Проходя очередную остановку, Рэм притормозил. Школьник идет с полураскрытым рюкзаком. Молния застегнута не до концакак раз хватит, чтобы руку засунуть. Рэм подошел. Молния взвизгнула. Школьник испуганно обернулся.
Застегивай рюкзак, воришек полно, хмуро предупредил Рэм.
Хоть он и опаздывал, но не мог пройти мимо. По поводу своей профессии Рэм не обольщался. Хоть он сейчас и работает на прорицателей во благо человечества, он все равно вор. Преступник. Он понимал, что это неправильно, но ничего с этим не делал. Как курильщик, который лучше любого знает про вред никотина и все равно не может отказаться от привычки.
Взгляд на часыосталось три минуты. Рэм ускорился, почти переходя на бег. Заволновался. Вдруг опоздает? Вдруг она закончит раньше?
Он пришел как раз во время звонка. Длинное двухэтажное здание всегда источало музыку: из одного окна доносится ритм барабанов, из другогоеще несмелые гаммы на фортепиано. Больше всего Рэм любил третье окно слева. Там занимались трубачи. Играли они какой-то легкий джаз, что на фоне академичной скучной музыки звучало необычно и притягательно.
Сейчас на это не было времени. Из дверей музыкального колледжа уже выходили учащиеся. Рэм сразу увидел ту, кого искал. Василиса.
Аккуратная, по-деловому заплетенная светлая коса до пояса. Строгий школьный черно-белый костюм. В рукахфутляр для скрипки. Рэм последовал за девушкой. Говорить прямо у музыкальной школы нельзя, их могут увидеть. Рэм шел следом, зная, что каждый шаг отнимает лишнюю секунду общения, но правило нельзя нарушать. Ради ее же блага.
Девушка с футляром завернула за угол магазина. Рэм обернулся. Похоже, никто их не преследовал. Можно действовать!
Он пробежал несколько метров, сокращая расстояние.
Эй, подожди!
Девушка обернулась. Рэм поймал ее взглядудивленный, даже слегка напуганный.
Не узнала. Уже сорок девятый раз не узнала. Рэм мысленно поставил галочку: скоро будет юбилей их незнакомства.
Ты мне? спросила девушка.
Рэм до боли прикусил язык. Жест незаметен со стороны, но зато помогает успокоить мысли. Каждый раз видеть, что близкий человек не узнает тебя. Кто бы мог подумать, что такое возможно?
Давай я угадаю, как тебя зовут, а ты за это разрешить проводить тебя до дома? спросил Рэм и через силу улыбнулся. Девушка ответила тем же.
Ты не угадаешь!
Я все же попробую. Василиса? Рэм протянул руку, чтобы взять футляр со скрипкой.
Каждая их встреча начиналась с одинаковых фраз. Понадобилось несколько неудачных попыток, прежде чем Рэм нашел ключик к Василисе. Просто так говорить с незнакомцем она отказывалась.
Как ты узнал? спросила Василиса. Следил за мной? Мне кажется, я тебя видела
Рэм на миг засомневался. Кажется, раньше она не говорила эту фразу?
Я видел тебя в соседнем классе. На пианино играю, соврал Рэм. Все равно завтра она не сможет это проверить. Как только они прощаются у подъезда, Василиса вновь забывает его.
Забавный ты. Обычно ваши обижаются, когда кто-то говорит «пианино» вместо фортепиано.
За примерной девочкой в костюме пряталась бывшая прорицательница. Ей нелегко давался дарона была из тех редких видящих, кто не просто искал омены, а видел события куда более масштабные. Она исправно сообщала о них начальству, умоляя, чтобы они вмешались, но чаще всего получала отказ. Обычно предсказания касались других городов и даже стран, но почти всегда ужасы все-таки случалисьхотя при желании Шеф мог бы помешать. На этом они и сошлисьоднажды Василиса в очередной раз увидела аварию, в которой должны были погибнуть шестеро, на этот раз трагедии суждено было случиться в ее городе. Но Василисе запретили вмешиваться. Рэм тогда нашел ее заплаканной, сжимающей футляр со скрипкой. Они болтали весь вечер, он пытался ее успокоить и найти какие-то оправдания для начальства. Что они больше знают, что, может, в этой катастрофе погибнет новый Гитлер, что всех в мире не спасти, даже если очень хочется В итоге правильных слов он так и не нашел. Зато смог помочь Василисе сам: разыскал по ее описанию водителя, виновника грядущей аварии. Стащил у него ключи от машины и выбросил их в ближайшую урну. Такая мелочь помогла изменить будущее и главноесделать Василису счастливой.
