Алёна прошла портовый терминал и остановилась, разглядывая многопалубный лайнер. Стыдно признаться, она никогда не бывала раньше на таком большом корабле, хотя частенько каталась на яхте. Папочка жил на берегу Женевского озера и увлекался яхтингом, пристрастив к любимому занятию и дочь. Но то яхта, а здесьтакая махина. Алёна окинула восхищенным взглядом лайнер, подумав:
«Ого, ничего себе громадина! Интересно какая у него максимальная скорость? Вот бы порулить!»
Анжелика Линник вышла встречать подругу, но не сразу её узнала, а узнав, рассмеялась. Она впервые увидела всегда изысканную и утонченную Айлин Берг абсолютно без косметики, в джинсовом комбинезоне и потрепанных кедах. Выглядела она скорее как посетитель детского клуба, чем как воспитатель. На губах играла улыбка предвкушающая приключение, а опиралась Айлин на огромный чемодан, едва ли не с нее ростом.
Несмотря на занятость в последние дни перед началом круиза, арт-директор провела для своей любимой актрисы экскурсию по кораблю. Алёне все понравилось. На неё еще от терминала произвёл впечатление круизный лайнер, а роскошный и современный интерьер концертных залов, множества ресторанов и мест отдыха дополнили приятную глазу картину.
Анжелика со снисходительной улыбкой выслушивала хвалебные отзывы о «Князе Игоре», а потом спросила, чем Айлин думала заниматься после круиза.
Я получила ответ из театра Женевы, куда летала пару недель назад. Меня ждут в конце августа. Отпустишь меня до окончания сезона?
Она состроила умоляющее личико. Арт-директор снова рассмеялась.
Я и не надеялась, что ты останешься здесь до октября, до августа бы тебя удержать.
Анжелика проводила Алену в ее каюту и оставила обустраиваться. Она заселилась в небольшую двухместную комнату. В ожидании начала круиза оббежала весь корабль и перезнакомилась со всем персоналом. Ей предстояло работать с опытным детским аниматором Мариной, очень доброй и спокойной женщиной. Они быстро нашли общий язык и даже подружились. Познакомилась с аниматорами и актерами, опытным взглядом вычислила самых ядовитых змей, каких оказалось немного, в целом коллектив был дружный и не кусачий. Немного насторожил ее режиссер. Слишком быстро узнал он в Алёне Трякиной ведущую актрису крупного российского театра, но разговор по душам немного сбавил первоначальный восторг пожилого режиссера, Айлин объяснила ему, что на сцену выйдет только в редких спектаклях и под новым именем.
Накануне начала круиза в каюту Алёны вселилась соседка, круизный фотографВероника Цветочкина. Она бы понравилась Алене, если бы не была так сильно похожа на главную театральную сплетницу, которая впоследствии заменила Айлин на сцене. И, не смотря на очевидные попытки Вероники подружиться, Алёна старалась держаться с ней отстраненно. Миниатюрная блондинка, голубоглазая, с очень женственной, округлой фигурой показалась актрисе слишком смазливой.
«Типичная плейбой-красотка, мужчины таких любят», подумала про нее Айлин. А беззаботная улыбка, не сходящая с пухлых губ, и прямой, открытый взгляд фотографа показались Алёне признаком недалекого ума.
На корабль прибывали пассажирыбольшие и маленькие. Родители, чуть освоившись на лайнере, приводили своих чад в детский клуб. Дети были разных возрастов, от скучающих школьников до только научившихся ходить карапузов. Любопытные детские взгляды сталкивались с не менее любопытным взглядом детского аниматора, и детвора, все как один, вычисляли в Алёне потенциальный источник развлечений, а Алёна видела в каждом новом ребенке интересное и увлекательное приключение.
«Это оказалось легче, чем я думала», сделала вывод Алёна, поняв, что дети тянулись к ней без усилий с ее стороны, несмотря на то, что она никогда не общалась с малышней так близко.
Алене получалось найти общий язык с любым ребенком: тихоню растормошить, а хулигана приструнить, но вместе с этим дети видели и чувствовали что, несмотря на смешливость и доброту, мягкость в Алене отсутствовала и ее «нет» было весомым, а распоряжения выполнялись безусловно.
