Вот и здорово. Все правильно поняла.
Игорь был бы полным идиотом, поверив в это негромкое "поняла". Словаодно, а эмоциисовсем другое. И знал прекрасно, что девушка долго еще будет ходить и дуться, придумывать себе всякие глупости, а потом раздувать их до размеров степного пожара.
Но для того у них и была разница в возрасте: Жене положено было, как и любой школьнице, много раз обжечься и расстроиться, чтобы поумнеть. А Игорь был совсем не против, чтобы умнела девчонка, тренируясь на нем, а не на посторонних И ему совсем не нравилась идея, как бы эту науку ей могли преподнести ровесники. Уж, всяко, ни один не стал бы ей рассказывать, как нелепо смотрится мини-платье с откровенным вырезом и чулки под ним. Суворов и сам, когда-то, на эти вещи однозначно реагировал.
Да и сейчас, как ни старался быть равнодушным, а начинал замечать в воспитаннице нечто новое. Вернее, давно уже замеченное, но мозгами не принятое: и фигуру, вполне уже сформированную, и походку, и губы, чуть более пухлые, чем положено Да, любовался. Что в этом плохого? Люди с удовольствием рассматривают картины, фото в журналах. Эстетическое наслаждение получают, между прочим.
Но предпочел больше времени отдавать Татьяне. Когда не хотелось видеть подругу, уходил с головой в дела, пропадал на конюшне и питомнике. Там красота породистых кобылок волновала глаз и радовала без всяких оглядок. Извращенцем себя ощущать не приходилось.
А девчонка, видимо, смекнула, в чем дело. Игорь точно знал, что по вечерам в саду больше его не дожидается. Это радовало безмерно. Однако, придумала новую забаву: приставать к нему с утра, за завтраком. Раньше, до истории с красным платьем, они практически не встречались в это время: Суворов уезжал за пару часов до того, как Женя просыпалась. Он был ранней пташкой, жаворонком, а девушкасамой классической совой.
Однако, все изменилось: каждое утро она приходила на кухню, иногда помогала Свете накрыть на стол, а иногда бесцеремонно усаживалась рядом и утыкала нос в очередной журнал. Женский. Игорь их на дух терпеть не мог. К счастью, хором читать не приходилось. Но каждая новая модель на каждой странице подвергалась тщательному разбору: внешность, начиная с прически, и заканчивая цветом сережек в ушах, беспощадно оценивалась и критиковалась.
Женя, когда тебе надоест, в конце концов? Эту пытку он смог выдержать всего лишь пару недель. И уже этим готов был гордиться.
Когда я пойму, как правильно должно быть, чтобы выглядеть настоящей леди! И глаза ее горели искренним интересом. Хотя, признаться, Игорь долго искал в них издевку.
Даже Светка хмыкнула:
Угомонись, Жень. Игорь тебе в этом не помощник, точно. И плюхнулась напротив, намазывая маслом бутерброд. Он же у нас при английском дворе не вращался.
Светлана веселилась. А Суворов раздражался. Жене, впрочем, было не интересно ни то, ни другое.
А зачем мне знать про этот английский двор? Я туда не планирую, никогда, между прочим. А вот мнение Игоря Дмитриевича мне просто необходимо. Кто еще может научить, как должна выглядеть женщина, если не настоящий мужчина?
Светка поперхнулась глотком какао. Игорь тоже чуть не подавился. И не потому, что услышал в словах насмешку. А от образов, что перед глазами замелькали. Там не было вообще никакой одежды. Серьги и цепочкавозможно, да только не самое главное
Глава 15
Это был их последний разговор на тему внешности и нарядов. Игорь тогда ничего не ответил, но Женя слишком хорошо все поняла по одному взгляду. Тяжелому, непонятному, не сулящему ничего хорошего. Взрыва боялась и новой отповеди. Но Суворов лишь поиграл желваками, брови нахмурил и перевел тему. Будто и не слышал ничего из Женькиного лепета.
Она теперь вообще предпочитала держаться от него подальше. Благо, и поводов лишних не было. Он пришел к ней на выпускной вместе со Светой, поздравилне хуже, чем у других ребят, за которых радовались родители. Женю в тот момент накрыла тоска по роднымжгучая, больная. Так хотелось, чтобы мама за нее порадоваласьсовсем уже взрослую, с красивой прической и в нарядном платье Но потом вспомнила, что с родителями всего этого не случилось бы вовсе. Давно бы уже бродила по подворотням, голодная и больная. Если бы дожила
Игорь Дмитриевич раз в несколько месяцев сообщал ей, что родители живы и ничего у них не меняется. И в который раз напоминал, что никаких попыток связаться с ними ей предпринимать нельзя. В первый же раз объяснил, что от этих связей будет плохо всем. Не только ей, но и самому Суворову. Законов нарушил немало, ради Жениного светлого будущего. А черной неблагодарностью девушка никогда не страдала.
