Валентин был правда, место это не по душе Жерве. Но он решил поступить сюда не только ради Мили. Школа закрылась на лето, и у него было такое чувство, будто всё вокруг опустело. Учебники и те у него отобрали.
Два с половиной месяца каникулодна мысль об этом приводила его в уныние. За работой время пойдёт быстрее.
Хозяина он видел накануне вечером лишь мельком. Все переговоры вёл Валентин. Интересно, который час? Не пора ли вставать?
Два резких удара в дверь разрешили загадку.
Эй, ты, вставай!
Жерве вскочил и торопливо оделся, но выйти из чулана не решался.
Раз, два, трииду! наконец сказал он сам себе.
Он быстро поднял защёлку, наклонился, шагнул вперёд и очутился на кухне, нос к носу с толстой девчонкой. Ей было лет двенадцать-тринадцать, щёки у неё румяные, как спелые яблоки, одета в розовое платье, толстые косы аккуратно уложены вокруг головы. В руках она держала чашку кофе.
Из-за тебя я чуть не уронила чашку! крикнула она. Значит, ты новый официант моего папы?
Да Извини пробормотал Жерве.
Толстуха прыснула со смеху и поставила чашку так стремительно, что расплескала весь кофе. Она преспокойно уселась на стул и стала разглядывать Жерве.
Фу, какие длинные волосы, заметила она и насмешливо хихикнула.
Жерве нахмурился. Как она смеет на него глазеть, будто он какой-то диковинный зверь? К нему вернулась уверенность в себе.
Я хотел бы видеть господина Фреде́, узнать, что я должен делать, сказал он сдержанно.
Папа у соседей, но я и сама могу тебе это сказать, пренебрежительным тоном заявила толстуха. И прежде всего ты должен умыться.
Жерве покраснел и направился к раковине, стараясь сохранить достоинство. Открывая кран, он забрызгал рубашкуэто вызвало взрыв хохота за его спиной. Но вдруг всё изменилось. Девчонка снисходительно посмотрела на него и сказала:
Меня зовут Ферна́нда, а тебя Жерве, да? Давай позавтракаем вместе. Молоко ещё горячее. Садись вот сюда.
Жерве сел за стол перед большой чашкой кофе с молоком и грудой тартинок с маслом. Он немного успокоился. Фернанда, казалось, была очень довольна и, уписывая огромные куски хлеба, тараторила без умолку. Оказалось, её отца все называют господин Фреде. Он требует от всех беспрекословного повиновения, а иначе в два счёта выставляет за порог.
За этот месяц папа выпроводил уже троих ребят, добавила она. Право, мне их ничуть не жалко. Особенно третьего. Представь, этот противный рыжий мальчишка стукнул меня за то, что я чуточку подразнила его. Ну, а потом он уронил поднос и все стаканы разбил вдребезги Его и выгнали. А ты к нам как попал?
Не вдаваясь в подробности, Жерве сказал, что приехал из Руана.
Ах, из Руана. Я-то родилась совсем рядом, в посёлке Ла Буй. Там так много красивых домов, например, дом Леру́ или нотариуса господина Шава́. А зачем ты отрастил такие длинные волосы?
Да просто так. Смотри, ты посадила на платье кофейное пятно.
Фернанда взглянула на платье.
А я и не заметила. Это ты виноват: нечего толкаться, когда входишь. Пойду переоденусь
А что мне сейчас делать?
Протереть столы на террасе. Тряпка в углу.
И Фернанда исчезла. Поднимаясь по лестнице, она хохотала как сумасшедшая.
Жерве вышел во двор, забитый пустыми бочками. Ещё шагов десять, и вот он на дороге. Ага, вот и кафецелый кирпичный дом. На террасе пять зелёных столов, а вокруг них стулья, выкрашенные красной краской.
Он услышал пение птиц и обернулся: слева от него фруктовый сад, а дальше до самого горизонта тянется лес.
Но тут из кафе раздался громовой голос:
Ты что околачиваешься на дороге? Хорошо ты начинаешь, нечего сказать!
Хозяин! Он стоял в проёме дверирослый, жирный, краснощёкий, с чёрными усищами и нахмуренными бровями. Позади него желтеет какой-то шар: очевидно, Фернанда.
Жерве пришлось взять себя в руки, чтобы не убежать. «Раз, два, трииду»! И он подошёл к толстяку хозяину.
Да ты что? Я же тебя не съем, грубовато сказал хозяин. Ну и тип! Впрочем, недурён собой. Что скажешь, дочка?
Девчонка еле сдержалась от смеха:
Ну и волосы у него, папа! Как у девчонки!
По-твоему, длинные? Ну и ничего, на днях пострижём его под машинку. А пока за работу, паренёк! Убери-ка террасу, а потом помоешь посуду. Живо!
