А все-таки надо было послушать Тамару и переехать к ней жить. Может быть, и бабуля сейчас бы была жива. Здесь же одно из лучших медицинских услуг. Но «мы крепки задним умом».
Она вздохнула и тут же повернулась на возглас официантки.
Гверет (госпожа), ваш заказ, сказала на иврите молодая девушка в фартучке местного заведения.
Тода, (спасибо) ответила ей Лина и принялась разглядывать принесенную большую тарелку с красиво уложенными кусками рыбного ассорти, поднимая бокал. Пригубила и, кивнув головой, сделала глоток. Потом принялась с аппетитом поглощать рыбные деликатесы, запивая их вином. Насытившись, помахала рукой следившей за ней официантке и заказала кофе. Скоро та принесла ей чашку горячего напитка, и Лина щедро рассчиталась с ней и за заказ и дала хорошие чаевые. Та расплылась в улыбке, благодарила и приглашала приходить еще. Лина заулыбалась в ответ и обещала. Она понимала, что эти молодые девушки не просто так работают в довольно сложных условиях: погода, клиенты, хозяева, они работают за чаевые, которые получают здесь, вместо зарплаты. Так зарабатывают студентки, малоимущие и туристы по трудовой визе, поэтому она и дала девушке достаточно много по здешним меркам. Но это компенсировалось ее благодарной улыбкой и своей радостью в сердце.
Лина долго пила кофе и уже рассматривала присутствующих. Их было немного и в основном пожилые пары. Молодые предпочитали клубы и танцплощадки на море. За столиками сидели иностранцы и местные. Велись спокойные разговоры, отдельные слова которых доносились до Лины. Она улыбалась, глядя на них, они были ей симпатичны, как могут быть милы семейные пожилые пары в зрелом возрасте, не требующие дополнительных услуг от своих детей и не ноющие за их невнимание. Здесь были люди, знающие себе цену и принимающие спокойно свою старость. Лина, глядя на них, очень хотела бы себе такую же. Она вздохнула, допила остатки, и пошла к выходу, кивнув на прощанье той молодой официантке. Та помахала ей рукой в ответ.
Лина еще долго бродила по проспекту, заглядывая в витрины магазинов, прислушиваясь к говору на разных языках, прохаживающихся людей, принюхивалась к запахам сдобы, доносящихся из открытых дверей маленьких пекарен. Не выдержав, глотая слюни, она все-таки вошла в одну из них и, с помощью веселого продавца, накупила себе выпечки в два пакетика. Потом еще купила, соблазнившись, три кулька разных орехов и, основательно затарившись, вернулась в свой номер. Скинув покупки на стол гостиной, залезла в холодильник и налила охлажденной воды. Приоткрыла двери балкона и вышла. Поглядев вниз на освещенный проспект, присела в плетеное кресло, поставив стакан на столик перед собой. Потом, вспомнив про свои покупки, принесла пакет с выпечкой и с удовольствием съела, что в него было положено, запивая водой. Облизнув сладкие пальцы, хмыкнула:
И так начинаем поправляться.
Приняв прохладный душ, улеглась на атласные простыни и закрыла глаза.
Опять, про жениха, что ли подумать? улыбнулась она, смежив веки, и заснула с улыбкой на лице.
Весь следующий день она посвятила компу. Не вылезала из-за него, до обедаискала клинику с хорошими отзывами, помимо той, которую предложили в Москве ее врачи. Но пока еще не решила что-то окончательно и нужна была помощь Тамары.
Ей видней, рассуждала она, прикрывая крышку ноута, и совет врача необходим даже здесь, в стране отличных медицинских услуг.
Спустившись в ресторан гостиницы, заказала овощные блюда с бараниной. Выпив сок, поднялась в номер и прилегла, отдохнуть и подумать. Но сон тут же сморил ее веки.
Надо же, как влияет на меня Израиль, это были ее последние мысли.
Очнулась от настойчивого звонка службы обслуживаний. Подскочила и схватила трубку.
Мадам Орлова, к вам гостья. Вы можете принять? послышался вежливый мужской голос.
Да-да, обязательно, откликнулась Лина, пропустите.
Бросившись в туалетную, она быстро ополоснулась и выскочила, надевая майку прямо на голое тело. И в это время услышала стук в дверь. Распахнув, увидела улыбающееся лицо подруги и бросилась в объятия.
