Я запаниковала, но деваться уже было некуда. Ирка получила «пять» и вышла, послав мне на прощание бодрую улыбочку. А я медленно поднялась, охнула, машинально наступив на больную ногу, и, аккуратно прихрамывая, подошла к учительскому столу и села напротив.
Слушаю вас, улыбнулся историк.
И я начала вещать про Октябрьскую революцию, то есть вооруженное восстание. Вещала я хорошо. Прямо самой нравилось, как складно и красиво получается. Даже выводы делались как-то автоматически.
Анализ революционной ситуации в России в октябре 1917 года показывает, что восстание было неизбежно, закончила я, вдруг обратив внимание, что за окном уже начало темнеть.
Видимо, это заметила не только я, потому что историк улыбнулся и сказал:
Засиделись мы с вами, выводя в журнале напротив моей фамилиисначала я подумала, что мне мерещитсядве «пятерки» подряд.
Я вернулась к своей парте, покидала в сумку вещички. Краем глаза отметив, что историк тоже поднялся и собрал портфельчик, я вдруг засуетилась и быстро, насколько могла, пошла к двери. Нога опять заныла, но чувствовать боль почему-то было приятно.
Открыв дверь, я увидела у окна в коридоре Ирку.
Видите, улыбнулся историк, ждут вас.
До свидания, торопливо сказала я и похромала к подруге.
Чем вы там занимались? прошипела она.
Тем, что ты подумала, вяло огрызнулась я.
Выйдя за ворота, мы с ней распрощались, и я потихоньку побрела домой, стараясь не сильно наступать на больную ногу.
Привет! Ромка налетел сзади и со всей дури хлопнул меня по плечу.
Меня аж отнесло в сторону, я потеряла равновесие и подстраховала себя как раз больной ногой. Хорошо так наступила на нее, качественно. И как только не заорала, не знаю. Силы, наверное, берегла.
Совсем дурак, да? прошипела я.
Что? испугался он, наконец заметив мою перекошенную физиономию. Это я тебя так толкнул?
Нет, мрачно утешила я. У меня нога подвернута. Я на нее машинально оперлась, и теперь болит.
Сильно? обеспокоился он.
Я не стала его жалеть и коротко ответила:
Угу.
Так пойдем ко мне, чему-то обрадовался он. Нас на ОБЖ учили повязку на вывих накладывать.
У меня никакой не вывих, обиделась я. И не учили нас такому на ОБЖ, не ври!
Да это еще не в этой школе было.
Я уже хотела сказать, что мне бабушка дома забинтует, но почему-то вместо этого подозрительно поинтересовалась:
А кто у тебя дома?
Никого, просто ответил он.
Почему-то это меня успокоило, и я ответила:
Ладно, пошли.
Я думала, у Ромки дома все будет уставлено всякими сувенирами и прочими заграничными штучками, но ничего подобного, совершенно обычная оказалась квартира.
Садись, он деловито кивнул на кресло. Я сейчас.
Он ушел в другую комнату, а я тем временем сняла носок и закатала штанину джинсов. Хорошо, что я в юбку не нарядилась по случаю зачета, а то как бы сейчас колготки снимала Впрочем, тогда бы я вообще никуда не пошла, успокоила я себя и тут же пожалела, что не надела юбку. Впрочем, какая юбка с подвернутой ногой, что-то я уже совсем
Ромка появился с эластичным бинтом, встал на колени и довольно ловко замотал им мою щиколотку.
Все, хозяйка, принимай работу, весело сказал он.
Я осторожно покачала ногой, поставила ее на пол.
Ну как?
Вроде лучше, сказала я, прислушиваясь к своим ощущениям.
Зафиксированная нога и правда больше не вихлялась из стороны в сторону и успокоилась.
Спасибо, улыбнулась я, а Ромка вдруг отвернулся и спросил:
Как зачет?
Хорошо, пятерка, довольно сказала я, подумала и уточнила:Две пятерки.
Три пятерки! дурашливо подхватил он. Четыре пятерки! Кто больше!
Я почувствовала подвох, но не подала вида:
А ты как сдал?
Да что я, ерунда! все тем же неестественным тоном продолжал он. А вот ты, я вижу, не зря готовилась, все же блеснула знаниями! И даже наедине!
Не поняла? тихо переспросила я.
А что, не ты последняя осталась?
Ну я, а что?
А то! непонятно высказался он, но я уже поняла, что он хочет сказать.
