Зайцева Мария - Первая любовь стр 5.

Его двушка, в обычной панельной пятиэтажке, выглядела настоящей холостятской берлогой.

Зал, с низким здоровенным диваном, видеодвойка, кассеты, разбросанные вокруг по ковру времен развитого социализма, в углу гири, гантели и штанга на стойке.

Через открытую дверь в спальню был виден здоровенный матрас, брошенный прямо на пол, с неприбранной постелью.

Кристина едва ли обратила внимание на обстановку, только слегка удивилась, что нет никаких шкафов, стенок, посуды, и всего остального, что обычно бывает в квартирах.

Ее взгляд намертво приклеился к разобранной постели в другой комнате.

Она понимала, что надо отвести глаза, успокоиться, но никак не получалось.

Митяй, уже успевший снять верхнюю одежду и разуться, положил ей тяжеленные руки на плечи, потянул  куртку с плеч. Кристина так вцепилась в воротник,что даже пальцы побелели.

Митяй развернул ее к себе, поднял за подбородок, заставив смотреть в глаза.

Кристина нашла в себе смелость не отводить взгляд.

Почему-то она сейчас дико боялась, хотя в прошлые разы, когда он целовал ее, и когда это чуть было не случилось, никакого страха не испытывала.

А тут буквально трясти стало от ужаса.

Митяй покачал головой, наклонился и прикоснулся к ее дрогнувшим губам. Очень нежно, практически невесомо, не напирая, не настаивая, даже не углубляя поцелуй,а лишь  легко скользнув языком по нижней губе.

Потом опять посмотрел ей в глаза, и Кристина, которой буквально по голове ударило от его нежности, так, что напрочь все панические мысли вышибло, сама потянулась к нему.

Митяй положил свои большие ладони на ее замершие у воротника куртки тонкие пальчики, девушка опять поразилась тому, насколько  они горячие, просто обжигающие, расцепил ее мертвую хватку, провел руками по плечам, стягивая куртку.

Одна рука осталась лежать на плече, другая скользнула на талию, притягивая ближе к горячему телу.

Стоя в его объятиях, Кристина поразилась тому, насколько он большой, просто огромный, по сравнению с ней. Как-то эта разница в росте и размерах раньше не резала глаз.

Теперь же она буквально утопала в его руках, чувствуя себя невероятно маленькой и хрупкой.

Тут Митяй опять поцеловал ее, и все посторонние мысли буквально вынесло из головы.

Кристина утонула с невероятной сладости его губ, послушно позволяя его языку проникать в свой рот, его рукам скользить по ее телу, сминая футболку, обшаривая жадно ее фигурку. Он на миг оторвался от нее, пробормотал, наклоняясь к ее шее, прихватывая губами  чувствительно у скулы:

-  Без лифчика? Какая плохая девочка

Кристина вспыхнула еще больше от смущения, попыталась что-то сказать, как-то оправдаться, но он такой возможности не дал, опять находя ее губы, целуя уже более требовательно и жадно, настойчиво продвигая ее в комнату, мимо зала, в спальню.

Кристина, сквозь туман в голове, понимала, куда он ее ведет, но больше не сопротивлялась.

Страх прошел совершенно, мысли о своей неподготовленности и прочей ерунде испарились со скоростью звука.

Сейчас вообще все было неважно, кроме его жадных рук, настойчивых губ, хриплого ободряющего бормотания на ушко.

Он шептал, какая она красивая, какая она чудесная, какая она желанная Эти слова, никогда ранее не слышанные ею в свой адрес, заводили не меньше, чем действия.

А, может, и больше.

В спальне он оторвался от нее на миг, стянул через голову тонкий свитер.

Кристина задохнулась от возбуждения и восхищения.

По его крепкой фигуре совершенно определенно можно было понять, что спортивный инвентарь  в углу комнаты не простаивал впустую.

Он был невероятен, гораздо лучше, чем те мужчины, что она видела до этого в кино.