Жерве дали синий фартук, щётку, половую тряпку, и минут через десять он уже старательно тёр плиточный пол в большом зале, где возле стойки поблёскивал игральный автомат. Появились первые посетители: рабочие в комбинезонах, фермеры, жившие по соседству Хозяин сновал туда-сюда, наливая сидр или красное вино, и шумно чокался то с одним, то с другим.
Застеклённая дверь распахнулась, и в зал влетела Фернанда с большим чёрным котом в руках.
А я нашла Кики! Он был в сараеловил крыс, ласково сказала она, обнимая кота.
Кот царапался, вырывался у неё из рук и, наконец, выпрыгнул и вскочил прямо на спину Жерве, стоя на коленях, мальчик протирал пол. Прыжоки Жерве уже на ногах. Кот, отброшенный к стойке, яростно замяукал.
Ты ему сделал больно! кричала Фернанда, топая ногами. А раз так, значит, и ты разобьёшь стаканы. Вот увидишь! Папа! позвала она.
Что тебе, душечка? отозвался хозяин.
Папа, новый официант сейчас
Что он натворил, душечка?
Фернанда помедлила с ответом. Взглянула на Жерве и сказала:
Очень уж у него длинные волосы!
Под машинку! Сделаем, дочка. Ну, парень, теперь за посуду.
Фернанда, криво усмехаясь, бросила Жерве:
Видишь, я не наябедничала. Не хочу, чтобы тебя прогнали. Ты так забавно прыгаешь, прямо как клоун. Теперь посмотрю, как ты моешь стаканы.
Дались ей эти стаканы! И было-то их всего с дюжинувсе тяжёлые, из толстого стекла. Жерве чувствовал, что противная толстуха следит за каждым его движением, и это ему мешало. Он чуть было не уронил стакан.
Ещё бы немногои вдребезги! хохотала Фернанда. Да брось ты тряпку и прыгни ещё разок.
На это не рассчитывай, резко ответил Жерве.
Фернанда широко раскрыла глаза.
Ну знаешь!.. Я не привыкла, чтобы мне отказывали Так и знай, ты разобьёшь стаканы!
Ну и настырная девчонка! Жерве с облегчением вздохнул, когда позади хлопнула дверь.
Весь день Фернанда хмуро поглядывала на Жерве, но ему было не до неё. Он бегал из дома на террасу, с террасыв подвал и обратно под выкрики хозяина: «Четыре кружки сидра, четыре, да поживее!» Вид у него был жалкийзадёрганный и усталый дикарёнок.
В шестом часу группа туристов расположилась на террасе. Заказали пять вермутов! Хозяин расставил стаканы с вином на подносе.
А ну, отнеси их. Да смотри не разбей!
Жерве осторожно шагнул к двери, поравнялся с Фернандой. И тут она подставила ему ножку. Он потерял равновесие. Поднос накренился, стаканы звякнули, но сын господина Кастиля не зря играл в «Школе смеха»! Одно движениеи равновесие восстановлено. Он выровнял поднос, а Фернанда так и осталась стоять, раскрыв рот от изумления.
Ловкий паренёк, заметил кто-то из посетителей.
Не хватает ещё, чтобы он перебил все стаканы, буркнул хозяин и обратился к Жерве, который возвращался с пустым подносом. Эй, ты, не будешь смотреть себе под ноги, распрощаешься с кафе.
Но ведь возразил Жерве.
Никаких «но»! Принеси кувшин сидра.
Жерве негодовал. Неужели никто не видел, что ему подставили ножку? Теперь понятно, почему рыжий парень разбил стаканы. Всё это подстраивает Фернанда, как только ты ей разонравишься Какая она злая и вредная! За день он устал, но спалось ему плохо, а утром он с трудом преодолел неистовое желание убежать. «Нет, надо остаться», непреклонно решил он.
В дверь постучали: «Эй, ты, вставай!» Начался новый день. Жерве молча подметал, молча убирал террасу. У хозяина, казалось, расположение духа было получше. Часов в одиннадцать он велел Жерве спуститься в Ла Буи и купить там паштет и ветчину. Уйти из кафе! Какая удача! Размахивая сумкой, Жерве помчался по тропинке и кубарем скатился по откосу. Сейчас он не чувствовал себя ни одиноким, ни обездоленным, а завидев Сену, обрадовался, будто встретился с другом.
Сделав покупки, он прошёлся по улице и остановился как зачарованный у витрины книжной лавки. Книги! Когда он уезжал, Мили дала ему два франка. Не купить ли книгу? Да, но книги такие дорогие: три франка, пять франков Досадно. Жерве уже собрался уходить, но тут ему на глаза попался тощий томик в зелёном переплёте: «Яблони в цвету». Цена 1 ф. 40 см.».