Я еще раз сжал хрупкие плечи матери и отступил. Обернулся, разочарованно оценивая цветущий вид старика. Глубоко за пятьдесят, но бодр и полон сил. Дорогой образ с прекрасными манерами. Идеальный сукин сын.
Думаю, ты меня ждал, в его присутствии я чувствовал неконтролируемый гнев.
Ты слишком предсказуем, протянул он разочарованно. Да, черт возьми, я люблю разочаровывать! Вероника останется, будничным голосом произнес ублюдок, собирая с рабочего стола документы и укладывая их в черный кожаный портфель, ты ведь останешься? поднял глаза на мать.
Я проследил за его взглядом. Цепкий взгляд хищника, готового в любую минуту растерзать слабую жертву. И матери, больше похожий на взгляд испуганного, загнанного в угол, зверька.
Я останусь, Вероника посмотрела вначале на старика, затем виновато уже на меня.
Слышишь, она останется, он пожал плечами.
Вижу на его губах ехидную усмешку, и хочется изо всех сил заехать по наглой роже, раз и навсегда стерев улыбку с его лица. Но достаточно пары шагов в его направлении, как я буду задержан службой охраны. Этот ублюдок неприкасаем, черт бы его побрал!
Можешь не волноваться за нее, он кинул в сторону матери и будничным голосом продолжил, у нас соглашение. Верно? поднял глаза на мать. Та снова кивнула, как чертова марионетка. Пока ты будешь на моей стороне, она не пострадает. Сделка, старик продолжил, не давая мне опомниться, сегодня в конце встречи ты все подпишешь.
Ублюдок заметил мой красноречивый взгляд и тихим голосом повторяет.
Подпишешь. Но вместо обещанного слияния с компанией мы ее уничтожим. Ты ее уничтожишь, добавил старик, заколачивая гвозди в крышку моего гроба. Мы ведь не хотим, чтобы Вероника пострадала.
И ведь знает, на что давить.
Но Константин, меня охватывает паника.
Честный и улыбчивый парень, владелец компании, вырастивший свое детище с маленького магазина и верящий, что после слияния с нами его дела пойдут в гору. И я должен все это уничтожить.
Знаю, он твой друг, ублюдок прекрасно осведомлен обо всех моих знакомствах, но у бизнесменов не бывает друзей. Только деловые партнеры. Так что я оказываю тебе услугу. Рассматривай это именно так, сын.
До офиса мы добрались каждый на своей машине. Тонированный внедорожник старика впереди, за ним несколько машин охраны. Я следовал в хвосте длинной процессии. Перед служебной парковкой наши пути разошлись. Внедорожник свернул на закрытую парковку, доступ к которой был только у старика, мне же осталось довольствоваться общей стоянкой.
Остановившись, я несколько минут сидел в машине, тупо пялясь в никуда. Перед глазами запуганное лицо матери, словно все еще стою в кабинете. Невинный кролик в лапах серого волка. Попутно мысли перетекли на Константина. Слияние с компанией старика растопчет его маленькое детище, превратив в бесславно почившую фирму-однодневку.
Ошибка Константина состояла только в одном. Он связался с Артуром Королевым, отличным парнем, как он считал, но на деле порядочным ублюдком. Он это поймет, но, к сожалению, будет уже поздно. Компания старика пережует и выплюнет его фирму, и не таких выплевывала. А мне придется выслушать не один десяток гневных высказываний на свой счет.
Гребаный выбор без выбора! Видимость свободы, а на деле я таже марионетка, изо всех сил пытающаяся угодить старику. Он ведь знал, что сегодня я пойду на попятную, и приложил все силы, что разыскать мать.
Ублюдок всегда был игроком. Отчаянным и сумасшедшим. Только на тотализаторе обычно ставил на живых людей. Утром я видел азартный блеск в его глазах. Чувство безумия уже завладело им. И я был тому причиной.
Возможность узнать, что же выберу дружбу или родственные узы похлеще виагры подстегивало любопытство старика. Я знал, что ему не терпится узнать исход переговоров. В любом случае все козыри теперь у него на руках. Мать, черт бы ее побрал, не могла потерпеть один день и не высовываться из квартиры!
