Всего за 399 руб. Купить полную версию
Вот что нужно отметить: до пятидесяти лет она живет вместе с родителями, в одной комнате, в коммунальной квартире, причем мама ее всячески избавляет от домашних обязанностей вроде стирки-готовки-уборки.
И второй важный момент: этот единственный сексуальный опыт был для нее весьма травматичным. Дело было во время войны. То есть ей было немного за двадцать. Она оказалась наедине с молоденьким офицером; он стал к ней приставать, она отказала. Тогда он грустно вздохнул: «А я завтра уезжаю на фронт» Ей жалко его стало, она почувствовала к нему какую-то особую нежностьвот, мол, убьют паренька, так и не испытавшего женской ласки. Отдалась ему, а он потом холодно и равнодушно стал одеваться, и был недоволен: зачем она не предупредила, что девушка?
Потом она сделала аборт («перед мамой и папой было стыдно») и еще вдобавок подруга рассказала, что этот парень ни на какой фронт не собирался, так как был тыловым работником.
В итоге героиня повести осталась без вот этой довольно важной стороны нашего, так сказать, человеческого бытия.
Бывает?
Наверное, бывает. Все бывает.
Но у меня, как у старомодного литературоведа, возникает старомодный вопрос: насколько это жизненно?
В смыслетипично и характерно для той (советской) жизни?
Вот я вроде бы советский человек, а не знаю.
Но это крайне нетипично и нехарактерно для советской литературы послевоенной эпохи (не говоря уж о довоенной). В произведениях писателей того времениЮрия Трифонова, Юрия Казакова, Юрия Нагибина, а также Шукшина, Аксенова и так далее, включая официальных столпов соцреализмалюди активно женятся, заводят романы, влюбляются, разлюбляют, переживают разрывы, ищут и находят новую любовь. И даже изменяют женам/мужьям: даже самые положительные герои, члены партии и ответственные работники, порой имеют связи на стороне.
Так что в СССР секс был, успокойтесь!
Или секс в советской литературеэто «лакировка действительности»? Трудно в это поверить.
И еще:
Бывает, повторяю, всё на свете. В качестве казуса. Девушка, вышедшая замуж за отца или даже деда своего бойфренда, или молодой человек, женившийся на матери своей девушкитакое бывает? Бывает! Я сам знаю два или три таких случая. Но они, при всей их бесспорной фактичности, всё же не являются характерными.
А вот женщина, имевшая один (пусть отрицательный, как теперь говорят, «травматичный») сексуальный опыт в молодости и так прожившая остаток лет, насколько это характерно для советской жизни? Или это все-таки казус? Ничего не понятно.
И самое главное.
Мне странно читать: «она ждала настоящей любви, а любовь не пришла». Звучит примерно так же, как «он, сидя на дачной террасе, ждал грибов, а грибы не пришли, оттого и корзинка пуста». Любовь, как и грибы в лесу, нужно искать!
Перспектива
по вечерам над ресторанами
Во-первых, я замужем, строго сказала она в ответ на предложение пойти поужинать в модный ресторан «Герасим и барыня».
А-а-а сказал он.
Но, во-вторых, беззаботно засмеялась она, мой муж уехал в деловую поездку.
О! сказал он.
Но, в-третьих, вздохнула она, он должен вернуться на днях. Может быть, даже сегодня. Может быть, он уже дома!
Эх, сказал он.
Но это неважно! Мы могли бы поужинать, а потом Можно придумать, куда потом этак завалиться, а?
Ура! сказал он.
Но потом он бы все равно нас разыскал! Она подняла палец.
Ну и пускай! расхрабрился он.
Скажите, пожалуйста! Она пожала плечами. Вы что, готовы на мне жениться, если муж меня бросит за измену?
Готов, честно сказал он.
Жениться на избалованной женщине без высшего образования, но зато с двумя детьми?
Да! сказал он и взял ее за руку.
А на какие такие дивиденды вы будете содержать меня и моих детей?
Проживем! сказал он и обнял ее.
Не уверена, сказала она и вырвалась из его объятий.
Жаль, сухо сказал он и отошел от нее на полшага.
Мне тоже, сказала она и заплакала.
Пустое, пустое, сочувственно прошептал он, подавая ей чистейший носовой платок. Все равно пойдемте поужинаем. Просто так, по-дружески, безо всяких перспектив и обязательств. А?
Какой вы скучный. Она вытерла слезы. Ладно. Но только один раз.
