Сами же все видите и еще спрашиваете!
Что я вижу? Я ничего не вижу.
Вы все прекрасно видите! возмущается она. Вы сразу заметили!
Что я заметил?
Как я вошла, вы сразу прямо туда посмотрели! она почти кричит.
Куда?
Сюда! она тычет пальцем себе в правое ухо.
Смотрю на ее ухо. Там ничего нет.
У вас прекрасная форма ушей, говорю я.
А это видели? она пальцем отгибает ушную раковину, встает со стула, подходит ко мне, нагибается. Вот, вот!
Там, за ухом, крохотная родинка. Даже скорее пятнышко. Два миллиметра в диаметре.
Нет мне счастья, говорит она, глотая слезы. Не то что замуж выйти, не то что постоянного мужчинудаже любовника завести не могу. Никто со мной жить не хочет Не то что житьхотя бы переспать по-людски. Вечером, а потом утром, особенно если в субботу. Но нет! Как увидят этот кошмар за ухом вы извините, я вам как доктору, без лишнего стеснения прямо из постели убегают!
Вы уверены, что из-за этого? спрашиваю я.
А из-за чего же еще?!
Ноги у тебя кривые, вот из-за чего! неожиданно для самого себя очень грубо кричу я, тыча пальцем в ее чудесные стройные икры, обтянутые голенищами дорогих сапожек. Где ты гуляла, когда бог ноги раздавал? К ортопеду! Живо к ортопеду!
Она поворачивается и убегает.
Я вздыхаю с облегчением.
Во сне вспоминаю, как один настоящий хирург-косметолог рассказывал:
«За двадцать лет работы ни разу не угадал, чего потребует моя клиентка. Женщина с ужасным носом просит удалить родинку на шее, женщина с прекрасным носом жалуется на едва заметную горбинку» Смешно!
Вдруг вижу: на белой поверхности столакрохотное пятнышко.
Оно меня почему-то очень злит. Беру салфетку и пытаюсь его стереть.
Оно медленно движется и хочет перелезть мне на руку. Я отдергиваю руку. Встаю со стула, отхожу от стола. Оно спускается по ножке стола и ползет ко мне по белому линолеуму.
Быстро выхожу из кабинета в коридор.
Там очень шумно: дворники ругаются на непонятном языке.
То есть они ругаются у нас во дворе, под нашим окном.
То есть я уже проснулся.
первая встреча, последняя встречаНа букву «л»
Владимир Сергеевич зацепил вилкой немного салата, сверху положил очищенную креветку и поднес Любочке ко рту.
Они сидели в кафе. Они ходили всякий раз в новое кафе. Она непременно хотела встречаться тайкомнепонятно почему. Она в свои двадцать два была не замужем, он был свободный сорокалетний мужчина.
Он сказал:
Ам!
Она прожевала, проглотила.
Он снова навертел на вилку салат, наколол креветку.
Зачем? спросила она.
Мне нравится тебя кормить вот так, сказал он. Как маленькую.
У нее из глаз вдруг потекли слезы.
Что ты? он даже растерялся.
Ты правда меня любишь? прошептала она.
Он левой рукой погладил ее по голове, запустил пальцы в ее волосы, чуть разлохматил ее затылок
Она перевезла к нему свои вещи, они подали заявление в загс. Первые днидаже первые неделибыли прекрасны.
Потом начались подружки. «Я к подружке! Нам надо поговорить!»на бегу кричала она и хлопала дверью.
Однажды он увидел, как она стоит с какой-то девицей сбоку киоска. Они пили пиво из горлышка и курили. Весь асфальт вокруг был забросан окурками. Он сначала подумал, что она забыла ключи. Подошел поближе. Она заметила его и махнула рукойуходи.
Вечером он сказал: «Приглашай своих подружек домой. Купите пива, закуски какой хотите, а хочешь, я сам куплю вам рыбки, колбасы?» «Ты ничего не понимаешь! сказала она. Так прикольно, прямо у ларька!»
Потом«этот человек». Этот, с позволения сказать, человек, который ее так сумел измучить, что она расплакалась, увидев капельку нежности и заботы. Этот человек звонил ей на мобильник, она закрывалась в кухне и разговаривала по полчаса, по часу. А иногда вечером выбегала во двор. Почему бы не послать его сразу, резко: «Я выхожу замуж! Брысь!»«Я ему сразу сказала, что выхожу замуж, что между нами все кончено!»«И что?»«Мы должны завершить отношения! Я должна его выслушать!»«Прямо-таки должна?»«Каждый человек, вдруг серьезно заявляла она, имеет право, чтоб его выслушали!»и убегала, а он смотрел с балкона, как они сидят на лавочке и отчаянно курят.
