«Сижу за лешёткой в темнице сылой»,с надрывом и болью в голосе декламирует сын, прикладывая маленькие ладошки то к сердцу, то ко лбу. Рядом сидят на стульях двое и громко аплодируют. Одного взгляда на них достаточно, чтобы понятьэто байкеры.
Евгений, а ну слазь оттуда!говорю, уперев руки в бока, чтобы казаться грозной и рассерженной. Паника постепенно рассеивается, на её место приходит облегчение, и о недавнем стрессе напоминают лишь слегка дрожащие руки. А ещё, кажется, у меня дёргается левый глаз, и онемели губы.Зачем ты убежал, а?
Сын смотрит на меня во все глаза, а потом счастливо улыбается, спрыгивает со стула и бежит ко мне. Еле успеваю его поймать, поднимаю на руки, а он, крепко обняв за шею, шепчет в самое ухо:
Мамочка, эти дяди обещали мне, что прокатят на том масасыкле! Пледставляешь? Я тогда буду самый счастливый на свете!
И ты согласился?строго спрашиваю, поглаживая ребёнка по спине.Ты же их совсем не знаешь. Вдруг это разбойники и они завезут тебя в тёмный страшный лес? Что будешь тогда делать? Одного завезут, учти.
Нет, они доблые, я знаю,уверенно говорит сын, и в его тоне нет ни капли сомнения.Они очень холошие, и весёлые, не плогнали меня. Они и тебя покатают, вот увидишь!
От перспективы прокатиться на том чуде техники бросает в дрожь. И сына не пущу, пусть не упрашивает.
Евгений Эдуардович,слышу хриплый мужской голос,мы с нетерпением ждём продолжения поэтического вечера. Просим-просим, не заставляйте благодарных зрителей ждать.
Оборачиваюсь, чтобы посмотреть, кто там требует возвращения моего сына на "сцену" и замечаю две пары глаз, обращённых в нашу сторону. Да, признаться честно, колоритные мужики.
Может быть, артист устал уже?ухмыльнувшись, спрашивает обладатель хриплого голосастройный брюнет в чёрной майке, с выбритыми висками и татуировкой на шее.Так у нас конфеты где-то были и чай. Ну, чтобы чтец силы восстановил.
Парни смеются, а я не знаю, как на это реагировать.
Ничего я не устал!выкрикивает Женечка, принимаясь брыкаться, норовя слезть с моих рук.Мама, пусти!
Так, молодой человек,говорю, поставив сына на землю и присаживаясь на корточки, чтобы быть с ним одного роста.Сейчас ты прощаешься со своими новыми знакомыми, и мы уходим домой. Уже поздно.
Ну, мамочка,хнычет сын, топнув для большего эффекта ножкой.Давай останемся, пожа-а-алуйта!
Нет, это неприлично. Дяди заняты, ты им можешь помешать,пытаюсь уговорить Женечку, хотя знаю, что бесполезно. Если уж этот упёртый ребёнок что-то вбил себе в голову, то от этого не избавиться.
И ничего он нам не помешает,слышу совсем рядом незнакомый голос.Пусть находится здесь, сколько хочет, и вы оставайтесь. У нас правда есть и чай, и печенье с конфетами.
Поднимаю голову и вижу возвышающегося над собой абсолютно лысого парня с пронзительными зелёными глазами. Сколько ему? Лет тридцать, наверное. 2
Но вы же чем-то были заняты, пока к вам этот несносный ребёнок не ворвался,пытаюсь убедить скорее самоё себя, что нельзя здесь оставаться. Я довольно тяжело схожусь с людьми, постоянно чувствую себя лишней. А с такими колоритными персонажами вообще не знаю, о чём разговаривать. Да и ничего общего у нас в принципе быть не может.Поэтому мы, наверное, пойдём. 5
Лысый улыбается и, сложив руки на груди, пристально на меня смотрит. Я поднимаюсь и понимаю, что он сантиметров на пятнадцать выше меня и настолько широкий в плечах, что чёрная футболка практически трещит по швам. Прямо шкаф какой-то. Его тело покрыто ещё большим количеством татуировок, чем у друганесмываемые узоры покрыли его предплечья, бицепсы и шею. 2
Я Арчи,говорит он, протягивая мне широкую ладонь. Рукопожатие выходит немного болезненным, я морщусь, а он резко одёргивает руку и улыбается.Извините, не рассчитал.
Ничего страшно,улыбаюсь в ответ и представляюсь:Кристина.
Он кивает и продолжает сверлить меня глазами, от чего становится неуютно, словно меня под увеличительное стекло засунули. Не понимаю, что выражает его взгляд, но точно не животную похоть, как у многих на этом мероприятии.
