Прозвучавшие слова о посадке на свой рейс, она слушала, дрожа и волнуясь и, когда уже самолет оторвался от взлетной полосы, наконец-то смогла спокойно вздохнуть. Перекрестившись, она выглянула в темное окно.
Под крылом оставалась ночная Москва и ее прежняя жизнь.
Юдоль горя и страданий была отринута.
Впереди близилась заря ее новой жизни.
Глава 14
Здравствуй, страна! мысленно поздоровалась Лина, выходя по рукаву на площадку с пограничной проверкой,
Еще один шаг и я исчезаю навсегда, хихикнула Лина и подала с улыбкой свой паспорт на регистрацию.
Вы знаете, что ваш документ скоро будет не действителен? спросил пограничник на чистом русском языке, У вас мало времени. Что вы намерены делать? У вас гостевая виза или трудовая?
Хочу трудовую, и попробую еще получить гражданство. У меня еврейские корни.
Эту фразу она произнесла на иврите. Молодой пограничник поднял на нее удивленные глаза, помолчал, потом поставил штамп и улыбнулся.
Добро пожаловать на землю обетованную, сказал на иврите и улыбнулся, Такая красивая девушка должна жить здесь.
Она поблагодарила молодого израильтянина и побежала в терминал за вещами. Выскочив на площадку с такси, она назвала адрес и тот, кивнув, принял ее багаж и завел мотор.
Они ехали по утренним дорогам Израиля, и Лина вновь любовалась пейзажем за окном. Было тепло, лишь ветерок охлаждал лицо, и девушка улыбалась своим мыслям о свободе. Въехав в Тель-Авив, таксист свернул на узкую улочку и остановился рядом с пятиэтажным домом. Расплатившись, Лина, прихватив вещи, поднялась на лифте на последний этаж и нажала кнопку звонка, единственной двери, находящейся на площадке. Постояв еще немного, хмыкнула и нажала вновь. Послышались шаги, и сонный женский голос спросил на иврите:
Кого надо?
Я из России. Меня зовут Галина. Я вам писала.
Дверь распахнулась и перед Линой стояла чернокожая израильтянка. Она посмотрела на Лину и улыбнулась.
Заходи, посторонилась она и закрыла двери.
Ты так скоро. Я ждала тебя только на следующей неделе. Ничего не сообщила.
Так уж получилось, улыбнулась она, Ты же не против нашего договора?
Нет, конечно, протянула руку в сторону, Туда. Пошли, покажу комнату.
Она толкнула дверь и Лина вошла. Комната квадратная, угловая, с двумя окнами: одно на улицу, где шныряли автомобили и сновали люди, другое узкое, во двор, где за каменной стенкой стояли мусорные баки. Лина хмыкнула и согласно кивнула.
Все нормально.
Кондиционер работает. Душ и туалет рядом. Потом все покажу, радостно заулыбалась, насторожившаяся было Кармит, как она назвалась при знакомстве по инету.
Лина заранее искала себе комнату на первое время, пока не устроится. Жить самостоятельно не хотела, боясь слежки и здесь. Все-таки с кем-то ей было не так жутко. То, что Виктор будет ее искать, она не сомневалась и, конечно, первым делом сунется сюда, в Израиль и ей нужен был свидетель, если тот попробует ее похитить. Получить данные ее перехода через погранпост будет нетрудно с его деньгами, тем более что в здешнем банке ему открыт счет, которым и она пользовалась. Но вот найти место проживания будет очень сложно, так как она не снимала самостоятельно и поэтому нигде не фигурировала. За время своего трехмесячного проживания, она хотела оформить гражданство и поменять фамилию и имя. Вот тогда, став гражданкой Израиля, она будет под защитой закона и никто не посмеет посягать на ее свободу.
Сначала душ потом кофе? спросила Кармит.
Точно да наоборот, усмехнулась Лина.
Давай, пошли, махнула она рукой и пошла вперед, показывая ей по пути стенной шкаф, двери в туалет и душевую.
Там есть стиральная машина и сушильный агрегат. А вот здесь, она показала на панно на стене, включай подогрев воды.
Они прошли на кухню. Она была достаточно большой, с барной стойкой и высокими крутящимися стульями. Лина присела на один и крутнулась.
Тебе какой, засмеялась, глядя на ее выходку негритянка.
Мне черный, крепкий и с сахаром, ответила Лина.
