала. Наверное, новую кофту из Милочкиной шерсти. А мама водила пальцем по кактусу, будто гладила его.
«Терпеть не может кактусы, зачем гладит?»подумала я.
Ну вот, клеенка выгорела, прошептала мама, выпрямляя лампу-«подхалимку», свекровь ворчать будет.
Пора, пора, мой друг, лететь, прошептала как стихом тетя Зита.
Тетя Зита, что вы вяжете? Кофту? спросила я.
Берет, детка. Спи! Мосты развели, и мы с Миледи задержались.
От своего настоящего имени Милочка вскочила, ошалело моргая оглядела нас сонными глазами и, покрутившись на одном месте, опять легла. Спать расхотелось, но, чтобы не мешать подружкам, я перевернулась на другой бок, честно стараясь их не слушать.
Знаешь, Томка, как там здорово, зашептала тетя Зита. Ты на Кавказе была?
Нигде я не была. Ты же знаешь. На даче и в Выборг ездила. В Луге еще была и то девчонкой, с хором.
«Вот это да!»удивилась я, даже не подозревая, что мама умеет петь.
На Кавказе мне очень нравится, только я быстро начинаю скучать по нашей Карелии, опять зашептала тетя Зита. А там как-то все вместе соединено: вроде и Кавказ, и Карелия.
«Хоть бы не шептались, а просто говорили тихо. Так невольно прислушиваешься», злилась я, пытаясь заснуть.
Ну что ты меня будто уговариваешь? Я неделю уже на работу не хожу. Правда, делаю вид, чтоб свекровь раньше времени не расстраивать, что на службу иду, а самав кино. Столько картин пересмотрела, аж винегрет из них в голове.
«Ай да мама! Я тоже, если школу прогуливаю, в кино хожу».
Представляешь, Зита, на мое место на следующий же день преподавателя взяли. Мне кажется, я там нужнее буду Ценить, что ли, больше станут Ну, это я уже глупости говорю.
Ты прости, но мне было важно знать, как планировать свой отпуск.
Так и планируй. В преподавателях там нуждаются, письмо, что хочу у них работать, я послала, вот ответа жду. Со дня на день будет.
Том, ты такая нерешительная
Хватит! Пожалуйста! попросила мама.
Тетя Зита хорошо знала, что моя мама больше всего на свете боялась подвести кого-нибудь.
Не подведу, сказала мама. Свекровь только стыдно как-то оставить. Будет сидеть тут одна с пауками.
«Меня мама, значит, берет», сообразила я.
Главное, Кире на Алтае будет хорошо, сказала тетя Зита. Климат Она такая слабенькая у тебя. И Николаю должно понравиться. Он ведь горы любит, тайгу
Вот это да Мне стало жарко. Я знала уже давно, что мама хотела уехать, но думала, это так, разговоры. Она у меня действительно нерешительная.
Тебя выгнали с работы? спросила я.
Подружки притихли. Милочка зевнула, села и стала чесать лапой живот, стукая пяткой об пол.
Ты подслушивала? с неприязнью в голосе спросила мама.
Если бы подслушивала, то промолчала бы, заступилась тетя Зита. А чего скрывать, раз решено?
Их решение ошеломило меня. Сразу навалилось и расставание с бабушкой и со школой, и Сережа вчера чуть не утонул в моей лодке
Мы навсегда? спросила я хрипло, как тогда, с Сережей по телефону.
Мама подошла и поцеловала меня. Она меня не целовала давно-давно. Но я помню тот последний раз, хотя была тогда маленькой.
Спи, сказала мама, и я тебя очень, очень прошу: не говори пока ничего бабушке.
Скоро мосты сведут, проводи нас, попросила маму тетя Зита. Сейчас хорошо на Неве.
«И тетя Зита с нами едет На Алтае, наверное, много лошадей» Я пыталась заснуть, но все думалось, думалось. «Тетя Зита будет с нами недолго, а потом мы останемся одни с мамой. И кругом незнакомые люди Хорошо, хоть тетя Зита сначала будет с нами. Бабушка ее не любит» Я вспомнила давно забытое, стыдное. Мама взяла у тети Зиты деньги в долг и не отдала в срок. У мамы была шуба, неказистая, но теплая, единственная вещь на зиму. Тетя Зита пришла, когда все сроки отдачи долга прошли, и сказала: «Знаешь, а я нашла покупателя на твою шубу». Мама засуетилась, покраснела и, соглашаясь, часто-часто закивала головой. Видимо, тетя Зита пожалела маму, или у нее поправились дела. Шуба осталась висеть в шкафу. Я никогда не хочу быть богатой, а если почему-нибудь придется, я буду тратить деньги, чтобы не быть жадной. Наверное, у тети Зиты так получилось случайно, просто не подумала, ляпнула, а потом стало стыдно и она передумала тогда с шубой. Все-таки она о маме заботится и обо мне говорит, что на Алтае для меня здоровый климат, хотя я не помню, когда я болела. «Сказать завтра Сереже, что я уезжаю?» И я стала загадывать: «Если диван, когда я повернусь, скрипнет в ногах, скажу, если у головынет». От резкого телефонного звонка я даже не заметила, где он скрипнул.