Всего за 176 руб. Купить полную версию
Только через ворота, подмигивает она.
Естественно, легко соглашаюсь я.
И так же легко удаляюсь, потому что Агата Юрьевна мудрая женщина и правильно рассудила: после таких моих перемен ждать от меня еще и того, что я в курсе, сколько томиков было у Пушкина, и поддержу интересную для нее беседу это приближать к себе смерть.
Мысленно перекрестившись, направляюсь к своим.
Без разницы, что там крутится и Алиса. В конце концов, это мои друзья, я давно их не видел, и, если она хочет и дальше с ними так душевно общаться, хочет полностью влиться в компанию, придется чуть-чуть потерпеть.
Но сегодня, наверное, день такой. Как только я делаю шаг не в ту сторону, мир делает кувырок.
То притворщик-издатель, то громкие заявления насчет порно, то вот открытие, что Алиса по-прежнему имела в виду статус людей. И отнюдь не пытается влиться в компанию, которая когда-то отказалась ее принимать.
Общение с моими приятелями вряд ли можно назвать задушевным, хотя распекает она их от души. Упрекает их за шампанское понять не могу, не тот сорт или ей не досталось? Спрашивает о количестве выпитого. И если Макс и Сергей слушают ее молча, пожирая глазами, то девчонки на взводе.
Переглядываются, кучкуются, пряча за своими спинами Полину, а потом на первый план выдвигается Светка. Полирует пальчиками длинные коготки, плотоядно усмехается, и я буквально вижу ползущие по ее лбу желчные строки, которые она готова озвучить.
Не знаю, к чему она может прицепиться на этот раз это уже не та неуверенная в себе девчонка. Даже заметив приближение Светки и догадавшись, что та спешит ее не обнять, Алиса продолжает что-то высказывать Максу с Сергеем.
Она говорит тихо, но горячо.
И пусть бы проехалась по этим двоим, мне без разницы. Даже если она решила сказать им, что думает спустя столько лет, им не помешает встряхнуться.
Но это не лучшее время и место.
Она настолько увлекается, что не замечает одного из папарацци, навострившего уши и замершего в ожидании животрепещущего скандала.
И ведь не унимается.
Завелась не на шутку.
Приходится использовать быстрый и действенный метод.
Преодолев разделяющие нас пару шагов, сначала даю ей увидеть себя, а потом кладу на ее спину ладонь.
И медленно начинаю поглаживать пальцем.
Громкий выдох.
Она оборачивается, сверкая глазами и явно мечтая меня придушить.
Опустив руки, предусмотрительно сжимаю оба ее запястья, склоняюсь над ней и говорю негромко, чтобы слышала только она:
Улыбайся. Если не хочешь стать героиней светской хроники, улыбайся, Алиса. Сделай вид, что у нас все в порядке. Притворись, что я тебе нравлюсь.
Еще до того, как звучит ее голос, я уже знаю ответ.
Вижу его в темных глазах, где бушует стихия. Читаю его по губам, на которых мелькает скупая улыбка. И слышу эхо из прошлого:
Не получится. Мы это уже проходили.
Глава 4. Кирилл, прошлое, три года назад
В какой-то момент мне кажется, что передо мной стоит та Алиса, другая. Которой шестнадцать и которую я однажды пригласил покататься по городу в своей новенькой тачке
С чего вдруг? с подозрением спрашивает она, перестав что-то быстро печать на своем ноутбуке.
А я стою в дверях ее комнаты, и хрен знает, как объяснить свой порыв.
После того случая с ноутбуком мы хотя и живем в одном доме, но практически не пересекаемся. Она не занимает кофемашину со своим латте, когда я спешу и хочу эспрессо. Отказавшись от ужинов, не бесит меня тем, как мелко кромсает в тарелке мясо. Не хлопает дверью комнаты, когда я отсыпаюсь после очередной вечеринки. Не говорит слишком громко под моими окнами, усаживаясь на мопед одного из своих сводных братьев, хотя мы оба знаем, что нам по пути и я мог бы ее подвезти.
Я не слышу ее заливистый смех, который перебивает в моих наушниках жесткий рок. Перестал на нее натыкаться, когда она идет по коридору с влажными после душа волосами или смешным полотенцем, которое имеет дурную привычку разматываться и падать на пол, мешая пройти.
Я не слышу, как она торопливо сбегает по лестнице в своих босоножках.
Мы так же живем в одном доме.
Но ее словно нет.