Аттестат получила, погрустила немного, а затем ринулась на покорение новых вершин. Игорь Дмитриевич не вмешивался в ее попытки выбрать ВУЗ и поступить. Лишь предупредилне сможет сама, значит, не сложилось. Продвигать ее, платить за обучение, или хотя бы за вступительные экзаменыв его планы не входило. А она и не рассчитывала на такое великодушие. Если не получитсяможно пойти работать. Копить деньги и готовиться к новому поступлению.
Ноповезло. Или помогли репетиторы, к которым Суворов нещадно ее гонял. Пусть не в первых рядах, но в список бюджетников попала. Со счастливыми глазами летела, чтобы похвастаться своему наставнику, воспитателю, мужскому идеалу, да как угодно называй, все равнолучшему, но дома его не застала. Игорь уехал, и надолго. Лишь по телефону сухо поздравил. Разрешил заниматься, чем душе угодно, до самого сентябрязаслужила. И все. Даже не спросил, чего ей хочется, на самом деле.
И она пропадала на столь обожаемых им конюшнях. Благо, конюхи не выгоняли. И хозяину ни разу не пожаловались на то, что околачивается под ногами. Рады были помощи, хоть и небольшой.
Первый курс тоже начался без Суворова. Он вернулся из поездки, ненадолго, еще раз поздравил, дал пару ценных советов по учебе, а потом опять пропал.
Женя знала, что он появляется дома крайне редко и ненадолго. Почти никогда с ним не пересекалась. А при редких встречах лишь коротко отчитывалась о том, что в ее жизни происходит. Ей не хватало долгих разговоров, что раньше велись по вечерам. Но даже не пыталась их вернутьслишком яркими были воспоминания, как злился Суворов от ее неуклюжих шагов навстречу.
Замену нашла. Пусть и неполноценную. С Игорем никто и никогда не смог бы сравниться. Девчонок она сторониласьне верила в женскую дружбу с ровесницами. А для простого бабьего трепа ей и Светланы хватало. С парнями, как оказалось, дружить легче и проще: спроси о чем-то прямо, прямо и отвечают, без домыслов и намеков. И за спиной твои разговоры не обсуждают, и не предадут при первом же случае.
Во всяком случае, Димка был такой. Простой, надежный, умный. Не любил бестолковую болтовню, зато по интересным поводам готов был часами говорить. И слушатьне меньше. А еще он был дорог Жене тем, что никогда и ни за что не делал дурацких намеков на отношения. Друг. Настоящий и верный. И девушка у него имелась, от того и не страшно было, что однажды испортит дружбу глупыми приставаниями и "неправильным" интересом.
К середине первого курса они уже постоянно сидели вместе, на переменах были "не разлей вода", и даже очередь в буфет (святое!) друг другу уступали без вопросов. Благо, что на курсе мальчишек было: раз-два и обчелсяи дружба их странной никому не казалась. Правда, девчонки подхихикивали над тем, что Женядурочка, и ничего не понимает в этом деле А та лишь отмахивалась. Лучше бы им не догадываться, как много она понимала
Димка ни разу не попытался неправильно посмотреть на нее, как-то слишком близко прижаться или обнять. Всегда держал пионерскую дистанцию. И за это Женя готова была терпеть и прощать все глумливые взгляды однокурсниц и перешептывания.
А еще Женя хранила эту тайну, как самое святое, никому не рассказывала Димка стал ее главным советчиком по вопросу внешности и нарядов. Она пыталась разобраться самостоятельно, да только не хватало ни примера хорошего, ни ума своего, ни чужой подсказки. Светлана старалась нарядить ее в тряпье, слишком похожее на шмотки тех придорожных "красавиц", что показал однажды Суворов. Без всякого злого умысла: просто ей нравилась Женина молодость и хорошая фигура. Когда еще хвастаться своими данными, еще и закрепленными на тренировках, как не в свободные студенческие годы? И искренне удивлялась женщина, когда девушка отказывалась надеть хоть что-нибудь из того, что она выбирала. Женя, наверное, с радостью наряжалась бы во все это раньше. Ведь и девчонки-однокурсницы поголовно щеголяли в мини и брюках в обтяжку И она с удовольствием и легкой завистью на них любовалась. Раньше. Все удовольствие отбил Суворов. С тех пор Женя выбирала вещи скромной длины, без вырезов, не слишком пестрые и кричащие. Смотрела в зеркало, хмурилась, но на большее не решалась.