На бицепсе синела большая татуировка, какой-то зверь, то ли леопард, то ли тигр, скалящий клыки. Она ему удивительно шла. Кристина решила, что обязательно рассмотрит ее подробнее. Потом.

Митяй положил ей руки на талию, повел вверх, снимая футболку, восхищенно выдыхая открывшемуся ему виду.

-  Малышка, ты пиздец какая красивая, блядь, нереально просто, - пробормотал он, осторожно, словно боясь сделать больно, трогая ее грудь, легко касаясь пальцами возбужденных сосков.

Кристина закусила губу, стараясь сдержать невольный стон, до того это было чувственно. Ее тело отзывалось на его ласки до такой степени остро, что это даже могло бы восприниматься, как боль. Сладкая, сладкая боль.

Митяй нагнулся, легко коснулся губами соска, и Кристина выгнулась в его руках, практически обвиснув, потому что  по телу прошла такая волна дрожи, что ноги просто держать отказались.

-  Бляяядь- Протянул Митяй восхищенно, - такая отзывчивая Да ты так только от языка кончишь сейчас

Он уложил девушку на матрас, навалился сверху, опираясь на локти, чтоб не раздавить, опять нагнулся в ее груди, уже настойчивей посасывая, прикусывая легко, внимательно отслеживая реакцию.

Кристина таяла от новых , совершенно потрясающих, нереальных ощущений, тело ее прошивала дрожь, грудь налилась так, что любое прикосновение было сладко-болезненным, взгляд не фокусировался, все вокруг плыло.

И до остроты хотелось еще.

Митяй спускался вниз, целуя ее живот, дергая за молнию джинсов, и Кристина еле удерживалась, чтоб не поторопить его. Он был нежен, невероятно нежен. Так нежен и осторожен, что ей хотелось Чтоб он был грубее.

Ей хотелось, наконец, получить его полностью, хотелось, чтоб он унял то невероятное, невозможное тянущее томление в низу живота. Она откуда-то знала, что он сможет это сделать. И, если он не поторопится, то ее разорвет просто от напряжения!

Сквозь морок протолкнулся посторонний звук. Кристина почувствовала, как замер, а потом грязно выругался Митяй, отрываясь от нее и копаясь в вещах.

-  Да! - разраженно рявкнул он в трубку, - Валек, ты вообще щас не вовремя, блядь! Чего? Михалыч? Блядь!

Он бросил трубку, посидел немного. Кристина , приподнявшись, вопросительно смотрела на него.

Митяй глянул на нее, на ее зацелованные губы, горящие щеки, ладошку, целомудренно прикрывающую голую грудь. Выругался еще более грязно, ударил тяжелым кулаком в пол.

Выдохнул.

-  У тебя дела, да? - Кристина села, поискала взглядом футболку.

-  Да, прости мышка, - огорченно ответил Митяй, наблюдая, как она пытается застегнуть джинсы.

-  Ничего, я понимаю. - Кристина избегала встречаться с ним взглядом, ей отчего-то стало неловко и стыдно. - Я пойду.

-  Нет, - она удивленно подняла все-таки на него глаза, - останься, я ненадолго.

-  Нет, ну что ты! Неудобно

-  Да чего неудобно, забудь, - он потянулся к ней, вытащил футболку из ее рук, - останься. Подожди меня.

Митяй помедлил, видя, что она колеблется, качает головой отрицательно.

-  У нас есть дело незавершенное. Останься. Я очень хочу тебя видеть здесь, когда приду. Это ненадолго, максимум два часа.

Он был так настойчив, что Кристина согласилась, кивнула.

Митяй быстро поднялся, натянул тонкий свитер, пошел к двери. Кристина, надев футболку, вышла следом, застыла на пороге комнаты, неуверенно переминаясь.

-  Будь как дома. Хочешь, посмотри что-нибудь, - Митяй кивнул на видеодвойку, натягивая куртку, - разберешься?

