Всего за 119 руб. Купить полную версию
За девкой смотрите. Если кто-то попробует спасти, то пристрелите ее. Отдал приказ и убрал пистолет за ремень.
Хорошо, Амир Арсеньевич. Ответил самый старший.
Я шумно выдохнул и направился к машине, возле которой крутился молодой паренек. Взял его на работу, ведь пацан потерял отца.
Вань, поехали в больницу. Кинул ему и сел на пассажирское, потирая виски.
Голова трещала, но я не обращал на это внимание.
Как мать? Спросил его, зная, что женщина убивается по мужу.
Боится, что последую за отцом. С кривой улыбкой произнес Иван и выехал со двора. Ничего, Амир Арсеньевич, она привыкнет. Кто-то должен зарабатывать на жизнь.
Скрипнул зубами и не стал продолжать разговор. До больницы мы добрались быстро, и, несмотря на то что время посещения пациентов давно закончилось, я вошел в палату к брату. Тагир еще не пришел в себя, но я надеялся, что скоро это время наступит. Взял стул и сел рядом с его постелью, смотря на бледное лицо и капельницу. Трубки уже убрали. Значит, может дышать сам. Не знаю, сколько сидел, глядя на него без отрыва. Только он не спешил открывать глаза. Уже под утро, когда я сходил за кофе и снова разместился перед ним на стуле, криво улыбнулся.
Тагир, живучий ты говнюк. Пора вставать, брат. Пора. Хватит валяться. Живи. Глаза вновь закрыла пелена слез, но я погасил этот порыв, отхлебнув горячего напитка и расслабившись.
Так и не смог уснуть сегодня. Стоило только прикрыть веки, как возникал образ матери и сестры. Я не мог от этого избавиться, поэтому смотрел на брата и молился, чтобы он очнулся.
Малой, я же тебя раскатаю, когда поднимусь. Просипел еле слышно Тагир, а я подскочил, проливая на себя кофе.
Глава 4. Аня
Меня трясло от страха, но больше убивало то, что он меня унизил. Такой оплеванной я не чувствовала себя никогда. На меня, словно ушат помоев вылили. Сидела и прижимала серую ткань к груди, ощущая, что кожа на лице уже пропиталась солью. Жгло неимоверно. Не знаю, сколько так просидела, пока Амир колотил в дверь и кричал, пугая меня. Только через несколько минут пришла та же женщина и, не глядя в мою сторону, оставила на кровати полотенце, постельное белье и расческу. Прежде чем уйти, она забрала мое платье. Разговаривать с кем-либо не было сил.
Папа все исправит. Он горы свернет, чтобы освободить меня, особенно после такого. Женщина ушла, а я медленно поднялась и взяла полотенце. Хотела смыть с себя этот позор и побрела в ванную, скинув босоножки с ног. Гадкое чувство в области грудной клетки не давало покоя, будто там поселилась мерзкая змея, которая постоянно ворочалась и доставляла дискомфорт. На полке в шкафчике нашла упаковку с дешевым мылом и залезла в ванную. Долго сидела и терла себя лавандовым брусочком. Слез больше не было. Только горький осадок, как муть от кофе 3 в 1.
Я, Анна Полякова, дочь полицейского никогда не могла подумать, что окажусь на таком дне. Когда мне исполнилось десять, папа ушел из органов и ударился в бизнес. Конечно, я не представляла, чем он занимается. Денег в доме стало порядком больше, да и квартиру мы со временем сменили. Отец пропадал на работе в головном офисе, и я иногда навещала его после школы, а потом и после поступления в ВУЗ. Я не замечала ничего страшного и криминального. У него были встречи, а затем и фуршеты, куда мы ходили с мамой.
Она видела изменения в нем, возможно, из-за другой женщины. Все-таки мир полон предательства, но я не думала, что отец на такое способен. Не так давно я застала маму в слезах. Поздно вечером, когда я уже дремала, она заперлась на кухне, плакала и сетовала на то, что папа изменяет. Естественно, откровения лились из нее под действием алкоголя, поэтому я не придала этому значения. Отец слишком часто задерживался на работе, и теперь я понимаю по какой причине. Если все его конкуренты такие, как Амир, то все вполне объяснимо. Хорошо, что матери не оказалось дома. Папочка постарался и отправил ее в санаторий, чтобы нервы подлечила, а меня уберечь от беды не удалось.
Сама пришла вы лапы к врагу. Боже! Я вылезла из ванны, постирала свое белье, повесила на батарею, завернулась в полотенце и вышла из комнаты. Пока я не видела злобных глаз Амира, то не чувствовала опасности и страха, но стоило ему приблизиться, и все внутренности мигом ныряли вниз. В голове крутился лишь один вопрос: что сделал мой отец?
