Всего за 89.9 руб. Купить полную версию
Ну, что теперь? Вы так вкусно выпили, чем закусите? Икра? спросила Елизарова.
Нет, дорогие дамы, под такую водочку можно только три вещи: залом{ Заломназвание одного из видов крупной каспийской сельди, соленой или копченой.} с картошечкой, мы его не заказывали, или малосольные огурчики, но теперь не сезон, или грибки маринованные, вот они у нас, с лучком и маслом. Ими и закусим Барсуков принялся за грибы. Как говорится: первая колом, вторая соколом, Николай Елизарович снова наполнил стопки. Вторую мы под осетринку. Людмила Борисовна, а может, 20 граммов все-таки сделаете? Что-то у Вас аппетита совсем нет. Что это за закускасалат? Для аппетита вкус почувствовать надо, а у травы какой вкус
Действительно, Николай Елизарович, Вы так аппетитно все это делаетеи не хочешь, а согрешишь. Давайте 20 граммов. Забудем про ГАИ, Жемчужникова подвинула свою стопку.
Ну, до греха нам пока далеко, но в обозримом будущем будем готовы многозначительно поглядывая на Елистратову, вклинился в разговор Нечитайло.
Глоток спиртного обжег, потом горячим шариком скатился вниз, в желудок. Стало тепло. Жемчужникова расслабилась, настороженность в отношении москвичей пропала. После пищевых ограничений последних недель она не удержалась: балык был хорош, нежный, с легким дымком, а после осетрины она с удовольствием съела маринованный перец и кусочек розовой ветчины.
Гости нахваливали уху. Людмиле Борисовне же заказанный раковый суп показался приторным, стало подташнивать. Она отодвинула тарелку.
После супа Барсуков встал, расслабленно-довольное выражение лица исчезло, глаза опять стали жесткими, холодными. Жемчужникова снова напряглась. Он поднял стопку за успех Жемчужниковой в закончившемся процессе и дальнейшие успехи в будущем, пригубил не смакуя и с торжественной интонацией перешел к делу:
Людмила Борисовна! Как Вы, наверное, знаете, наша компания «Юстинус»крупнейшая в столице и продолжает развиваться дальше. Нашими учредителями принято решение об открытии в Юго-Западном округе еще одного адвокатского бюро. Первоначальный штат10 адвокатов и 10 помощниковнабирается самим руководителем из рекомендованного списка. Основное направлениекорпоративное право. Перечень потенциальных клиентов, готовых работать, уже есть. Отмечу: очень и очень серьезных клиентов Я уполномочен сделать Вам официальное предложение возглавить это бюро. Гарантированный размер оплаты Вы можете установить себе сами. Трехкомнатная служебная квартира ждет Вас. Отделка и меблировка по Вашим указаниям за счет компании. Служебный автомобиль с водителем по выбору, но надеемся, что не «ламборджини», улыбкой дал понять, что пошутил. Контракт на 5 лет с преимущественным правом продления. Хочу отметить, что таких условий за время существования компании не предлагали никому. Когда Вы сможете приступить к работе?
Жемчужникова изумленно уставилась на Барсукова и приоткрыла рот. Повисла пауза. Барсуков ждал. Она попыталась что-то сказать, горло свело, какие-то отрывистые звуки получались, но связной речью это нельзя было назвать.
Я вижу, предложение поразило Людмилу Борисовну! Почему? Разве это необычно, что энергичному способному адвокату предлагают место в столице? Что Вас здесь держит? Вы одна, даже мы наслышаны о Вашем знаменитом доме. Конечно, домэто хорошо, но Вы не приложение к нему, не принадлежность, так сказать, к главной вещи, опять попытался пошутить Нечитайло.
Людмила Борисовна! Что Вас так удивляет или смущает? Почему такая реакция? Мы работаем в Вашем городе, неоднократно наблюдали за Вами в процессах, наводили справки, это естественно для потенциального нанимателя. Какие у Вас здесь перспективы? Увеличить популярность и соответственно ставки? Популярность и так велика, ставки не увеличишь до бесконечности. Вы понимаете, что возможностей для результативной работы в Москве несоизмеримо больше? Новый коллектив, новые знакомства, глядишь, появятся перспективы в личной жизни. Да что тамглядишь, у такой красивой женщины их будет множество. Что скажете? Ну успокойтесь, выпейте водички, Барсуков налил в бокал минеральной воды и подал Людмиле Борисовне. Она механически протянула руку, взяла бокал, но не удержала: тонкий хрусталь ударился о край супницы, брызнул яркими искрами, осколки утонули в остатках ухи. Все недоумевающе посмотрели на Жемчужникову: ее реакция была странной. Заглянули официанты. Один поставил принесенный поднос, ловко убрал супницу, другой тут же заменил скатерть и приборы.