Снимается кино
сон на 4 апреля 2015 года
Приснилось мне, что я оказался в большой толпе, которая медленно движется под мостом, перекинутым через железнодорожные пути и другое шоссе. Там есть широкий проход для пешеходов, с металлической оградой и с небольшими выступами-карманами, где можно постоять, глядя вниз, как едут машины, разворачиваясь под этим мостом, съезжают с моста, ныряют под мост в короткий туннель и потом выныривают с другой стороны и снова въезжают на мост, чтобы ехать в обратную сторону.
Рядом со мной какой-то незнакомый человек.
Мимо нас идут странно одетые люди. Вроде бы нормальные мужчины и женщины, в пиджаках и платьяхлето на дворе, но платья ситцевые, заношенные и линялые, пиджаки засаленные и как будто великоватые, с набитыми ватой плечами и широкими лацканами. Косынки и кепки. Сапоги. У женщинбосоножки на запыленных ногах с черными пятками. Но всё очень яркое. Бежевые пиджаки, белые кепки, синие цветочки на косынках, значки на лацканах. Голубые глаза и алые губы.
Это кино снимают, говорит стоящий рядом со мной человек, как будто отвечая на мой вопрос. Это массовка.
Тем временем я вижу, что полицейский внизу перегораживает дорогу, по которой под мостом ехали машины. Дорога очищается, полицейский машет жезлом, и я слышу голос из мегафона: «Пооо-шли!» и вся толпа медленно спускается вниз, под мост, заполняет собой пространство дороги, втекает в туннель.
Тут я вижу, что сверху, на мосту, стоит кинокамера, рядом два человекаоператор и режиссер, наверное. Они снимают этот поток людей.
Что за фильм? спрашиваю.
«Мастер и Маргарита», отвечает мой собеседник.
Точно? Не может быть! говорю я.
Точно, точно, говорит он. Я художник-постановщик. Это я их так одел, ничего, неплохо, а? Он с гордостью указывает на толпу. Думаете, это на них всякая рвань? Хо-хо! Мы каждый сарафанчик отдельно шили, потом вымачивали, растрепывали А пиджаки! Знаете, как трудно затеребить как следует пиджак? То-то же.
Он протягивает мне визитку, мелькает как будто знакомая фамилия, то ли я где-то слышал, то ли читал.
Я потому засомневался, говорю я, что в книге нет массовых сцен в Москве. Ну, разве что в театре «Варьете». Но тут ведь не театр! И вообще в «Мастере», если я правильно помню, всего одна большая массовая сценагде Пилат объявляет о казни и о помиловании Вараввы.
Именно! говорит художник. В сценарии всё поменяли. Новая трактовка. Основное действие происходит в Иерусалиме во времена Пилата. То есть в тридцатые годы первого века нашей эры. Там появляется Воланд и рассказывает героямэто разные местные писатели, философы, богачи, что будет происходить в Москве через тысячу девятьсот лет. «Московские Процессы», толпа кричит «расстрелять, как бешеных собак» и всё такое. Вот эта самая толпа, он показывает вниз.
А Сталин будет? спрашиваю я.
Да, обязательно. Сталин, Ягода, Ежов, Вышинский, Ульрих
А Иешуа Га-Ноцри? В смысле Иисус Христос?
Нет. В сюжет не вписывается. В смысле, в новую трактовку. Сами глядите, кто в Москве в тридцатые годы может быть в роли Христа? Безупречный моральный диссидент, которого распяли? Кто это? Ну, кто? Так что лучше без него
Вдруг с моста из мегафона раздается: «Наааа-зад!»
Толпа качается и движется назад. Потом вперед. Потом опять назад и еще раз вперед. Голова кружится на них смотреть.
Бедные, говорю. А сколько им платят?
Вы что? удивляется художник-постановщик. Ничего им не платят. Это же такая честь и удача! Сняться в таком кино, хотя бы в массовке! Потом будут себя ловить на экране, если попадут в кадр. Хоть секундочку, а в бессмертии! смеется он.
Жалко, говорю я. А кто-то и не попадет. Зря промучается целый день.
И мне жалко, говорит он. Но ничего не поделаешь. Наш народ не накопил опыта переживания страданий. Поэтому все повторяется. Поэтому люди охотно соглашаются работать на жаре и бесплатно, целый день. За одну только маленькую надежду попасть в кадр. То есть в бессмертие.