И наконец: «Я хочу позвать своих гостей!»«Да, конечно, а кто эти люди?»«А я тебя хоть раз спросила, кто эти люди, когда ты своих гостей звал? А когда ты меня с собой в гости водишь, я тебя хоть раз спросила, куда мы идем, кто эти люди?»«Что ты так развоевалась?»«А то, что я тебе не бесплатное приложение!»
Хорошо. Он сам накрыл стол. Пришли какие-то два парня. Сначала стеснялись. Он подливал им коньяк, старался разговорить, развеселить. Они слишком развеселились. Устроили танцы, чересчур пылкие. Любочка вешалась на шею то одному, то другомуа ему подмигивала. Он сказал: «Ребята, хватит, мне надоело». Один из парней, крепкий такой, ответил: «Отец, не буду же я с тобой драться. Пойди погуляй часа два».
Да, да, конечно. Он здесь лишний.
Вышел. Вернулся через час ровно. Вместе с друзьями своей беспокойной юности. Миша Янсон и Петя Круглов.
Открыли дверь. Один парень сидел и отдыхал, курил в потолок и стряхивал на пол. Другой обнимался с Любочкой.
Миша Янсон был метр девяносто, полтораста кило весу. Линялый камуфляж. Короткоствольный автомат казался крохотным на его огромном пузе. Ручищи такие, что автомат не нужен. «Иди сюда, машина ждет!»«Черный ворон?»пошутил парень. «Труповозка», ответил Миша и свернул парню голову. Петя Кругловтоже человек-горас треском развернул большой пластиковый пакет. Любочкин партнер завизжал, как девка. Миша тем же способом прикончил и его. Пихнул Любочку к Владимиру Сергеевичу: «А ну-ка, сам. Не разучился?»
Нет, не разучился!
Правой рукой он схватил ее за подбородок, левойза волосы на затылке
Осторожно пригладил ее бедные крашеные вихры.
Ты мне очень нравишься, сказал он. Но давай будем осторожнее со словами. Особенно на букву «л». Открыли рот. Ам! Вкусно?
Спасибо, сказала Любочка.
этнография и антропологияНадежный признак
Дело было в середине 1970-х.
Сажусь в такси. Таксист постарше меня, лет сорока. Едем. Он сначала вздыхает, громко и многозначительно. Потом говорит: «Эх!» Потом: «Вот, значит» Потом: «Да, братцы».
На пятый раз я его спрашиваю:
Случилось что-то?
Да ладно, неважно, говорит. Эх, друзья-товарищи Вот такие дела Жизнь, одним словом Да
Ну, неважно так неважно, говорю.
Нет, парень, говорит. Я тебе расскажу. Лучше незнакомому человеку сказать, а то друзья понесут, раззвонят
Ну, что такое?
Беда у меня, парень. Жена изменяет.
Да, говорю. Это плохо, конечно. Давно? А с кем?
Недавно, говорит. А с кем, не знаю.
Откуда тогда знаешь, что изменяет?
А вот знаю!
Что, секретное письмо нашел?
Да какое письмо! говорит он. Позавчера ночью, ложимся. Ну, мне захотелось. Я на нее, как всегда, полез, а она мне вдруг: «Поцелуй меня!» Я говорю: «Ты чего, совсем с ума?» А она: «Поцелуй, а то не дам!» Вот сволочь. Точно с кем-то сблядовала. И этот козел ее научил!
Он чуть зубами не заскрипел.
Ну и как, поцеловал? спросил я.
Поцеловал, сказал он. Но очень было тяжело.
этнография и антропологияСоветский секс. 1. Предисловие
В СССР секса не было? Извините! Секс в СССР, конечно же, был.
Именно секс, а не просто «половая жизнь» или «репродуктивное поведение», как утверждают отдельные советологи.
Но советский секс осознал сам себя довольно поздно. На вершинеи на излетесоветского режима. На пике застоя.
В 1978 году на экраны вышел фильм «Странная женщина». Про любовь юноши к зрелой даме и ее ответное сложное чувство. То есть на тему секса (а не возвышенной любви или семьи и брака).
Но мало того. В рецензии на этот фильм газета «Комсомольская правда» отметила, что в СССР каждый третий бракраспадается.
Это буквально назавтра перепечатала вся мировая пресса.
Потому что цифра эта была едва ли первым за десятки лет официальным (в советской официальной прессе опубликованным) указанием на количество разводов в СССР.
А раз есть огромное количество разводов, значитесть некий специфический момент человеческих переживаний, который не укладывается в узкие рамки понятие «половая жизнь» и «деторождение». Есть секс как отдельнаяосмысленная в своей отдельности! ценность.