Ну что ты, что ты, гладила она ее по спине, и ласково заглядывала в лицо, давай-ка пройдем и присядем. И налей мне воды и похолодней, улыбнулась она, оторвавшейся от нее Лины.
Девушка прошла к холодильнику и извлекла бутылочку из самого холодного отсека. Она тут же покрылась инеем, и капельки воды стекали по ее стенкам. Открыв, Тома припала к горлышку и выпила одним махом.
Хороша водица из колодца, засмеялась она, оставляя пустую на столике, а сама в изнеможении плюхнулась в кресло.
Лина смотрела на женщину, и до нее не доходило еще, что та сидит перед ней и смотрит веселыми глазами. Ей все казалось, что это, как и всегда видеомост и все может исчезнуть.
Я так рада видеть тебя, Тома, ты себе не представляешь, проговорила она тихо.
Я тоже рада, милая, откликнулась она, разворачивая небольшой деревянный веер и обмахиваясь, Рассказывай.
Лина вздохнула и начала свою исповедь.
Прошел час, за ним второй, а она все говорила и говорила. Тома уже не обмахивалась, сидела, сложив руки на груди, всматриваясь в расстроенное лицо девушки. Ей было больно наблюдать и слушать то, чем сейчас откровенно делилась Линане только фактами, но и своим отношениям к ним. Ей надо было выговориться, и Тамара давала ей такую возможность. И когда девушка замолчала и взглянула на ту, она тяжело вздохнула.
Я слушала тебя и жалела, начала она, после некоторой паузы, жалела не тебя в той жизни, жалела, что ты так и не познала любви, любовных отношений и особенно в постели. Ты не фригидна, моя дорогая, просто ты не любишь этого мужчину, и он не может открыться тебе с этой стороны. Твое тело молчит, как и сердце. Конечно, можно заставить физически привести к оргазму, но потом будет отвратительно даже вспоминать об этом и поэтому твой разум охраняет твою психику. Ведь вся тяга к физической близости рождается вот тут, она постучала по лбу, в нашей голове и тут, она перенесла палец на грудь, в сердце. Думаю, что тебе придется либо терпеть его близость, либо завести любовника.
Увидев ее увеличенные глаза и чуть приоткрытый рот, тут же поправилась.
Если же сама захочешь, засмеялась она, Хотя не даром говорят, что «не для блва ради, здоровья для».
Лина отрицательно покачала головой.
Нет, не для меня, да и не хочу. Нет ни сил, ни возможности. Сижу дома, как в тюрьме. Есть только одна отдушинамое творчество. Кругом глаза и уши. В магазин с водителем, даже в женский салон и то под присмотром охранника. Смешно, если бы не было так грустно. Как сюда отпустил, сама до сих пор не пойму. Глотаю свободу полной грудью.
Ну, хоть так и то хорошо. Правда жуть, что это только после того, что претерпела.
Она помотала головой.
А давай прошвырнемся по прешпекту! встрепенулась Тома, Как? Согласна? Посидим в ресторанчике, постреляем глазками, может, кого и подцепим.
А как же ты? растерялась Лина, То естьой, прости, я дура.
Ничего, похлопала она ее по руке, мне еще не так много лет и я еще ого-го! А про мужика моего, так он не узнает! Мы же ему не скажем?
Лина покачала головой и улыбнулась.
Ни в коем случае.
Тогда одевайся и вперед! хлопнула она по столу.
Пока девушка искала наряд, пока причесывалась, Тома отзвонилась мужу и предупредила его, что заночует у Лины. Оглянулась в подтверждении и увидела обрадованное «да-да». Оценивающе оглядев молодую подругу, она подняла большой палец вверх и махнула рукой на выход.
Посмеиваясь, они вышли из здания, и пошли навстречу приключениям.
Они не спеша бродили в толпе таких же отдыхающих и туристов, слушали музыкантов, играющих на обочине тротуаров, заглядывали в магазинчики, призывающие открытыми дверями и цветными витринами, ловили взгляды молодых людей и смеялись комплементам, которые те дарили им по ходу их прогулки. Скоро вышли на площадь и углядели кафешку, расположенную в тени большого здания. Столики оказались свободными, и они присели за один из них. Появился молодой человек и подал меню. Пробежав по названиям, Тома предложила Лине выбрать, но та отговорилась незнанием и предоставила ей самой выбор.