Кристина пожала плечами.

-Короче, там есть пульт, две кнопки сверху - включение и выключение, красная и зеленая, ниже перемотка и громкость. - Торопливо инструктировал он ее, - а вообще, хер с ним, даже если и сломаешь, не парься. Найди чего перекусить, там, по-моему, валялось что-то в холодильнике. Короче, не стесняйся. Я скоро.

Он притянул к себе девушку, крепко и жадно поцеловал в губы, оторвался, с сожалением осмотрел нежное запрокинутое лицо, провел еще разок руками по талии, вздохнул и вышел.

Кристина осталась одна.

Сначала она посидела немного, отходя от возбуждения, успокаивая тело, борясь с желанием доделать хотя бы руками то, что он начал.

Потом прошлась по квартире, с интересом разглядывая необычную обстановку.

Довольно спартанскую. Минимум мебели, в спальне вообще только огромный матрас  на полкомнаты и два стула, завешанные одеждой. Магазинная стойка с тремя вешалками.

В зале, помимо дивана, видеодвойки и спортивного инвентаря тоже ничего не было.

Кухня порадовала старым советским гарнитуром, о котором когда-то мечтала ее мать.

Новый холодильник, современный монстр, был практически пуст. Только яйца, молоко и мясо в морозилке. И упаковка пива.

Кристина , на самом деле почувствовав голод, решила перекусить, сделать омлет, поискала кухонную утварь, поразилась количеству пыли на полу и столе.

Так, занятие она себе, похоже, нашла.

Видео она включать побоялась, вдруг и правда сломает, а вот прибраться немного, хотя бы пыль смахнуть, было можно. И приготовить Митяю поесть. Наверняка он там сейчас не обедает, а значит голодный придет.

Кристина достала размораживаться мясо, поискала в запасах Митяя старую футболку, переоделась, чтоб удобней было прибираться.

Через два часа квартира блестела, на плите жарились отбивные и варились яйца.

Митяя все не было.

Еще через два часа отбивные остыли и отправились в холодильник, Кристина нашла возле матраса книжку  Три мушкетера.

Темнело. Митяя все не было.

Кристина заволновалась. С ним могло что-то случиться, а у нее даже его номера телефона нет. Да и откуда она позвонила бы? До ближайшего автомата идти минут десять, к магазину. Ключей  у нее тоже не было, дверь не захлопывалась автоматически, просто так не уйдешь, не бросишь квартиру открытой.

Кристина нервно ходила из угла в угол, переживая все больше, стараясь не думать о том, что могло что-то случиться плохое, когда замок, наконец, щелкнул, открываясь.

Кристина бросилась в прихожую и застыла на месте.

Митяй стоял, тяжело привалившись к косяку, глядя себе под ноги, и ей на мгновение показалось, что он пьян в стельку.

Волна гнева поднялась изнутри, мешая думать и выбирать выражения.

Он пьян, ну надо же! Она здесь ждет его, беспокоится, а он просто где-то напился!

Кристина шагнула к нему, собираясь высказать все свои обиды, но тут Митяй поднял глаза. Совершенно трезвые. Дико усталые. И улыбнулся.

-  Ты - самая шикарная мышка на свете, девочка! Иди сюда.

Кристина подошла ближе, тревожно вглядываясь в его лицо, Митяй тут же притянул ее к себе, обнял, глубоко вдохнул запах ее волос:

-  Зачем забрала опять? Мне нравится, когда ты их распускаешь

Кристина смущенно спрятала голову у него на груди, обнимая за талию, бормоча что-то про уборку и что мешают, и вдруг замолчала. Рука натолкнулась на что-то мокрое. И теплое.

Кристина вытащила ладонь из-под куртки Митяя и с недоумением и страхом уставилась на красные пятна на пальцах.

Точно такие же, что проступали сейчас на его боку, пропитывая светлый свитер.

