Да не, все круто было, поспешил заверить Макс. Так ведь это Мы с пацанами думали, тебя копы забрали
За что?
А ты не помнишь? Да ты чего! «Охотники за привидениями»! Макс коротко хохотнул. Мы так ржали, когда ты въехал на той тележке в дверь
Тележка Глеб зажмурился, перебирая поврежденные файлы внутренней памяти. Мутные картинки всплывали друг за другом хаотично, но собрать их воедино не получалось. Тележка была, да. Кажется, из супермаркета, но строительного. Большая такая. Сначала они с Алиной привязывали ее к бамперу «ламбы». А потом вдруг провал, и уже следующее воспоминание: Глеб мчит на ней, сжимая в руках какой-то шланг. Осколки, осколки Да, они хотели въехать в дверь, но на льду тележку занесло Так вот почему в фойе не было стеклянной стены!
Слушай, ты умеешь развлекаться, я ж не спорю. Макс замялся, и Глеб сразу понял, что дальше последует «но». Но свадьба Чувак, если б это была наша с тобой свадьба Ну, не в этом смысле, а как братанов Типа «братьба» или вроде того Я ж только за! Но там ведь и мои родители будут, и Ксюшины И куча маминых коллег из Минтранса
А что они, не люди, по-твоему? И не заслужили нормально оторваться на свадьбе? Без вот этих тупых ледяных скульптур и ведущего кавээнщика?
Вообще-то Ксюша То есть мы Макс отвел взгляд. Мы хотели стендапера Ну, Эрика Саакяна. Помнишь, он еще в КВН был?
Глеб закатил глаза и съехал по спинке ванны под воду. И этого человека он считал своим другом! «Мы». Так мог бы называться самый жуткий хоррор всех времен и народов про то, как безумный ученый взял отличного парня и девушку с замашками диктатора, а потом сшил из них одно большое чудище с двумя головами. Посередине была бы голова девушки, а то, что осталось от парня, торчало бы у чудища из-под мышки и разевало рот раз в год по большим праздникам.
И потом, у нас уже вроде как есть организатор, добил друга Макс. До свадьбы-то всего два месяца Но я точно не уверен, этим Ксюша занимается.
Глеб вынырнул, отплевываясь, и протер глаза. Да, перед ним сидел все тот же Макс Гороход. Старина Макс, с которым они учились в МГИМО, с которым ездили в летний швейцарский лагерь. Можно сказать, прошли огонь, воду и горнолыжные трассы. И вот сейчас, когда действительно понадобилась его помощь, и не какая-то там благотворительность, в конце концов, Глеба ведь не занесли пока в Красную книгу, а баш на баш, Гороход сидит тут и бормочет про армянских кавээнщиков.
Ладно, ты домывайся тогда Макс встал и по стеночке выскользнул из ванной.
Глеб со всей злостью саданул по кафелю. Настроение скатилось в такую дыру, что по сравнению с ней Мариинская впадина показалась бы скромной ямкой в песочнице. Тысячу рублей на беляши он уже потратил, а других бизнес-планов пока не придумал. Может, натырить у Ксюши ароматических палочек и продавать их грустным людям из метро? Может, они и грустные такие всего лишь оттого, что не нюхали ничего приятнее друг друга?
Идея показалась Глебу печальной, но на всякий случай он несколько палочек все же припрятал в карман халата. Как знать? Если с сегодняшнего дня его жизнь покатилась под откос и от него по очереди отказались отец и лучший друг, то завтра и вовсе не стоит ждать ничего хорошего.
Впрочем, Макса, в отличие от Рудакова-старшего, явно мучило чувство вины. Из ванной он встречал Глеба как призера-олимпийца: накрыл стол, пивка подал в запотевших бокалах, повесил на спинку стула чистую одежду. Вообще-то Гороход был невысок и телосложением напоминал жука-водомерку, а потому его спортивные штаны едва доставали Глебу до середины икр, а задницу обтягивали как велосипедки, но пришлось довольствоваться тем, что дают. Ощущение тепла и сухости и сэндвич с копченой индейкой отчасти вернули Глебу благостное расположение духа, и он решил дать другу еще один шанс.