Не знаю, что заставляет меня распахнуть дверь в ее комнату и смотреть, как она увлеченно бьет по клавишам, притворяясь, что не видит меня. Понятия не имею, что дергает меня за язык пригласить ее прокатиться. И какого рожна, когда она не взвизгивает от радости и не несется к машине впереди меня, предлагаю:
Судя по настроению моего отца, он не планирует отпускать твою мать. Придется как-то существовать в одном доме. Давай сделаем вид, что у нас все в порядке. Притворимся, что только что познакомились.
Она медлит с ответом, и я уже думаю, что заслуженно пошлет меня к черту. И к лучшему, потому что и полчаса в одном помещении нам давались с трудом. Но она неожиданно кивает, выключает свой ноутбук, подходит ко мне, заглядывает в глаза и как-то наивно интересуется:
Думаешь, у нас выйдет?
В голове предупреждающим колоколом проносится мысль, что это плохая идея, но вслух я говорю совершенно другое:
Разок попробовать можно.
Она не прихорашивается, не пытается надеть все лучшее сразу, чтобы соответствовать статусу тачки. Джинсы, рубашка, сандалии, волосы собраны в хвост, на лице ни грамма косметики.
Куда вы? выбегает из дома Полина, заметив, что мы вместе уходим.
Проедемся по делам, отвечаю я, прежде чем Алиса согласится взять сестру вместе с нами. Тебе что-то купить?
Девчонка хмурится, потом пожимает плечами и нехотя озвучивает:
Разве что сладкую вату мама мне эту гадость не покупает.
Алиса бросает на меня растерянный взгляд, но я киваю, и она дает обещание сестре, что вернется с подарком.
Мне не терпится посмотреть на реакцию Алисы, когда она увидит мою черную бэху. С удовольствием наблюдаю, как восторженно она смотрит на мою красавицу и как сдерживает себя от того, чтобы не прикоснуться к ней, парит над ней пальцами. Потом оборачивается и говорит:
Она тебе очень подходит.
Мне даже на пару секунд перепадает ее восторженный взгляд.
И смех, когда я, шутливо изобразив поклон, открываю для нее переднюю дверь и захлопываю, едва она ныряет в салон.
Сев за руль, делаю вдох, улавливаю легкие весенние нотки, несмотря на то, что за окнами осень, и чувствую какую-то легкость и душевный подъем.
Правильно говорят, что машина не только имеет свой характер, но и свое настроение.
Да, тогда я думал, что все дело в машине.
Не мог думать иначе.
Даже когда ловил себя на том, что часто смотрю на пассажирку и любуюсь легкой улыбкой, с которой она смотрит на мелькающие за окнами пятна мегаполиса. Даже когда с жадностью слушал ее смех, когда я остановил машину у парка и потянул Алису на поиски сладкой ваты. А сам, прекрасно зная, где она продается, кружил по аллеям.
Кажется, это там, она все же заметила точку, возле которой изредка останавливались дети.
Даже когда я взял ее за руку, разворачивая в другую сторону, и предложил:
Давай притворимся, что мы здесь не по заданию, а просто гуляем.
И даже тогда, когда она согласилась и молча пошла со мной рядом. Не вырывая своей руки из моей.
Мне нравился парк в этот день. Нравилось бродить у пруда, по которому плыли жирные серые утки. И нравилось понемногу вытягивать из своей собеседницы то, чем она ни с кем не делилась, как ей в голову приходят истории.
Боишься, что, пока отсыпаешься, какой-то голос нашепчет мне взять нож и так же, как ты, бесцеремонно войти на чужую территорию? смеется она, потом спохватывается. Прости. Мы же решили попытаться начать все заново.
Я не поправил ее, хотя и заметил ошибку.
Я не предлагал начинать все заново.
Всего лишь предложил притвориться.
И я не выпустил ее ладонь, когда она захотела пройтись к пруду, хотя и видел, что там грязно, сыро после недавнего дождя, и вся эта грязь потом будет в машине. Плевать. Спустился с ней вместе, смотрел на выводок пернатых, которым до нас не было дела. И до нас, и до того, о чем говорила Алиса.
Слушал ее и хренел. Торчать за компом по пять-восемь часов, чтобы написать то, что можно прочесть за пару минут. И то, над чем кто-то, как я, может тупо поржать.
Ты кому-нибудь показываешь то, что пишешь? спрашиваю, с удивлением чувствуя, что начинаю закипать при одной только мысли о хейтерах, которые могут уже ее доставать.