Глава 7

Митяй ожидал какой угодно реакции на свое ранение.

Кристина могла закричать, отшатнуться, девчонки вообще плохо переносят вид крови.

Могла начать кудахтать, прыгать вокруг него, что было тоже не особо хорошо.

В принципе, ничего страшного с ним не произошло, пуля прошла навылет, Валек уже  перевязал. После Чечни для него это было несложно.

Но само место ранения было поганое. Много кровеносных сосудов, и не факт, что чего-то внутри не задето.

Короче, если в ближайшие сутки загнется от внутреннего кровотечения, то, по крайней мере будет понятно, что чего-то там точно задето, и в этот раз ему не повезло.

Но мышка опять его удивила.

Зависнув на пару секунд над своей окровавленной ладошкой, она, молча, аккуратно, начала помогать ему стягивать куртку, затем помогла дойти до дивана и лечь.

-  Я посмотрю? - тихо спросила она.

Митяй кивнул, не отводя удивленного взгляда от ее лица. Очень сосредоточенного и пиздецки красивого.

Девчонка осторожно приподняла его свитер, оглядела промокшую повязку.

-  Где аптечка у тебя?

-  В диване.

Кристина приподняла угловой блок дивана, достала аптечку, оценила ее содержимое.

Сходила на кухню за ножницами.

Помогла снять свитер.

Все это спокойно, молча, сосредоточенно и очень ловко.

Митяй со все возрастающим изумлением наблюдал за ней.

Будь он проклят, если девчонка вела себя не как человек, уже видевший ранения!

Когда она принялась разрезать бинты, он придержал ее руку.

-  Совсем не боишься, мышка? Уже делала так?

Она только кивнула, сосредоточенно срезая повязку и открывая рану.

-  Не очень выглядит,  - Кристина подняла на него встревоженные глаза, - говорить про больницу не стоит, так?

-Ты права, мышка, не стоит - он откинулся на спинку дивана, - дай-ка телефон, Валька наберу.

-  Он врач?

-  Нет, но перевязать сможет.

-  Не надо, я сама, если позволишь.

-  Мышка - Митяй не отводил от нее взгляда, гадая, чего еще она может скрывать. Вот уж реально девочка с сюрпризами! - А ты где научилась?

-  В Фергане был хороший учитель по гражданской обороне.

О как! Фергана, значит А он думал, она местная.

-  И отцу помогала после ранения, чтоб он лишний раз в больницу не мотался,- продолжила девчонка, осторожно и быстро промокая рану ваткой, смоченной антисептиком, и накладывая повязку.

-  А кто отец? - Митяй, чуть приподнялся, чтоб Кристине было удобней перевязывать его и с удовольствием вдохнул нежный тонкий аромат ее волос.

Испытание, блядь

Такая девочка в его квартире, в его футболке, а под футболкой, похоже, ничего нет, проверить, кстати, не помешает

Такая малышка. Соблазн ведь сплошной.

И никак, никак!

Нужны силы, много сил, нужно завтра ехать решать вопрос с фирмой.

И с похоронами.

И желательно, чтоб ни одна тварь не видела, что он не в форме. Здесь, как у волков, слабых и раненых загрызают.

-  Военный, - тихо ответила Кристина, - был. Пограничник.

- Ясно. - Спрашивать о том, что случилось, смысла не было. Потом как-нибудь. Она и так на слезах вон, губки поджала свои красивые.

Отговорилась ужином, ушла на кухню.

Надо же, ужин приготовила Столько сюрпризов...

Митяй откинулся на спинку, принимая положение полулежа, удобное, чтоб не тревожить лишний раз рану. Кровь уже не шла, и это было неплохо.

Он вообще себя чувствовал не особо хреново. Может, пока, на нервяке?

В Чечне тоже так бывало, цепанет, а как конь бегаешь, потому что упасть нельзя. Некогда. Зато потом такой отходняк, что только что-то сильное спасало.