Простите мою неловкость, коллеги. Это очень неожиданно, спасибо за предложение, но я, к сожалению, уже опаздываю, Вы обедайте, я обязательно свяжусь с Вами буквально сегодня-завтра, и мы все обсудим, Жемчужникова неожиданно поднялась, зацепив скатерть и сдвинув приборы, как-то неловко вылезла из-за стола и, не оборачиваясь, почти побежала к двери, затем повернулась к официанту: «Пусть Николай Антонович запишет все на мой счет, это мои гости», и вышла так стремительно, что никто не успел ничего сказать.
Что это за номер?! Какая муха ее укусила? Не девочка, кажется. Что за реакция? Ну и как это понимать? Барсукова, все это знали, трудно было чем-то удивить, но сейчас он выглядел просто ошеломленным.
Все-таки провинцияэто как клеймона всю жизнь, назидательно заметил Нечитайло, принимаясь за рыбу по-монастырски. Чего Вы ожидали? Другая скорость восприятия, другой темп мышления. Это здесь незаметно. Вот посмотрите, как это будет бросаться в глаза в Москве. Ей полдня надо, чтобы в себя прийти и осмыслить предложение. Нет, это не лучший вариант, я уже говорил и повторю. И вот подтверждение
Ну да, лучший вариантназначить тебя. Это ты всем уже месяц внушаешь. Ты вспомни свою скорость мышления при реорганизации «Костраса», ты бы и сейчас обдумывал и просчитывал варианты, вплоть до банкротства. Да если бы тогда случайно в разговоре с Васнецовым Жемчужникова не предложила свою схему, мы все сидели бы в дерьме по макушку. За пять минут разобралась, провинциалка, а мы, столичные, два месяца искали варианты! раздраженно напомнил Барсуков.
Коллеги! Зачем ссориться? Жемчужниковаблестящий юрист, это понятно. Она сдержанная, вести себя умеет. Но у дам бывают такие моменты, совсем не имеющие отношения к делу, что не остается никакого выхода, кроме как сбежать, заметила Елистратова.
Это какие же? хором спросили Барсуков и Нечитайло.
Интимные, дамские, Вам говорить нельзя, а я знаю добавила она таинственно.
Глупости говорите, Тамара Анатольевна. Колготки у нее, что ли, порвались или, простите, застежка в лифчике? Детский сад какой-то разозлился Барсуков.
Ничего говорить больше не буду вообще, хоть и знаю, вернее, предполагаю, обиделась Елистратова.
Ну и что теперь делать? Билеты на вечерний поезд. Ждатьне ждать, звонитьне звонить? Ладно, еще не вечер, давайте есть, остывает, раздраженно заметил Барсуков.
Жемчужникова, выйдя из вип-зала, бросилась в туалет. Ее долго, мучительно рвало. Запах рыбы снова и снова вызывал спазмы. Измученный, уже пустой желудок болезненно сокращался, и было непонятно, как остановить это. «Господи, хоть бы воды»Жемчужникова открыла кран. Вода пахла хлоркой и ржавчиной, пить ее было невозможно, один запах опять вызывал рвоту. Она отошла к окну, открыла створку и жадно вдохнула. Стало легче. Кружилась голова. Воротник от испарины стал мокрым, влажные волосы надо лбом повисли сосульками и неприятно касались щек. «Даже стула нет Вот тебе и сервис», подумала Жемчужникова и присела на подоконник. В дверь заглянула уборщица.
Пожалуйста, мне нехорошо, принесите минеральной воды, попросила Жемчужникова. Женщина осуждающе поджала губы, но вышла, принесла бутылку минеральной, брезгливо покосилась на загаженную раковину:
Неужели до унитаза не могла дойти? Напьются и блюют куда ни попадя, а мне теперь убирать
Я не пьяная, у меня что-то с желудком, наверное, пробормотала Жемчужникова.
Раз с желудком, надо сидеть дома и пить чай с сухарями, а не по ресторанам осетрину трескать, поставила точку женщина.
После минеральной воды стало легче.
Я понимаю, что Вам неприятно, но я убрать это не могу, опять будет тошнить. Вот, возьмите, Жемчужникова сунула ей в карман халата тысячную купюру. Я тут на подоконнике посижу, голова кружится.