Всего за 176 руб. Купить полную версию
Ну что, увидела?
Нет.
Сейчас повернется, смотри. Димка! крикнула Лека. Мальчик повернулся, и Юля сразу заметила.
У ее глаза округлились, и слово растянулось, ты.
Что я тебе говорила, круто.
Че надо? спросил он у них.
Нет-нет, ничего. Топай, топай, ответила Лека и, повернувшись к Юле, добавила. Неужели он у них такой
Юля, цепляясь за ветки, спустилась на землю, присела и еще раз посмотрела на голый торс мальчика. За ней спустилась и Лека, села рядом и, таинственно подмигнув, позвала Димку.
Иди сюда.
Зачем?
Надо.
Нет, и мальчик пошел воду. Девочки разочарованно вздохнули и стали смотреть, как он стал отплывать от берега.
Девочки сидели и ждали возвращения Димки, а тот, похоже, и не спешил. Лека разочарованно вздохнула, когда мальчик вышел из воды, она прищурилась и, отмахнувшись, повернулась спиной.
Че надо? спросил он.
Уже проехали, топай, топай, обиженно сказала она.
Иди к нам, позвала Юля и подвинулась в сторону. Она поправила покрывало, на котором валялись и дремали, достала яблоко из рюкзака и протянула его Димке. На.
Он молча взял и стал грызть, делал это так сладко, что Лека не выдержала и тоже потянулась за яблоком. Юля давно присматривалась к Димке, он один из немногих, кто умел держать секреты и кому девочки доверяли. Наверное, поэтому они и дружили с ним и показали свое тайное место.
Димка сел так, что его небольшой хоботок скрылся между ног, колени плотно сжались, и казалось, что перед тобой девчонка, а не мальчишка. Юля заулыбалась, ей стало любопытно наблюдать за ним, как он швыркал, вытирал мокрый лоб, как пальцы выковыривали семечки, а после он жевал их.
Лека растянулась, ее голая попка сверкнула. Димка покосился на нее, но не придал большого значения. Схватил бутерброд, протянутый Юлей и, облокотившись на иву, стал жевать его. Его хоботок выскользнул и как червячок лег на ногу.
В последнее время Юля все чаще и чаще обращала внимание на эти странности. Вчера вечером просидела почти час, наблюдая за тем, как в поле за кобылой скакал мерин. Они игрались, что-то по лошадиному говорили друг другу, иногда доносилось ржание, то убегали, то снова возвращались к амбарам. А после мерин стал запрыгивать на кобылу. То ли он неопытный, но у него долгое время ничего не получалось. Юля пожалела, что сидела далеко, мало что было видно. Но за простым любопытством у нее стало просыпаться желание понять, каково это. В животе что-то гудело, словно рой пчел, и это теплое ощущение в груди.
Она тогда села и, смотря в поле, постаралась представить, а что делают люди. Раньше бы скорчилась от брезгливой мысли, но теперь ей хотелось знать, что делает Егор. Его мама называет бабником, а Анжелку, к которой он бегает, распутницей. «Нормальная она, никакая не распутница», думала Юля, но в голове никак не рисовалась картины того, что у людей.
Димка съел свой бутерброд, прищурился и подмигнул ей, она ему, а после еще показал язык, мальчишка скривился и состроил рожицу. «Ах, мысленно произнесла она. Хороший малый». И, подсев поближе, как мама отцу положила голову Димке на плечо.
Сердечко стукало тук-тук, а взгляд почему-то косил вниз, в сторону его стручка. Лека завертелась, и Юля сразу выпрямилась, потянулась, словно хотела поспать.
Кто купаться?
Я.
И я.
И дети выскочили из-под ивы, бросились в воду.
Мне домой, вдруг закричала Лека.
Почему? Юля сразу расстроилась.
Мама просила прийти в обед, мы поедем в райцентр, покупать для школы. Пошли? крикнула она подружке и быстро отстегнула свою рванную юбку, бросила ее на ветки и, прыгая на одной ноге, стала вытирать волосы.
Нет, ты иди, я останусь.
Ладно, как хочешь. Тогда завтра, в то же время?
Ага.
Пока, я побежала, надев платье и завязывая на ходу пояс, Лека скрылась в кустах.
Димка и Юля стояли по колено в воде и смотрели, как шатаются камыши.
Мы остались одни, подытожила девочка и медленно пошла по берегу.
Димка нырнул, снял с головы прилипшие листья, опять скорчил рожицу, но Юля даже не улыбнулась. Она нагнулась и, пройдя под листвой ивы, тоже сняла свою повязку, что как мочалка болталась у нее на поясе.
