Всего за 419 руб. Купить полную версию
Она уже собиралась выходить, когда услышала звук открывающейся двери.
видела ее лицо, когда трепался Руперт? говорил кто-то, входя в туалет. Это был голос Мэнди.
Натали замерла. Она перестала дышать.
Да, протянули в ответ. Это была подруга Мэнди, Шерил. Это ее стервозное лицо. Слава богу, нам больше не придется смотреть на него каждый день.
И правда, захихикала Мэнди. Это ее псевдоповышение лучшее, что когда-либо с нами происходило.
Ты думаешь?
Этот милый угловой кабинет? Отдел кадров специально отправил ее туда, чтобы никто не слышал ее постоянного нытья. Она больше не будет маячить у нас перед глазами. Теперь она будет вмешиваться только в электронные таблицы. Вот и славненько. Я лично поблагодарила Руперта за то, что он убрал ее из отдела. Желанная свобода!
Натали услышала смех и слова: «Дай пять». Раздался хлопок.
Выпьем же за то, чтобы больше не было таких токсичных боссов.
Одна из них начала напевать: «Динь дон, ведьма померла», и они обе зашли в соседние кабинки.
Теперь Натали действительно хотелось блевать. Вместо этого, не проронив ни звука, она выбежала из туалета, молясь, чтобы они не узнали, что она все слышала.
Глава 2
Душ и смена одежды немного помогли ей прийти в себя, но Натали все еще чувствовала себя опустошенной от того, что услышала. Опустошенной, но не удивленной. Не имело смысла отрицать, что она щепетильная. Дисциплинированная. Требовательная и к себе, и к другим.
Осмотрев свою скромную квартиру, она признала, что любит порядок.
Но разве это делало ее ужасным человеком?
Пригладив руками темные, волнистые волосы, она подумала о своей чистой машине с гибридным двигателем, о своем аккуратном доме, о спокойной безопасной жизни но тонкий голосок внутри напомнил о пустоте. Ей не хотелось пустоты, но она не знала, чем ее заполнить. Сразу после окончания колледжа она создала для себя дом, которого ей не хватало в детстве такой предсказуемый, простой и аккуратный. Он должен был подходить ей. В нем она должна была чувствовать себя на своем месте. И все же, несмотря на идиллическую атмосферу Сономы, окруженной виноградниками и яблоневыми садами, она чувствовала пустоту и не знала, что с ней делать.
Несмотря на загруженность Натали и ее преданность компании «Пинакл Файн Вайнс», работа не помогала. Большую часть времени ее карьера напоминала нескончаемую рутину. В какой-то момент она даже возненавидела свою профессию. Это в сочетании с угнетающей мыслью об отношениях с Риком вызвало у нее новый приступ тошноты.
«Прекрати», приказала она себе. Повышение сопровождалось солидной прибавкой к зарплате. Если она будет и дальше идти этой дорогой, то многого добьется в жизни. Когда она росла в книжном магазине, во главе которого была ее взбалмошная мама, ей не хватало ощущения безопасности и равновесия.
Большую часть времени, думала она, пытаясь справиться с тошнотой, это чувство стабильности было достаточно веской причиной для того, чтобы работать в Пинакл.
Она надела укороченные брюки, полосатый свитер и тряпичные кеды. Пытаясь избавиться от тревожного чувства, она проверила телефон. Мама все еще не ответила на сообщение. Рик, по-видимому, тоже все еще где-то летал.
Натали обнаружила эсэмэс от подруги Тэсс, та приглашала ее к себе. Хоть что-то приятное за весь этот паршивый день. Она запрыгнула в свой маленький гибридный хэтчбек и поехала к дому Тэсс. По пути она остановилась, чтобы взять банку меда в лавке Джеми. Джеми Вестфол была пчеловодом, она переехала в этот район несколько лет назад, одинокая и беременная. Но теперь она жила не одна. У нее был маленький сын по имени Олли. Пока Натали выбирала банку меда с наклейкой «Спасите пчел» и опускала пять долларов в коробку, на улицу вышел Олли.
Привет, мисс Натали, поздоровался он.
И тебе привет. Как дела?
Мальчик выразительно пожал плечами. Он был очаровательно застенчив.
Делаю домашку: читаю маме вслух.
Ну и как успехи?
Он опять пожал плечами. На крыльцо вышла его мама, худенькая девушка в комбинезоне и расшитом топе.