Все это осталось в далеком прошлом. Теперь Рэм вглядывался в ее глаза и пытался найти отблеск воспоминаний. Хотя бы намек, что где-то в глубине души она его помнит. Каждый разсловно белый шум из телевизора. Только серьги в виде скрипичных ключей издевательски болтаются, стоит ей пошевелить головой. Если спросить Василису, откуда у нее такие серьги, она лишь задумчиво пожмет плечами. Рэм ради этого украшения перерыл половину города.
Василиса совершила ошибку, и по приказу Шефа ей удалили воспоминания. Рэм поддержал решение, ведь иначе Василиса могла бы перейти на сторону воронов. Теперь она даже не подозревала, что у нее есть дар и что больше года жизни она была прорицательницей.
Рэму обещали, что она забудет только про поиск оменов и про то, что когда-то могла видеть будущее. Но все пошло не по плану. Теперь Василиса не помнила Рэма и всех, с кем успела подружиться за время работы. К ней еще приходили знакомиться заново, но зрядевушка быстро забывала все, что связано с прорицателями.
Странно, я никогда не видела тебя в той группе. Мой дом недалеко, можешь и проводить, раз угадал имя!
Рэма тешила надежда, что Василисата строгая Василиса, которую он знал, никогда бы не познакомилась с парнем на улице. Если тут ему удалось подобрать ключик и уговорить ее пообщаться хотя бы немного, может, где-то глубоко в душе чувства к нему еще живы? Он тщетно пытался уловить новые интонации в знакомой фразе. Каждый раз один и тот же сценарий, как заевшая кинопленка. Он знал наперед каждое слово, которое скажет Василиса, и все равно продолжал приходить.
Семь минут совместной прогулки. Трижды в неделю. Восемьдесят четыре минуты в месяц. Рэм радовался и этому.
Они добрались до знакомого подъезда. Рэм не спешил отдавать футляр, надеясь урвать лишнюю секунду вместе.
Вот мы и пришли, сказала Василиса и протянула руку. Рэм неохотно протянул скрипку.
Может, прогуляемся еще немного?
Прости, у меня много уроков, вне зависимости от дня недели ответ был все тот же. Но мы можем увидеться в следующий раз в музыкалке, что скажешь?
Конечно, Рэм кивнул.
Тогда до встречи! Спасибо, что помог, Василиса помахала и подошла к двери.
Я заставлю тебя меня вспомнить. Даже если придется двести тысяч раз приходить сюдазаставлю! пообещал Рэм. Василиса удивленно повернулась, но, ничего не ответив, нырнула в подъезд.
Рэм не боялся раскрыться. Если он прямо сейчас расскажет об их прошлом, Василиса его не узнает, а рассказу не поверит. Однажды он уже пробовалв сердцах схватил ее за руку и попытался напомнить о прорицателях. Она стукнула его футляром по голове. Тогда он впервые осознал, насколько скрипка тяжелая.
Опять страдаешь от несчастной любви? Рэм услышал издевательский голос. Знакомый.
Лучше бы тебе не вмешиваться.
Рэм повернулся, зная, кого увидит. Высокие скулы, острый подбородок, как у героев боевиков. Волосы черные, будто он их специально подкрашивает, еще и одежда такая же. Настоящий ворон, даже вечная насмешка на губах присутствует. Сидит на трубе подчеркнуто расслабленно, земли ногами не касается. Выпендривается!
Отстал бы ты от Васьки. Мне больно видеть, как ты страдаешь, друг.
Не зови меня так, Рэм сжал кулак, готовый к драке. Ворон не спешил нападать.
Почему? Пару месяцев назад мы неплохо общались.
Пока ты не решил стащить мой омен.
Я сделал это не для себя. Для другого человека! Ты не сделал бы того же для Василисы?
Рэм прикрыл глаза, вдохнул и выдохнул. Ему не раз говорили, что вороны умеют обольщать и искусно лгать. За красивыми словами скрывается только желание стать сильнее.
Ты сам знаешь, что я для нее сделал бы все что угодно, пробурчал Рэм.
Как и я для своего брата. Так почему ты винишь меня в предательстве? ворон спрыгнул с трубы и подошел к Рэму. Я всего лишь перестал спасать тех, на кого укажут. Теперь я помогаю людям, которые действительно этого достойны. Помнишь мальчишку, которого мы спасли от болезни? Он стал сильнее. Теперь его боится половина школы, ведь парень оказался не таким уж хорошим. Добывает себе на пропитание как ты. Грабит. Неужели ради таких людей мы вызвались менять мир?