Ну, так что, остаётесь? Смотрите, если уйдёте сейчас, сын вам этого не простит.
Я смеюсь, потому что он так точно угадал реакцию Женечки, который действительно будет помнить мой чрезвычайно жестокий и несправедливый, по его мнению, поступок всю оставшуюся жизнь.
Ладно, только если будем надоедать, то вы нас прогоните сразу, хорошо?
Без вопросов,кивает Арчи, не переставая улыбаться.Выгоним, даже не сомневайтесь.
Женечка, понимая, что мама дала слабину, и мы остаёмся, принимается прыгать на месте и хлопать в ладоши. Его переполняют самые разные эмоции, главной из которых является всепоглощающее счастье.
Арчи проводит нас в глубину павильона, где всё так же сидит его друг с поразительными чёрными глазаминикогда раньше не видела настолько глубокий тёмный оттенок радужки.
Филин,представляется он,очень приятно.
О, так вот он этот загадочный Филинтеперь понятно, почему девушки так волновались на его счёт.
Не знаю, на самом ли деле ему приятно, но смотрит на меня он вполне дружелюбно. Вообще они обаи Арчи и Филинвыглядят нормальными ребятами, если не обращаться внимания на их разрисованные тела. В самом деле, зачем столько? Это же больно, наверное. Хотя я и сама не отказалась бы от парочки, но не в таком же количестве.
Ну, что? Чай с конфетами?спрашивает Арчи, глядя на Женечку и улыбаясь.Потому что мы хотим продолжения поэтических чтений, но артисту, однозначно, нужна подзарядка. А что бодрит лучше шоколадных конфет?
Ура! Конфеты!выкрикивает сын, хлопая в ладоши. Он такой ещё маленький, беззащитный, что иногда становится страшно. Страшно, что любой может его обидеть, ранить, искалечить физически и духовно.
Беру руку сына в свою и крепко сжимаю. Мне хочется, чтобы он дольше оставался таким трогательным, открытым, как сейчас, но смогу ли вечно защищать его? Когда-нибудь он столкнётся с убийственной правдой и жестокостью жизни, и меня просто не окажется рядом.
Отгоняю от себя неприятные мысли и оглядываюсь по сторонам. Павильон заполнен разного рода деталями, какими-то инструментами, запчастям для ремонта мотоциклов. Покрышки, диски, болты, гайки и совсем уж незнакомые мне агрегаты, призванные облегчить жизнь механикам, расставлены в каждом углу, лежат на полу, приделаны к стенам.
Нравится?выводит из задумчивости голос Арчи.Вы с таким интересом рассматриваете этот хлам.
Поворачиваю голову и встречаю взгляд ярко-зелёных глаз. Такого цвета, наверное, бывает трава ранним апрельским утром. Интересно, когда он гневается, их цвет меняется?
Арчи, прекращай,смеётся Филин, извлекая из какого-то ящика кулёк, полный конфет. Тем временем, электрический чайник, водруженный на ярко-жёлтую бочку, уже выпускает мутно-белый дымок.Что здесь может нравиться красивой девушке? Тут же ничего приятного глазу нет и в помине.
Меня что, только что красивой назвали? Однако.
Нет, почему же? Здесь довольно мило,говорю, следя, как Арчи наливает чай в большую чёрную кружку. Аромат чабреца и мяты разносится по помещению, перебивая другие, откровенно мужские, запахи. Не думала, что такие товарищи вообще знают, каков на вкус чай. Неужели они что-то пьют, кроме пива и прочих спиртосодержащих напитков?
Вы впервые на таком мероприятии?спрашивает Филин и достаёт из кармана смятую пачку сигарет с ярко-красной этикеткой. У него тонкие музыкальные пальцы, смуглая кожа и слегка раскосые глаза. Есть в нём что-то поразительное, манящее. Наверное, девушки не в силах ему сопротивляться. Хорошо, что он не в моём вкусе.
Это я маму сюда пливёл!говорит Женечка, с важным видом откусывая кусочек от шоколадной конфеты. Испускающая пар кружка стоит на столике рядом, но пока что его интересуют только сладости.Она не хотела, но это же семпионат!
Арчи начинает смеяться: сгибается пополам, утирает слёзы. Его веселье настолько заразительно, что удержаться невозможно, и вот уже мы втроём смеёмся, а Женечка смотрит на нас удивлённо и немного обиженно.
Извините, Евгений, но вы потрясающий человек,отсмеявшись, говорит Арчи и накладывает перед сыном внушительную горку конфет.Кушайте, кушайте, наедайте щёки.