Устроившись поудобнее на гостевом диване, Рудаков подождал, пока Макс укроет его пушистым пледом, белым, само собой, положил щеку на ладонь и, разглядывая отсветы от торшера на потолке, задумчиво произнес:
Знаешь, даже лучше, что твоя Ксюша сама контролирует свадьбу. Конечно, это будет нудное мероприятие, но девчонки такое обожают. Салфетки, открытки, цветочки Пусть развлекается. Считай, это наш ей подарок.
Ну Спасибо, наверное. Макс уже собрался уйти, но Глеб похлопал рядом с собой.
Не благодари, братан! Это же выгодно нам обоим! Вот смотри: все придут на эту вашу свадьбу, и такие: «Господи, да тут же мухи дохнут! Нет, когда мы будем жениться»
Кто мы? Гороход наморщил лоб, как когда-то на экзамене по макроэкономике.
Глеб вздохнул. Макс всегда соображал туго. И если бы ректор не был его крестным отцом, то пять лет института встали бы семейству Гороходов в круглую сумму.
Да кто угодно! На свадьбу все ходят парами, просто по определению! Глеб стремительно терял терпение: как можно не видеть очевидного? Хоть в картинках изображай! Если не притащить с собой плюс одного, тебя весь вечер будут жалеть как последнего лузера. А еще этот букет невесты Свадебная цепная реакция, Макс! Как вирус герпеса. Кто-то в компании подхватил переболеют все.
Слушай, я понимаю, тебе хреново. Вся эта история с батей Но при чем здесь свадьба? Может, тебе лучше выспаться?
Это же отличный бизнес! не выдержал Глеб.
Тихо ты! шикнул Макс и обернулся, словно в его квартире повсюду были натыканы «жучки» и шпионские камеры. Ксюша медитирует.
Но бизнес-то правда отличный! Глеб послушно перешел на шепот и даже не стал шутить про медитации. Ты, я, ивент-агентство. Будем партнерами, а? Кучу клиентов наберем у тебя на свадьбе!
Воображение Глеба заработало на всю катушку. Он явственно представлял себе, как на унылом торжестве Макса люди засыпают от скуки под бородатые репризы ведущего. Какие-нибудь звезды восьмидесятых, заезженная программа тоска! И тут Глеб в божественном свечении софитов подруливает к измученным антрекотом гостям и протягивает свою визитку. Мол, если вам когда-нибудь захочется устроить себе или своим детям нормальную свадьбу, то обращайтесь в агентство Рудакова и Горохода. И все такие: «Рудаков? Подождите, а не тот ли вы Глеб Рудаков, который устроил легендарную битву шампанским в две тысячи пятнадцатом?» Глеб, конечно, снисходительно кивнет, и деньги хлынут на него лавиной. Сарафанное радио разнесет весть о небывалом устроителе вечеринок, отца замучает совесть, он позвонит и спросит, не заработал ли Глеб свой первый миллион. «А миллиард не хочешь?» услышит Рудаков-старший в ответ, и следом короткие гудки.
Глеб, ты вообще меня слушаешь? Макс бесцеремонно лопнул мыльный пузырь волшебных фантазий. У меня уже есть работа! В Минтрансе, меня мама устроила.
Мама устроила, передразнил Глеб. И что, ты будешь вечно ставить штампики на дорожных развязках?
Мы вообще-то сейчас планируем ТПУ
Это ты ТПУ на всю голову! Как можно упускать такую возможность? Сам посуди! Торчать под мамашиным крылом или начать уже свое дело? Повзрослей, Макс!
Кто бы говорил! возмутился Макс и вскочил. Первый раз Глеб видел друга таким сердитым. Не иначе попал в нужную точку! Так, глядишь, скоро и возмужает!
Лично я как раз этим и занимаюсь. Рудаков вальяжно закинул руки за голову.
Тебя просто заело, потому что батя у тебя деньги отобрал! Еще и меня за собой решил потянуть. Нет уж, спасибо! Макс фыркнул. Весь этот твой бизнес детский сад! Ни один дурак тебе не доверит свадьбу!
Глеб медленно приподнялся на локтях и прищурился. Вот она, человеческая зависть в чистом виде! Уж конечно, самого Макса-то никто бы в здравом уме королем вечеринок не назвал. Еще бы! Ни ума, ни фантазии! Да если бы не Глеб, Гороход бы вообще не узнал, что такое настоящие развлечения. Сидел бы, наверное, у мамы своей на работе, клеил машинки из бумажек и катал их туда-сюда по столу, изображая ртом шум мотора.