Всего за 349 руб. Купить полную версию
Эка проблема! усмехнулся старшина. Вот пойдем в наступление, захватим какой-нибудь вражеский аэродром, и все самолеты твои, сиди, сколько влезет, хоть целых четыре дня!
Тебе все шуточки, Андрей, а я ведь на полном серьезе! нахмурившись, пробурчал Поздняков.
Ну ладно, не дуйся! извиняющимся голосом сказал Овечкин. И в мыслях не держал тебя обидеть!
Он потрепал товарища по плечу, увидел, что пересекавшие лоб молодого человека морщины исчезли, и продолжил:
Насчет четырех днейэто я, действительно, погорячился, а вот по поводу аэродрома и не собирался хохмить! На войне всякое может случиться! Глядишь, и сбудется твоя мечта! Кстати, тебе лет-то сколько, кавалер?
Восемнадцать с половиной! с некоторым вызовом произнес Сергей.
Так и не печалься! Какие твои годы! Целая жизнь впереди!
Это если фрицы не укокошат! с легким оттенком грусти улыбнулся Поздняков.
А ты, Сережа, подобные мысли в голове не держи! сказал, как отрезал, Андрей. Можно и в мирное время под трамвай угодить!
В нашем селе трамваи не ходят, разве что трактора СТЗ-З!
Так то ж вообще жуть! с наигранным испугом воскликнул Овечкин и скорчил выразительную гримасу. Гусеницами вжик-вжики привет!
Ох, веселый ты человек, Андрей! рассмеялся Сергей. Позитив так и хлещет, извини за высказывание, изо всех щелей!
А иначе никак, мой друг! По-другому кранты!
Только не всегда понятно, шутишь ты или говоришь всерьез!
Ничего, со временем разберешься! ухмыльнулся Андрей, с удовлетворением про себя отметив, что юноша уже вполне освоился и «тыкает» старшему товарищу без особого напряга. Придя к данному выводу, Овечкин решил сменить тему беседы.
Сейчас я тебе расскажу, Сережа, как на фронт попал! лукаво прищурившись, произнес он. Зуб даю, скучно не будет!
Внимательно слушаю, мой командир! отчеканил Поздняков, тем самым частично копируя поведение Андрея во время его вчерашнего разговора с капитаном Набойченко.
Значит, вот как было дело, начал старшина, сделав вид, что не заметил подколки со стороны Сергея. Когда грянула война, я работал на авиазаводе, ну, ты в курсе, и мне дали бронь. Но я мужик-то здоровый и не собирался отсиживаться в тылу! Потом просто не смог бы людям в глаза смотреть! В общем, пошел к директору завода
Орлы, хватит лясы точить! Время не ждет! послышался бодрый голос Набойченко, вынудивший Андрея прервать свое повествование.
Ладно, потом поболтаем! сказал он и заговорщицки подмигнул Позднякову. Негоже заставлять Анатольевича ждать, а то на ужин еще опоздает!..
Поднявшись с дерева, напарники двинулись к ожидавшему их командиру. Не доходя трех шагов, Сергей попытался было принять строевую стойку, но капитан характерным жестом остановил юношу.
Наслышан я о ваших свершениях, хлопцы, наслышан! воскликнул Набойченко, дружески пожимая руки снайперам. Витя Степанов мне все уже в красках живописал!
Это Сергей Сергеевич расстарался! без тени иронии произнес Овечкин. Уложил в «Хорьхе» водителя, еще одного немца в машине и двоих фрицев на берегу!
Да я, вроде, как все, отчаянно засмущавшись и чувствуя, что краснеет, пробормотал Поздняков. А фашиста в траншее мы вместе с товарищем старшиной подстрелили
Нет, ты пальнул раньше, я видел! категорично заявил Андрей и, улыбнувшись, погрозил юноше пальцем. Не скромничайте, уважаемый Вильгельм Телль! Начальство должно знать героев в лицо!
Вконец растерявшись от сыплющихся на его голову похвал и не понимая, что в такой ситуации нужно говорить, Сергей молча развел руками и опустил глаза. Ему было чрезвычайно неловко, хотя он и сам не осознавал, почему. Но тут на помощь юноше пришел капитан, очевидно, прочувствовавший состояние Позднякова.