Он хорошо читает, но слишком разборчивый. Ему, правда, очень понравилась последняя книга, которую вы нам подарили, «Одна семья».
Здорово, я рада, что тебе понравилось. Жаль, что этой книги не было, когда я была в твоем возрасте, Олли. В нашей семье только я, мама и дедушка, и я была бы рада тогда прочитать о том, какие разные бывают семьи. Не просто семьи, в которых есть мама, папа, дети, собака, она загибала пальцы, перечисляя.
Мальчик надул нижнюю губу.
Я люблю читать про собак.
Натали улыбнулась Джеми.
Принесу тебе новую книгу в следующий раз. Я когда-нибудь говорила тебе, что у моей мамы есть книжный магазин? Когда-то я там работала, оттуда моя суперспособность выбрать самую подходящую книгу для самого подходящего ребенка.
А почему ты больше не работаешь там? спросил Олли.
После случившегося сегодня я и сама задаюсь этим вопросом, призналась Натали. Я собираюсь навестить Тэсс, еду к ней за чаем и сочувствием.
Чай я не люблю, заметил Олли. А какое на вкус сочувствие?
Натали рассмеялась, взъерошила его волосы и направилась к машине.
Как подтаявшее маршмеллоу в шоколадном соусе.
Может, мы съедим его вечером на десерт, сказала Джеми. Они стояли вдвоем на крыльце и махали на прощание.
Глядя на Джеми и ее ребенка, было невозможно не заметить, как они счастливы вместе. Время от времени Натали думала о детях и чувствовала приступы острой тоски. «Всему свое время», сказала она себе.
Они с Риком говорили о детях. Точнее, Рик говорил. А она слушала. И сомневалась.
По дороге ее стали мучить и другие сомнения. Была ли Тэсс и впрямь ее подругой, или она приютила Натали как бродячую кошку? Ей хотелось верить, что все-таки была. Но после того, что она услышала на работе, девушка больше ни в чем не чувствовала уверенности.
Повернув по указателям к виноградникам Росси и винодельне Энджел Крик, она поехала по длинной гравийной дорожке. Тэсс Делани Росси, как и Натали, воспитывала мать-одиночка, и она жила в Сан-Франциско до переезда в Архангел. У девушек было много общего. Но в отличие от Натали, Тэсс поселилась в маленьком городе для того, чтобы выйти замуж, и последовала за сердцем, а не за карьерой.
Натали припарковалась перед простоватым деревянным домом, где Тэсс жила со своим мужем, родными и приемными детьми и двумя спасенными собаками стареющей остромордой итальянской борзой и неповоротливой дворнягой, которая, насколько было известно, наполовину акита-ину и наполовину вуки. Собаки лениво развалились между подъездной дорогой и домом.
Тэсс вышла поприветствовать подругу. Ее рыжие волосы были стянуты сзади шарфом, а рабочий фартук, повязанный поверх одежды, был в пятнах от винограда.
Привет, Нат, Спасибо, что приехала. Подумала, ты захочешь присоединиться к нам за ужином.
Захочу не то слово. Спасибо.
Доминик и дети на заднем дворе. День большого урожая в нашем маленьком винограднике. Тесс указала на солнечный дворик рядом с большим навесом. Сборщики разгрузили ящики с только что собранным виноградом и вывалили его на сортировочный стол из нержавеющей стали. На одном конце, стол вибрировал и отсеивал неспелые или гнилые ягоды. На другом отобранный виноград двигался по конвейеру для обрезки стеблей.
Семья собралась вокруг, сортируя виноград вручную, смеясь и разговаривая, а виноградный сок оставлял пятна на всем.
Натали посмотрела на детей и собак, бегающих вокруг, присвистывающего мужа Тэсс, старших ребят, умело и быстро помогающих Доминику. Все казалось таким привычным, семья веселилась просто от того, что они были вместе.
Всем привет, сказала Натали.
Добро пожаловать на пятничную вечеринку в Энджел Крик, поприветствовал ее в ответ Доминик.
Доминик Росси был одним из тех мужей, благодаря которым само понятие «муж» звучит гордо. Он принадлежал к тому типу парней, для которых было придумано выражение «высокий, смуглый и красивый». К тем мужчинам, которые источали юмор, сердечность и дарили всем позитивный настрой. Он был бывшим президентом банка в Архангеле, но его страстью оказалось виноделие.