Насколько я знаю, он занимается торговлей. Фирма поставляет европейскую мебель. Несколько больших точек. Склады. Неужели папа вляпался во что-то другое? Не верилось. Села на постель и подтянула коленки к носу. Страшнее всего сидеть в неведении. Что он со мной сделает? Правда, отдаст бомжу, чтобы тот со мной позабавился? От одной только мысли меня затрясло. Несколько слезинок скатились по щекам, но я даже не стала смахивать их, лишь покачивалась вперед и назад, чтобы успокоить нервы.
А я ведь вернулась, чтобы встретиться с ним
И встретилась
Как же это все глупо. Никогда не вела себя так, не смотрела на парней с обожанием и не искала встреч, а тут, словно по голове пыльным мешком ударили. Дала номер и ждала звонка, как ненормальная, а он не позвонил. Все оказалось не так просто, как могло быть. Упала на спину и уставилась в потолок, а ведь у меня есть жених. Ну как жених. Его видимость. Сын партнера отца по бизнесу. Николай Пестряков. Папа познакомил меня с ним на одном из светских мероприятий. Вроде симпатичный мужчина тридцати лет, с аристократическими чертами лица и отменной наглостью, что, наверное, меня и оттолкнуло от него.
Отец намекнул, что не прочь видеть такого зятя, поэтому я даже сходила с ним на пару пафосных свиданий в ресторан и театр. Хороший собеседник, знаток искусства, но не было в нем того притяжения, которое исходило от Амира. Господи!
Я повернулась на бок и подумала о папе. Он был прав. Лучше бы с Пестряковым ходила на свидания, а так мужчина остался в статусе «неудачный ухажер». Закрыла глаза, но уснуть не могла. Вражеский дом, в котором обстановка была накалена до предела и пропитана ненавистью. Ко мне.
Я ворочалась долго и даже в какой-то момент отключилась. Когда начало светать, и в маленькое окошечко заглянули лучи солнца, я оделась и кусала губы. Ко мне так никто и не пришел. Ничего хорошего ждать не стоит, поэтому я, расчесав волосы, отворила дверь. Не заперли, дали одежду прислуги, значит, и обязанности примерно такими и будут. Сердце билось, как в лихорадке, когда я сделала несколько шагов вперед по пустому коридору. Надеяться на то, что я смогу сбежать, как минимум, глупо.
Принялась рассматривать обстановку и наткнулась на большой портрет на стене возле двери рядом с кабинетом, где я вчера была. Ладошки стали влажными от волнения. На холсте были изображены пятеро людей. Скорее всего, семья, ведь там был Амир. Необычная девушка. Таких называют восточными красавицами. Еще один парень жутко похож на Амира, но взгляд и его поза выдавали хищника. От подобных нужно бежать сразу, как только увидишь. Женщина и мужчинародители. Отец седой, славянской внешности, а мать точно не русская.
Что. Ты. Здесь. Делаешь? Услышала за спиной голос, больше напоминающий скрежет, и вздрогнула, закрывая на миг глаза.
Я проглотила ком в горле и повернулась к нему. Парень выглядел помятым. Под глазами синяки, небольшая щетина, одежда вчерашняя и взгляд такой же колючий. Совместила руки и боялась пошевелиться. Он сделал шаг вперед, сокращая расстояние между нами и вынуждая опустить глаза. Амир подавлял своей энергетикой. Создавалось такое ощущение, что он весь пропитан злобой и готов вот-вот броситься на меня, сравнивая с землей.
Я не слышу ответа, Аня. Почему посмела выйти из комнаты? Он сделал еще пару шагов и оказался так близко, что я перестала дышать. Хочешь сидеть под замком?
Я отрицательно покачала головой. В животе все клубком скрутилось от страха, а после призывно заурчало, потому что я не ела вторые сутки. Зажмурилась от стыда и обняла себя руками. Не видела его глаз и не хотела, ведь в них таилась тьма. Черная и пугающая. Несколько мгновений гнетущего молчания, после чего из уст Амира вырвались ругательства, от которых у меня мурашки побежали по коже.
Пойдем. Приказал и слегка толкнул в плечо, и я, открыв глаза, пошла вперед.
Он ничего не говорил и шел передо мной, а я не отрывала взгляда от пистолета, который находился у него за ремнем. Ладони вспотели, и я облизнула губы. У меня есть прекрасная возможность выйти за ворота. Вот только смелость не была моим коньком. Во рту стало сухо, но я сделала несколько быстрых шагов и вырвала пистолет, зажав трясущимися руками. Парень замер, после чего рассмеялся и медленно повернулся ко мне.