Получив Веронику в качестве добровольной заложницы, ублюдок уверен, что я подпишу договор о слиянии. Этот раунд игры он выиграл, впрочем, как и другие. Старик всегда выигрывает. Если подпишу договор, буду мучиться чувством вины перед Константином, если не подпишу, вечером мать окажется в больнице с множественными ушибами и переломами. Твою же и далее по тексту!
От души стукнув кулаком по рулю, я вышел из машины. Миновав парковку, поднялся по ступенькам трехэтажного здания. Компания старика располагалась на верхнем этаже и была «единственным светлым моментом в его беспросветной жизни». Брак с матерью и мое рождение никогда не входили в его «светлые моменты».
Мой кабинет располагался в самом конце длинного коридора. Большой, светлый, с огромными панорамными окнами и видом на городской парк, но я ненавидел его еще сильнее чем старика. Вот и сейчас устроившись в удобном кожаном кресле, я ощущал себя, словно сижу на гвоздях.
Буквально сразу ожил телефон, и секретарь, сухо поздоровавшись, сообщила о желании ублюдка меня видеть. Черт! Я знал, что кабинет напичкан скрытыми камерами, и сегодня представилась возможность в очередной раз в этом убедиться.
В приемной было как всегда многолюдно. Начальники разных отделов с отчетами или просто забрать почту, заметив меня на несколько секунд замерли, поздоровались, все-таки сын владельца компании, и снова каждый занялись своим делом.
Ожидайте! секретарь бесстрастным взглядом посмотрела на меня и вновь вернулась к утренним делам.
Старик решил меня помариновать. Усмехнувшись, опустился на свободный стул, но ожидание оказалось недолгим. Через несколько минут старик пожелал меня видеть, и я поспешил доставить ему это удовольствие. Пусть удивляется монстру, которого он породил.
Старик стоял, выпрямившись, заложив руки за спину, и изучал вид за окном. Не обернулся даже, когда предупредительная секретарь известила о моем приходе.
Такое равнодушие сбивало с толку впервые попавших на ковер к начальству, но мне были знакомы все психологические приемы старика. И это был один из них. Самый излюбленный.
Надеюсь, сегодня не случится ничего, о чем мне следовало беспокоиться?
Старик заговорил со мной, продолжая пялиться в окно. Деланное равнодушие к моей персоне.
Все по плану, сухо произнес, прекрасно понимая, что любой другой ответ не удовлетворит старика.
Мне нравится, он обернулся, скользнув по мне небрежным взглядом. С годами ты стал рассудительней.
Черта с два рассудительней! Просто пока не придумал способ тебя достать. Даже сейчас мы находимся под пристальным наблюдением камер. В случае любого моего неосторожного движения в кабинет ворвется вездесущая охрана.
Зачем тебе Вероника?
Я умышленно назвал мать по имени, потому что старику жутко не нравится, когда я произносил «мама» в любых модификациях. Привязанность к матери после пятнадцати для мужчины настоящее зло, взрывался старик всякий раз, когда я имел неосторожность забыть.
В смысле зачем? на губах старика заиграла легкая усмешка. Она моя жена.
И?
Интересно, только я один не улавливаю связь?
Она любит меня, небрежно пожал плечами старик, словно это было чем-то обыденным. Черта с два любит! Я едва не взорвался жуткой бранью, но сдержался. Тебе этого не понять, продолжил разглагольствовать ублюдок, вгоняя меня в еще большую агрессию.
Как ты к ней относишься? уточнил, хотя ответ лежал на поверхности.
Тоже люблю, старик солгал, не моргнув глазом, и давай закроем эту тему. Работа не лучшее место обсуждать семейные ценности. Двери моего дома всегда открыты, если захочешь об этом поговорить.
Ключевым в его фразе было «моего». Его дом, его выбор, его решающее слово. И нет никакой возможности выбраться из этого болота.
Все хорошо? уточнил старик.
Со стороны могло показаться, что речь шла обо мне, но на самом деле старик думал только о работе. Дела компании всегда на первом месте, а мы с матерью, наверное, значились в самом конце длинного списка.
Константин подпишет договор, до боли сжимая зубы, произнес я, тем самым удовлетворив самолюбие старика.
Он кивнул и позволил мне уйти. Черт бы побрал старика с его позволением.