Девушка посмотрела на довольное лицо новоявленной подружки и протянула ей чашку с горячим напитком. Лина прихлебнула и показала большой палец.
Будем платить за все пополам. Согласна? сказала Кармит, потягивая кофе.
Согласна, ответила Лина.
А по поводу работы, набрала тебе газет. Вай-Фай работает плохо. Но если ты купишь номер с интернетом, то сможешь воспользоваться и подключить к своему компу. Правда будет дороговато, но потом, если надо, можем сложиться и купить код. Тогда уже будет личный постоянный выход в инет.
Я согласна купить и одна, у меня есть средства, возразила ей Лина, но та покрутила головой и отказалась.
Только вместе во всем.
Согласна, засмеялась Лина и протянула той ладонь, Вместе во всем.
Они пожали друг другу руки.
Сейчас отдыхай, а вечером устроим вечеринку в честь твоего приезда, безапелляционно высказалась Кармит, Возражения не принимаются.
Лина пожала плечами и согласно кивнула.
Посмотрим, что это за вечеринка по израильски, улыбалась она, вспоминая хитрое лицо своей соседки по жилью.
Она, конечно, понимала, что придется вливаться в жизнь молодой свободной девушки, но не так сразу. Ей хотелось обжиться, присмотреться к самой хозяйке жилья по договору, найти себе работу, да и вообще, посмотреть город, побродить по нему одной, нарезая круги и запоминая маршруты к дому. А тут сразу предлагают окунуться в местный кутеж и знакомиться с кем-то.
Чем меньше обо мне знают, тем лучше, хмыкала она, но уже не могла отказаться.
Приняв душ и разложив вещи в стенной шкаф, она рухнула на широкую кровать и тут же уснула, потому что не спала почти сутки и при том основательно понервничала. Сколько спала она узнала, лишь, когда ее растолкала Кармит.
Ну, ты и спишь! воскликнула она, смеясь, Давай-давай, вставай! Душ, кофе и вперед. Нас уже ждут.
Лина смотрела на темнокожую девушку и не понимала, что та говорит. Она еще не отошла ото сна. Кивнув, вытянулась на постели и спустила ноги.
Я скоро.
Кармит хохотнула.
Сварю кофе, и вышла.
Сидя на кровати, Лина еще раз огляделась вокруг себя. Комната с белыми стенами абсолютно чистыми и голыми, широкая кровать с большим современным матрасом и высокой мягкой спинкой, тумбочки по обе стороны, стол у окна с мягким современным рабочим креслом на колесиках и стенной шкаф. Вот и все убранство.
Скромно и функционально, хмыкнула она и выставила на стол свой ноутбук, рядом поставила фото бабушки и родителей, а также выложила документы и бумаги в ящики. Проверив деньги и паспорт, она повесила сумку на стояк с тремя рожками под одежду и, прихватив полотенце, прошла в душ. Долго сушила волосы и так и не досушив, прошла на кухню, где пила свой кофе Кармит. Увидев Лину воскликнула:
Какие у тебя богатые и красивые волосы! И вообще ты очень красива. Смотри, здесь любвеобильные парни и они ценят женскую красоту. Не боишься? Будь осмотрительна.
Я такое прошла в жизни, хмыкнула Лина, что мне уже не страшно.
А что же? Расскажешь?
Может быть, когда-нибудь медленно с расстановкой проговорила Лина, прихлебывая кофе, Ты лучше скажи, что надеть, чтобы было удобно?
Все, что хочешь, удивилась она такому вопросу, здесь на шмотки внимания не обращают.
Тогда ты в чем? В том, что на тебе сейчас?
Да. Можешь также.
Лина присмотрелась к негритянке. Темная кожа, почти шоколад, черные курчавые волосы коротко и модно стриженные, тонкие, почти европейские черты лица и большие черные глаза. Вся ее точеная фигурка, вызывала умиление, и хотелось защитить, принимая тонкокостность за хрупкость. Как потом ей рассказала Кармит, что она из Эфиопии и там очень много жителей с еврейскими корнями. Еще задолго до Христа туда бежали евреи от египетского плена и ассимилировались с местными племенами, и даже их знаменитая царица Савская была с темной кожей. Лина знала историю художеств и помнила картины известных мастеров с ее изображениями. И принимая девушку еще в период знакомства по видео в инете, она знала, кто она и что здесь делает. Та тоже ждала гражданство и в этом она была ей также нужна.