Так ты меня специально в гости затащил, чтобы про своего любимого историка расспросить? зловеще поинтересовалась я.
Конечно, я еще тогда понял, что ты в него влюбилась!
Ну ты и
Сама-то! Специально осталась последняя, чтобы никто его от твоих великих знаний не отвлекал!
Свинья, наконец закончила я.
Я вернулась домой в совершенно растрепанных чувствах, даже Лешка заметил:
Что это собой?
Нога болит, отговорилась я. И, чтобы не развивать тему, поинтересовалась:Ну как там Витаминка, посетила этого вашего Дюху?
Ой, да вообще круто вышло, развеселился Лешка. На перемене сидит Витаминка за столом, что-то пишет. А Дюха прохаживается вокруг, будто бы случайно, и бормочет:
Бомжи какие-то в очках приходили Вчера ломились Я им не открыл, а то еще обворуют
Витаминка делала вид, что ничего не замечает, и тогда Дюха отошел и рассказал нам подробности. Сидит он, короче, дома и смотрит футбол «Спартак»«Аякс». За десять минут до конца встречи спартаковцы забивают гол! И тут, на самом интересном месте, звонок в дверь. Дома у Дюхи была только бабушка, поэтому, догадавшись, кто к нему пожаловал, он первым подбежал к глазку. Свет на площадке он вырубил заранее, но все же смог разглядеть зловещую фигуру в очках. Андрюха отошел от двери и сказал бабушке, что там какие-то бомжи. Бабушка смотреть в глазок не пошла, но Витаминка не растерялась, позвонила в квартиру соседей и велела передать, чтобы ее навестила мама Андрея. Видимо, соседи маме пока ничего не передали, и Дюха ходил веселый и довольный.
Как же она нашла, если адрес неправильный списала?
Не знаю, наверное, потом проверила, с сожалением протянул Леха.
Хорошо, что у нас рисование уже кончилось, снова порадовалась я.
Угу, кивнул он. Я тут слышал, седьмой «Д» написал директору письмо, чтобы у них убрали Витаминку. Весь класс подписал. Андрюха тоже подбивал нас написать письмо
И что?
Да у нас в классе ничего из задуманного не делается, махнул рукой Лешка.
Прямо как у нас, кивнула я.
И потом, если честно, мы боимся мести Витаминки. А то у нее рука не дрогнет нарисовать «два» просто так! Да и вообще у меня лично проблем с ней нет.
Вот и все так рассуждают, согласилась я.
11 Месть Медведя-Тугодума
Прозвенел звонок, а литераторша все не появлялась. Уже раздались первые робкие предложения забить на это дело и пойти куда подальше, но тут дверь распахнулась. Но появилась на пороге вовсе не литераторша, а Татьяна Дормидонтовна.
Пойдемте в актовый зал, хмуро сказала она.
Что? Зачем? повскакивали мы.
Быстро, не отвечая, скомандовала классная.
Видеть ее такой было непривычно, так что мы без долгих разговоров собрали вещички и потопали в указанном направлении.
Похоже, в актовом зале собралась вся школа. Все спрашивали друг у друга, в чем дело, но никто ничего не понимал и вразумительно ответить не мог.
Война, что ли? раздался чей-то тонкий голос.
На него зашикали, замахали руками. И тут на сцену поднялась Римма.
В нашей школе произошло вопиющее и крайне возмутительное событие! трагически провозгласила она.
Ну слава богу, «в нашей школе». Значит, все-таки не то, что кто-то там предположил. А у нашей директрисы любая мелочь вопиющая и возмутительная. Но что могло случиться, если по этому поводу в актовом зале всех собрали?
Какие-тоона сделала паузу, подбирая слово, негодяи расписали стены и дверь кабинета истории неприличными надписями и рисунками. И разбили там окна.
Зал загудел, то ли возмущенно, то ли восхищенно.
Считаю, что заниматься в такой школе недопустимо, продолжала директриса. Так что на сегодня занятия отменяются.
Ура! Круто! тут же завопили в зале. Народ повскакивал с мест и с радостными воплями повалил к выходу.
Я сидела прямо, словно меня вжало в спинку жесткого неудобного кресла турбулентностью. Единственный нормальный препод во всей школе! Не орет, не истерит, не заставляет тупо пересказывать учебник Интересно, они, дебилы, которые это сделали, в институт поступать не собираются? А почему, собственно, я решила, что это кто-то из старших классов? Ой, что-то у меня в мозгах совсем помутилосьисторик только в старших классах, кажется, и преподает