Ладно, Андрей Вениаминович, хватит парня в краску вгонять, сказал Набойченко, взглядом остановив явно готового продолжать свои хвалебные речи старшину. Уверен, у тебя еще будут для этого поводы, и не раз! В хорошем смысле, конечно!
Как скажете, товарищ капитан! ничуть не обидевшись и продолжая улыбаться, откликнулся Андрей.
Пока вы ходили на задание, у нас тут кое-что случилось, продолжил Набойченко, круто изменив направление разговора. Получен приказ из штаба фронта о переброске нашей дивизии на левый фланг армейской группировки. Официальная версияплановая ротация частей и все такое, не суть! Короче, через пару деньков всем надлежит быть готовыми к переезду, а посему, ребята, мотайте на ус!
Вот обрадовали так обрадовали, Геннадий Анатольевич! моментально изменившись в лице, расстроенно воскликнул Овечкин. Как же так получается, едрена мама? Только здесь обжились, обосновались, можно сказать, корни стали пускатьи на тебе, опять на новое место валить! В чем хоть истинная причина-то, а?
Не ко мне вопросы, Андрей! Хочешь, сам в штаб смотайся и расспроси их, что и зачем!
Издеваетесь, товарищ капитан, скорее утвердительно, нежели вопросительно произнес старшина.
И не думал! покачал головой Набойченко. Я ведь тоже не в глубоком восторге, но приказ есть приказ! И мы будем его выполнять!
Так никто и не спорит! Просто, Овечкин замялся, подбирая нужные слова, все как-то сразу и неожиданно!
Ну, прости! мягко улыбнулся капитан, наклонив голову вбок.
Да это я чего-то завелся ни с того, ни с сего! понуро сказал Овечкин. И что на меня нашло, Анатольевич, не возьму в толк!
Ты просто устал, Вениаминович, морально вымотался!
Похоже на то! согласился Андрей.
И поэтому вы, товарищ старшина, под чутким руководством сержанта Позднякова сейчас возвращаетесь в свою землянку и ложитесь спать зубами к стенке! Но сначала обязательным порядком употребите внутрь минимум полкружки спирта! скомандовал капитан и рассмеялся.
Слушаюсь, товарищ лучший командир роты! Разрешите выполнять? моментально преобразившись, скороговоркой выпалил Овечкин.
И, не дожидаясь ответа Набойченко, схватил за локоть Позднякова и потащил за собой. Сергей вновь, хоть и значительно меньше, чем накануне, удивленный довольно своеобразной манерой Овечкина вести разговор с капитаном, не сопротивлялся и, погрузившись в собственные мысли, покорно шел следом. Что касается Геннадия Анатольевича, то он, интуитивно почувствовав некий подвох в заключительных словах старшины, замер на месте и сосредоточенно пытался сообразить, что же его беспокоит в этих двух сказанных Андреем фразах.
Когда же до него, наконец, дошло, оба снайпера были уже далеко!
Ах ты, жук языкастый, балагур хренов, тщетно пытаясь сдержать расплывающуюся по лицу улыбку, прошептал капитан. Ну, ничего, я тебе покажу «товарищ лучший командир роты»! Точно будешь изучать у меня матчасть!..
* * *
Через несколько дней после описанных выше событий батальон майора Деменева, в состав которого входила рота капитана Набойченко, перебазировался на двадцать километров южнее. Прибыв на новое место, бойцы принялись обустраиваться в добротных блиндажах, сооруженных их предшественниками на окраине давно оставленной мирными жителями наполовину разрушенной деревни.
Сразу за околицей начинались траншеи полного профиля, соединенные между собой, а также с затянутыми маскировочными сетями минометными окопами и уже упомянутыми блиндажами и извилистыми ходами сообщения. Что касается противника, то позиции частей вермахта располагались на удалении чуть более одного километра от нашего переднего края, и противоборствующие стороны разделяло лишь густо покрытое воронками и усеянное остовами подбитых танков и бронемашин зарастающее бурьяном поле, являвшееся молчаливым свидетелем гремевших здесь в начале весны кровопролитных ожесточенных боев
Сейчас же, в теплый июньский полдень, все вокруг было тихо. И в то время как подчиненные налаживали свой скромный фронтовой быт, комбат Деменев вместе с командирами рот, поочередно сменяя друг друга возле установленной на наблюдательном пункте стереотрубы, изучал местность, пытаясь, хоть и с погрешностью, определить приблизительное количество и расположение сил и огневых средств неприятеля.