Если хочешь, она села на землю, ладонью стряхнула с покрывала песок и легла. Если хочешь, можешь меня потрогать.
Опять сердечко тук-тук. Юля легла и стала рассматривать небо, которое закрывала листва. Создавалось впечатление, что ты лежишь на воде, и твое тело покачивается. Теплый ветерок и этот тук-тук, словно кто-то там стучался и хотел войти.
Появился Димка, он посмотрел на нее сверху вниз. Лицо стало серьезным, взгляд изучающе скользнул по ней и опять тук-тук.
Садись, похлопала она ладонью по земле и, чуть улыбнувшись, отвернулась от него.
Лева шел осторожно, переступал через лежащих, старался никого не раздавить. Наконец он добрался и, вытащив из-за спины кулек, гордо протянул его перед собой.
С боем вырвал последние запасы, заявил и высыпал содержимое кулька на полотенце.
Ух ты восхитилась Лариса и схватила самое большое мороженое.
А мне с орешками, взвизгнула Юля и вытянула руку вперед.
Держи, красавица, сказал Лева и подал мороженое.
«Нет, он, впрочем, ничего», подумала она и, разорвав обертку, покосилась на юношу. Что может быть лучше, чем вода и мороженое? «Да только одно» Лариса с Вадимом зашушукались, а Юля легла на спину, подложила под голову сумку и, чувствуя на себе взгляд Левы, стала медленно уплетать свое мороженое.
Поцелуй
Что ты делаешь? только и успела сказать Марина, как рука брата скользнула чуть ниже и тут же резко пошла вверх.
Еще секунду назад она буквально вся была в поцелуе, а теперь с ужасом смотрела в глаза Вадима. «Почему?»глупый вопрос промелькнул у нее в голове. «Почему?»снова повторила она и тут же вспомнила маленького мальчика, которого водила за ручку в садик.
Лариса с Юлей пошли гулять по бутикам. Лева решил заглянуть в книжный, а он остался сидеть в кафе. Ноги гудят, да и что там смотреть, одно и то же, все магазины похожи, одежда и та мало чем отличается, еда, машины, дома. В чем прикол? Какой-то стандарт и стремление, но к чему? Как можно больше потратить, взять кредит и еще раз потратить? Но зачем третья куртка или пятые брюки? Он часто думал над этим и всегда приходил только к одному решению: всему виной экономика. Она диктует продажи, производители снижают качество, чтобы вещи и приборы быстрей выходили из строя. Чтобы покупали, заводы и фабрики работали, добывали ископаемые. А зачем? Рабочие места, зарплата, семьи и снова кредиты.
Змея, пожирающая свой хвост. Вчера были на пляже, а после пошли пешком через парк, а там свернули и тропинкой через старицу реки к остановке. Сколько мусора, колеса, машины, бетонные плиты. Девочки морщились и с осуждением смотрели на мини-свалки. Нам хочется видеть красоту, в рекламе машина обязательно едет по горам или через речку, но одна машинаэто более пятидесяти тонн отходов. Кто об этом знает, думает? Все смотрят красивую рекламу и идут в банк за новой порцией наркотического кредита.
Деньгиэто религия, им молятся, отрабатывают дань, и чем больше ты тратишь их, тем выше твое счастье.
Ты что такой угрюмый? отодвинув тяжелое кресло, присела рядом Марина. Уже жалеешь, что решил жениться?
Нет.
Как ты?
Она положила руку на изрядно выпирающий живот и, погладив его, посмотрела на своего брата.
Спасибо, все хорошо.
Хочешь сока?
Если есть, морковный.
Я сейчас узнаю, юноша встал и пошел к кассе, чтобы поинтересоваться.
Она решилась дать свое согласие, легкое увлечение вдруг переросло в страстную любовь, которая тянулась более пяти лет. Артем, да это он, парень ее мечты, принц, мужчина и будущий муж. Она знала каждую царапинку на его теле. Наверное, пересчитала все его реснички и родинки. Поцелуями покрыла все тело и ей этого было мало. Она хотела быть его, чтобы всегда быть вместе, всегда, всегда.
Вадимуже не тот маленький и глупый мальчик, которому она вытирала сопливый нос. Он изменился, это было заметно, но когда? В своей любви она не заметила, как брат вырос, повзрослел и смотрел на нее уже иным взглядом. Марине нравилось по утрам, топая босиком в ванну, заглянуть к нему в комнату и, шлепнувшись рядом на диван, толкнуть в бок брата. Утром он такой потешный, как ёжик в тумане, глаза спящие, а еще эти волосы.