Весь день проходил в играх и заботах, а вечерами вновь накатывала тоска. Она все еще скучала по своему мастеру, по снисходительно-насмешливому или трогательно-заботливому любимому мужчине. В такие моменты ее охватывали сомненияправильно ли она поступила, что разорвала отношения. За ней раньше пытались ухаживать и другие мужчины, а она лишь с холодным презрением поглядывала на них. Никто не мог сравниться с Константином Васильевым, в ее глазах он был самым красивым, умным, талантливымлучшим. Она всерьез беспокоилась, что он так и останется в ее жизни первой и единственной любовью.
По вечерам Алена развлекала себя единственным доступным в каюте способомнаблюдала за своей соседкой. Алена постепенно поняла, что ошибалась в своем первоначальном мненииНика оказалась сложнее, чем показалась на первый взгляд. Но понять ее до конца все не получалось. Люди с разными характерами на Нику по-разному реагировали: дети любили, большинство пассажиров испытывали симпатию, даже не особо общительный толстяк-программист с ней подружился, но для стервозных дамочек она была как красная тряпка для быка. Они постоянно стремились Нику укусить. Когда исподтишка, когда в открытую, а Ника не замечала или просто не реагировала на нападки, еще больше раздражая змеюк. Для Алены такое поведение Ники было непонятным. Алена сама не раз становилась объектом для негатива менее успешных конкуренток, всегда вычисляла самых злобных распространительниц сплетен и методично избавлялась от них или, по крайней мере, била ответным словом, да так, чтобы всем становилось понятно, что подобные выпады в свой адрес Айлин Берг не потерпит.
«Странная она, улыбается всем, блаженная, честное слово, так хочет всем нравиться или на самом деле не замечает?»
Лишь проживая с Никой в одной комнате несколько недель, Алёна поняла, что этот открытый взгляд и нежелание видеть косые взгляды не от глупости и не игра. Алена удивилась: «Это какой-то особый дар: в нее кидают грязь, а она не пачкается». Вокруг Ники были сплетни, косые взгляды, а она не замечала, будто они ее не касались, а даже когда видела, все равно продолжала смотреть на мир влюблёнными в жизнь глазами.
Еще в Нике забавно сочетались любопытство и тактичность. Алена видела, как Нику распирало от желания поговорить, разузнать о ее жизни, но она держалась, не лезла с расспросами.
Так две девушки жили в комнате, приглядываясь друг другу, не особо сближаясь, но и не конфликтуя, пока с Никой не случилась беда. Ее обидели и оклеветали пьяные мажоры из ВИП-кают. И в этом случае Алена уже не могла остаться в стороне, видя, что Ника не собиралась наказывать обидчиков, и что им все может сойти с рук. Алена сама решила проучить негодяев.
«Добро должно быть с кулаками, и если Ника кулаки примерять не желает, то явсегда пожалуйста, так рассуждала Айлин, гримируясь под зомби-приведение, потом с сомнением посмотрела на свои тонкие кисти рук. Да уж, кулачки так себе. Тогда зубы!»
Она хищно улыбнулась в зеркало, в сочетании с зомби-гримом улыбочка получилась жуткой. Удовлетворенно кивнула отражению, решив, что завтра можно и в вампира поиграть, и отправилась пугать злодеев.
Алёна несколько ночей креативила, используя всю свою фантазию. То она была зомби-мальчиком, то вампиром-куклуксклановцем, то приведением невестыпьяному клиенту все хорошо заходило. Довела несостоявшегося насильника до нервных припадков, закодировала его и всю гнилую компашку до конца дней, а главному негодяю обеспечила принудительное психиатрическое лечение. Ника догадалась, кто был исполнителем акции возмездия, и это окончательно укрепило дружбу между девушками.
Айлин очень забавляла и подчас восхищала жизненная философия Ники.
Я думаюлюбовь это когда ты становишься лучше, сильнее, умнее, счастливее. У тебя так было с твоим режиссером?
Не совсем, ответила Айлин после паузы, я думала, что счастлива с ним, а сейчас вижу, что становилась безвольной куклой, чем-то беспринципным и циничным, моя личность растворялась. Я любила его, а он, похоже, что с моей помощью любил себя. А ты любила того мальчика, отца Вани?